Умей молчать и говорить

Фев 25 2013


Не раз подтверждалась справедливость мысли: слово — серебро, молчание — золото. Человек, живший в обществе XIX века и желавший быть с людьми в хороших отношениях, прежде всего старался усвоить искусство уметь молчать. Конечно, под этим подразумевалось не абсолютное молчание. Иначе можно было прослыть человеком просто ограниченным. Более того, чтобы прослыть хорошим собеседником, надо было уметь приятно и хорошо говорить. Это показывало гибкий ум и похвальные качества собеседника. Именно в разговоре проявлялась образованность человека.

Но все же искусство молчать принадлежит к более ценным качествам. Еще в Библии говорилось: «Пусть будет всякий скор на слущанье и медлен на речь».

Вмешиваться в разговор за семейным столом могли только взрослые члены семейства. Тема разговора за семейным столом зависела от образования, характера и настроения обедающих, а главное — от хозяйки и хозяина дома. И уж разумеется, разговор этот не должен был носить оскорбительного характера или быть неприятным присутствовавшим. Естественно, не следовало забывать о сидевших тут же детях, которым далеко не все годилось слышать.

Взрослые же придерживались и еще одного важного правила: слышанного дальше не передавать. Заслуживший звание сплетника рисковал оказаться в изоляции от общества. К тому же люди осознавали громадную ответственность за передачу сплетни.

В равной степени осуждалась и страсть навязывать свои советы. Человек, считавший себя всезнающим и непогрешимым, расценивался как несноснейший собеседник.

Хороший тон требовал, чтобы, обращаясь к тому или иному лицу, называли его по имени или по степени родства. В особенности при коротких вопросах и ответах. Не следовало отвечать просто «да» или «нет», а обязательно с прибавлением: «да, дядя», «нет, кузина», «конечно, дедушка» и т. д.

Детей с ранних лет приучали к вежливой форме ответов. На непонятный вопрос нельзя было отвечать просто «что?» или «как?». Фразу всегда удлиняли: «извините, я не поняла!» или «как вы сказали?».

Дамам в разговоре не рекомендовалось упоминать чин, например: «Пожалуйста, садитесь, ваше превосходительство». А вот титул обозначить следовало: «барон, могу я вам предложить чашку чая?» или «благодарю вас, князь, за ваше внимание». Разговаривая по-русски с особами царской фамилии, всегда прибавляли титул: «Точно так, ваше императорское величество».

Чины и титулы вообще имели большое значение в русской общественной жизни XIX века. Поэтому каждая личность, желавшая быть принятой в свете, по возможности старалась узнать о чинах и титулах людей, с которыми предстояло встретиться. Иначе могли возникнуть серьезные недоразумения.

Кого молодежь XIX века считала образцом для подражания? Безусловно, комилъфо — человека воспитанного.

Вот как об этом пишет Л. Н. Толстой в книге «Детство, отрочество, юность». Шестнадцатилетний герой повести Нико-ленъка Иртенъев всех людей общества делил на благовоспитанных и неблаговоспитанных. Первых он уважал и считал равными себе, вторых — презирал и даже ненавидел.

В чем же состояла, по его мнению, благовоспитанность? «Первое и главное — в отличном французском языке и особенно в выговоре… Второе условие… были ногти — длинные, отчищенные и чистые; третье было уменье кланяться, танцевать и разговаривать; четвертое, и очень важное, было равнодушие ко всему и постоянное выражение некоторой изящной, презрительной скуки. Кроме того, у меня были общие признаки, по которым я, не говоря с человеком, решал, к какому разряду он принадлежит. Главным из этих признаков, кроме убранства комнаты, печатки, почерка, экипажа, были ноги. Отношение сапог к панталонам тотчас решало в моих глазах положение человека».

Нет ответов пока » Подросток

Добавить комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: