Аутизм каннер

Типы детского аутизма: синдромы Каннера и Аспергера

Аутизм у детей начинает проявляться с самых ранних лет жизни, его сценарий развития может сильно отличаться и будет зависеть от того, какие специалисты занимаются вашей проблемой и насколько вам удастся найти подход к малышу с особыми потребностями. Как диагностируют аутизм синдром Каннера и Аспергера, чем чреваты оба заболевания и что ожидает ваше дитя в будущем — читайте в нашей статье .

Аутизм — психическое заболевание или особенность развития

Несмотря на то что на весь период обследования и лечения вашим ребёнком будет заниматься психиатр, строго говоря его состояние не является психотической болезнью. Аутизм — это отставание в развитии, расстройство, имеющее биологическую природу, по крайней мере, как считается на сегодняшний день.

Симптомы аутизма легко выявляемы из-за того, что малыш с ранних лет отличается странным поведением: его спектр эмоций довольно скуден, он часто зацикливается на одних действиях и предметах, не разговаривает и плохо идёт на контакт. Замкнутость сама по себе не является признаком умственной отсталости, но при диагностике именно этот показатель начинает выступать на первый план.

Градация болезни включает глубокое поражение личности с ощутимым умственным отставанием (Каннера) и менее заметная эмоциональная недоразвитость на фоне обычного или высокого интеллекта (Аспергера).

Спектр расстройств также включает такие формы, как синдром Ретта с подключением двигательных дисфункций (неспособность контролировать не только эмоции, но и моторику тела), синдром савант (аутизм одарённых детей) с наличием как бы отдушины человека в каком-либо виде искусства или точных наук.

К аутизму не относится ещё один специфический вид расстройства развития, хотя в названии этимология сохраняется — это высокофункциональный аутизм. Речь идёт о сохранённой способности к самостоятельному решению повседневных задач общения, в то время как нестандартные ситуации человек проходит с трудностями или вообще не может справиться с ними.

Продуктивная психотическая симптоматика у заболеваний любого вида отсутствует: дети не деградируют, не страдают диссоциацией личности, бредовыми состояниями или неспособностью отличить реальность от вымышленного мира фантазий.

Однако из-за связи болезни с нейробиологическими функциями организма и их влияния на поведение аутизм относится к области психиатрии, а не неврологии.

Как определяют аутизм у детей

Основанием для проверки будут жалобы родителей на особенности поведения их ребёнка, которые можно заметить в возрасте, когда другие дети подключаются к осознанным контактам со взрослыми и сверстниками. В первые годы жизни аутизм тоже имеет свои проявления — в играх, мимике, доходчивости контактов с людьми и пр.

Но пока ребёнок не демонстрирует речевое отставание, говорить о наличии у него синдрома аутизма рано. Заподозрив болезнь, не спешите из-за единичных странностей вести сына или дочь на приём к врачу, но и не игнорируйте их — ранняя диагностика будет проводиться как в условиях общения и экспериментов, так и с ваших слов.

Позднее выявление болезни, как правило, не представляет реальной опасности, так что если ваш малыш ещё очень мал, остановитесь на том, чтобы запоминать (записывать) конкретные симптомы, которые вы наблюдаете, а также их частоту и обстоятельства.

К симптомам синдрома Каннера относятся следующие состояния:

  • ребёнок не в состоянии поддерживать зрительный контакт с людьми, родителями и незнакомыми;
  • в его действиях присутствует некий ритуал, повторение движений в определённой последовательности;
  • неспособность оценивать обстановку и осознавать опасность или угрозу;
  • так называемая эхолалия — многократное повторение «лепечущих» звуков, звукоподражание вместо полноценной речи;
  • вспышки агрессии против близких и незнакомцев, вступающих с ним в контакт;
  • потребность переиначивать игры под себя, странные правила игры, невозможность играть с другими детьми ввиду игнорирования общих правил и назначение собственных;
  • общение с предметами и наряду с этим отказ от общения с людьми;
  • один из основных симптомов — мутизм (упорное молчание и игнорирование речи и обращений, направленных лично к нему).

Мутизм наблюдается в течение всей жизни, его симптомы характерны для любого возраста — с раннего детства до зрелых лет. Никакой особой демонстрации молчание не несёт, его нельзя считать умышленным, оно не относится к роду манипуляций с некой целью, например, наказать близких или привлечь внимание.

Отказ от речи становится следствием погружения в мир собственных переживаний и грёз. Он не связан с неспособностью говорить вообще или с ограниченным набором слов, это не стеснительность, а полное отсутствие побуждения общаться словесно.

Добиться реакции с помощью слов от ребёнка с синдромом Каннера и синдромом Аспергера в большинстве случаев невозможно, если его сознание в этот момент захлопнулось для внешних связей.

В чём разница между синдромами Каннера и Аспергера?

По сути, это вопрос не для диагностики и терапии, а для истории болезни, причём у разных врачей могут быть разные мнения на этот счёт. Опыт показывает, что зарубежные доктора чаще диагностируют Аспергера, наши, отечественные — Каннера, и объяснить такую избирательность можно, наверное, только традицией медицины у нас и на Западе.

Обычно считается, что при синдроме Аспергера сохраняется интеллект, для Каннера же характерна умственная отсталость. Однако психиатрию неправильно считать точной и окончательной медицинской наукой, некоторые её определения и диагнозы нестабильны и неокончательны.

Важно ли, какое название значится в карточке ребёнка? С одной стороны, диагноз имеет значение для оформления инвалидности и в решении вопросов дальнейшего ухода и обучения таких детей (спецшкола, интернат и пр.).

С другой стороны, сама тактика лечения для детей с аутизмом одинакова при любом диагнозе, а зачастую проявления заболевания настолько слабы, что при поступлении такого аутиста в учебное заведение ими можно смело пренебречь и устроить его жизнь не хуже любого другого.

В этом случае наличие любого из этих двух диагнозов будет формальным препятствием для определения в обычные школьные классы. Таким образом, необходимость в точной диагностике определяется главным фактором — нужнее ли вашему ребёнку ярлык аутиста или нет.

Добиваться пересмотра и смены диагноза Каннера на Аспергера имеет смысл, если вы хотите избежать изоляции от обычной детской среды, и при этом уверены, что так будет лучше.

Основы лечения: синдром Каннера и Аспергера

Терапия аутизма будет зависеть от того, насколько сильно поражены коммуникативные способности больного и присутствует ли аффект (пропадают эмоции, уход в себя), кататония, ступор.

Из медикаментов применяют растормаживающие средства типа высоких доз кофеина, чтобы вывести аутиста из состояния вялости, замкнутости, помочь ему начать реагировать на окружающих и речь, направленную к нему.

На постоянной основе применяются ноотропные препараты, которые помогают укрепить клетки и сосуды головного мозга, позитивно влияют на нервную систему всего организма.

Терапия также включает обязательные курсы психологической поддержки и развития, которые проводятся в группе и индивидуально:

  • занятия с логопедом;
  • лечебная физкультура;
  • лечебный труд;
  • музыка;
  • танцы;
  • рисование.

Огромное значение имеет то, насколько семья аутиста вовлечена в процесс его реабилитации. Холодность и непонимание со стороны обоих или одного из родителей сводит на нет усилия врачей и достижения самого малыша. Материнская и отцовская забота, любовь и тепло во много определяют ход самой реабилитации.

Психическое развитие отсталого ребёнка должно происходить в благоприятной обстановке, с умеренными эмоциональными впечатлениями, в отсутствие стрессов. Кроме того, режим дня оказывает самое позитивное влияние на преодоление болезни.

Прогноз дальнейшего состояния может делать только лечащий врач, к тому же тот, который наблюдал маленького пациента регулярно. Множество случаев из жизни показывают, что вполне реально улучшить даже тяжёлые случаи болезни, а слабые проявления сделать практически незаметными.

О естественном улучшении при аутизме и реальном «аутизме Каннера»

Расстройство аутичного спектра – это клинический диагноз. Не существует лабораторных анализов, чтобы подтвердить или исключить аутизм (хотя существуют тесты для определения различных скрытых причин аутизма). Аутизм – это «синдром» (от греческого слова, означающего «бегущие вместе» — как группа лошадей, которые бегут рядом). Аутизм влияет на четыре области функционирования: социальное взаимодействие; язык; когнитивную гибкость; сенсоромоторные процессы. Симптомы в каждой из этих областей могут варьироваться от крайне инвалидизирующих до очень лёгких. Иногда проявления аутизма в одной или двух данных областях настолько мягкие, что они остаются незамеченными до постановки диагноза.

Обычно симптомы аутизма улучшаются с течением времени, даже без какого-либо лечения. Чем выше уровень интеллекта ребенка, тем быстрее и значительнее происходит улучшение.

Типичное развитие при аутизме может выглядеть примерно следующим образом:

— Социальные навыки: Никакого контакта глазами > периодический контакт глазами > хороший контакт глазами, но трудности с тем, чтобы понять, когда инициировать или поддерживать социальное взаимодействие.

— Язык: Отсутствие речи, может вести себя как глухой > речь сводится к эхолалии (повторению) и отсроченной эхолалии (копированию) > говорит хорошо, но имеет проблемы с вербальными нюансами (выдумки, вербальный юмор, тон голоса, очередь в беседе).

— Когнитивная ригидность: Интенсивный дистресс в случае перемен или изменений привычной рутины, интенсивное махание руками и хождение на носках > одержимость специфическими темами (алфавит, компьютерные игры, механические объекты) > периодическое возвращение махания руками и хождения на носках в случае возбуждения.

— Сенсоромоторные процессы: Крайняя разборчивость в еде, ведет себя «как глухой», настоятельно ищет сильного давления на кожу > постепенное снижение интенсивности, хотя эти особенности могут сохраниться.

Если вы еще этого не сделали, то я рекомендую вам прочитать оригинальную статью Лео Каннера 1943 года, посвященную аутизму. В этой работе Каннер описывает все характеристики, которые мы сейчас называем аутизмом. Там же он описывает эволюцию этих симптомов:

«В возрасте от 5 до 6 лет у них постепенно исчезает эхолалия… Шум и движения начинают переноситься лучше, чем ранее… Повторяющиеся движения принимают форму навязчивых интересов… дети начинают играть в группе, все еще не с членами группы, но, по крайней мере, они находятся на периферии рядом с группой… Все это заставляет семью поверить, что несмотря на очевидное «отличие» от других детей, происходит прогресс и улучшение». [Kanner, 1943]

В 1971 году Лео Каннер опубликовал исследование, основанное на повторном обследовании тех одиннадцати детей, описание которых легло в его оригинальную работу. На тот момент несколько из этих детей работали на высококвалифицированной работе. Один из них получил высшее образование.

Все это хорошо, но это также означает, что очень сложно подтвердить верность утверждений об эффективности тех или иных методов лечения, поскольку это может быть естественное улучшение состояния ребенка. Это, конечно, означает жирный знак вопроса каждый раз, когда речь идет об оценках эффективности всевозможного «лечения» аутизма. Многие такие виды лечения просто преувеличенно описывают естественные улучшения, которые бы произошли в любом случае.

Смотрите так же:  Депрессия развод мужчина

Автор — доктор Джеймс Коплан, педиатр, специализирующийся на работе с детьми с особыми потребностями.

Распространенность синдрома характеризуется показателем 2—4 больных на 10 000 человек с преобладанием его развития у мальчиков (более чем в 2 раза).

Клинические проявления. Развитие этого синдрома может начинаться в возрасте от рождения до 36 мес (3 лет) жизни ребенка. Его определяют аутистическая отгороженность детей от реального мира с неспособностью формирования общения и неравномерным созреванием (асинхронностью развития) психической, речевой, моторной и эмоциональной сфер жизнедеятельности. Для этого заболевания характерны явления протодиакризиса, недостаточное различение одушевленных и неодушевленных объектов. Поведение и игры аутичных детей характеризуются стойкими стереотипами, отсутствием подражания, недостатком реакции на окружающее и повышенной чувствительностью на условия как дискомфорта, так и комфорта. Форма общения с родными (особенно с матерью) — симбиотическая или индифферентная, т. е. без эмоциональной реакции, вплоть до отказа общения с ними.

Смена привычного жизненного стереотипа, появление новых объектов и посторонних лиц вызывают у аутичных детей реакцию избегания либо недовольства и страха с хаотической агрессией и самоагрессией.

Во внешнем облике больных детей обращают на себя внимание застывшая мимика, направленный в пустоту или как будто в себя взгляд, отсутствие реакции «глаза в глаза», но иногда возникает мимолетная фиксация взгляда на окружающих лицах и предметах.

Моторика аутичных детей угловатая со стереотипными движениями, атетозоподобными движениями в пальцах рук, ходьбой «на цыпочках». Но наряду с этим у больных аутизмом возможно развитие достаточно сложных

и тонких моторных актов. Речь рецептивная и особенно экспрессивная развивается слабо; отсутствуют экспрессия, жестикуляция, сохраняются эхолалии, фразы-штампы, нарушено произношение звуков, нет интонационного переноса, т. е. непрерывной мелодии речи, ритма, темпа. Голос то громкий, то неожиданно становится тихим и ребенок переходит на шепот. Произношение звука может быть разным — от правильного до невнятного, иногда с необычной модуляцией. Экспрессивная речь развивается с большим отставанием, преобладает бессвязная, эгоцентрическая речь. Больные практически неспособны к диалогу. Ребенок лишен активного стремления к усвоению новых фраз и их использованию. Нарушенный синтаксический и грамматический строй речи дополнен то интонационной вычурностью, то лепетной речью, то манерным словотворчеством. Последнее сохраняется и после первого физиологического кризового периода. В более тяжелых случаях отмечаются разрыхление ассоциаций, смещение мыслей, иногда исчезновение из фраз личных местоименных и глагольных форм; фразы становятся предельно краткими и отрывистыми.

В связи с отмеченными особенностями речи представляет интерес процесс ее развития в этих случаях. Первые слова обычно появляются к 12—18 мес, первые фразы к 24—36 мес. Но уже в этом возрасте обращает на себя внимание, что дети не задают вопросов, не используют по отношению к себе личных местоимений, говорят о себе во втором или третьем лице и одновременно наблюдается скандирование или, напротив, напевное произношение слогов слова, незавершенность фраз, бессмысленное и невнятное повторение слов, отказ от утвердительных и отрицательных слов. У детей длительно сохраняются ранние, лепетные интонации, ударения на последних слогах слов, растянутое произношение слогов. Тем не менее дети (хотя и не все) способны запоминать отдельные четверостишия, отрывки прозы, хотя они не могут передать смысла и содержания прочитанного. В дальнейшем наряду с правильным наблюдается невнятное произношение звуков и слов. Постепенно все более отчетливыми становятся отсутствие или полное недоразвитие обобщающей и коммуникативной функции речи. Отмеченные речевые недостатки примерно в Д случаев могут преодолеваться к 6—8 годам, а в других — речь, особенно экспрессивная, остается недоразвитой.

Особенностями детского аутизма являются относительная сохранность абстрактных форм познания действительности, которые в этих случаях сочетаются с примитивными протопатическими формами, т. е. познанием с использованием преимущественно тактильного, обонятельного и вкусового рецепторов, особенно в первичных ориентировочных реакциях. Такие реакции на звуковые и световые раздражители в раннем возрасте могут отсутствовать или резко извращены. Отсутствие указанных реакций дает повод подозревать у аутичных детей глухоту и даже слепоту.

У больных ранним аутизмом Каннера особенно резко изменена игровая деятельность. Она нередко сводится к однообразному пересыпанию, перекладыванию предметов, постукиванию предмета о предмет, касанию ими лица, обнюхиванию, облизыванию. Обращают на себя внимание то быстрая пресыщаемость любым игровым действием, то застреваемость на одной и той же манипуляции, отсутствие сюжетности, усложнения игры, ее стереотипизация. Вместо игры дети могут ползать, ходить, иногда подпрыгивать, крутиться. После 3 лет описанное поведение иногда сочетается со сверхценным отношением к отдельным предметам (к машинкам, железкам, лентам, колесам и др.). В течение ряда лет игры обычно не усложняются, становясь все более и более стереотипными, не имеющими единого смыслового содержания.

Имеет некоторые особенности и поведение этих детей по отношению к сверстникам и близким людям. Одни дети активно избегают своих сверстников, другие к ним безразличны, третьи в присутствии других детей испытывают страх. Отношение к близким достаточно противоречиво.

Хотя аутичные дети находятся в симбиотической зависимости от родных, они не дают адекватной реакции на их присутствие или отсутствие. Дети могут тревожиться при отсутствии матери и при этом не проявлять реакции на ее появление. Более редкой по сравнению с индифферентной реакцией на мать встречается негативистическая реакция, когда дети гонят от себя мать и проявляют недоброжелательность к ней. Эти формы общения с матерью могут сменяться одна другой.

Эмоциональные реакции больных аутизмом различны. Одни дети отличаются относительно ровным настроением, другие могут быть веселы, о чем свидетельствует довольное выражение лица, проскальзывающая улыбка, третьи равнодушны и не проявляют ни недовольства, ни радости.

Для раннего детского аутизма Каннера особенно характерны отрицательные реакции на любые попытки изменить привычный жизненный стереотип — вывести на прогулку в новое место, поменять одежду, предложить новую пищу. Все указанное неизменно вызывает протест, негативное отношение, капризность и даже тревогу. Это своеобразное сочетание психической ригидности и косности с чрезвычайной чувствительностью и аффективной неустойчивостью с годами подвергается медленному, частичному смягчению, но полностью эти особенности никогда не исчезают.

С раннего возраста при синдроме Каннера нарушается инстинктивная жизнь. Так, обращают на себя внимание изменения аппетита. Больные с трудом привыкают к новому виду пищи, на протяжении многих лет предпочитают одни и те же виды продуктов. Наблюдаются инверсия цикла сна и бодрствования, затрудненное засыпание, прерывистый сон. Мышечный тонус отличается непостоянством — он то снижен, то повышен. У одних детей практически отсутствует реакция на окружающее, у других отмечается повышенная чувствительность, проявляющаяся беспокойством, беспричинным плачем и т. п.

Течение синдрома Каннера. Синдром детского аутизма приобретает наиболее завершенную форму в возрасте 3—5 лет. В большинстве случаев к этому времени определяются окончательная задержка в развитии инстинктивной жизни, моторики, особенно тонкой, нарушения речевого развития, игровой, эмоциональной сферы, которые и формируют аутистическое поведение в целом.

Специфика синдрома Каннера заключается в сочетании сложных и примитивных реакций в пределах каждой функционирующей системы — феномен «переслаивания». Если на первых этапах развития ребенка это проявляется в основном в нарушении физиологической иерархии простых и сложных структур, то в последующем отмечается и в структуре вторичной задержки психического развития. IQ больных в большинстве случаев ниже 70.

После достижения ребенком 5—6 лет проявления синдрома Каннера, частично компенсируясь, сглаживаются, но это менее всего касается нарушений умственного развития. У детей нередко формируется выраженный олигофреноподобный дефект с аутистическими формами поведения. Иногда на фоне основных проявлений синдрома Каннера возникают неврозоподобные, аффективные, кататонические или полиморфные расстройства, которые утяжеляют прогноз.

Приведенные данные о раннем начале детского аутизма и его клинических проявлениях типичны для врожденных задержек психического развития, а отсутствие в большинстве случаев выраженных позитивных симптомов и явной прогредиентности, а также частичная компенсация к возрасту 6 лет служат основанием для отнесения синдрома Каннера к нарушениям развития, протекающим по типу асинхронного дизонтогенеза.

Этиология и патогенез. Общепринятой концепции об этиологии и патогенезе раннего детского аутизма не существует. Наиболее распространенные представления о причинах его развития делятся на две группы — теории психогенеза и теории биологические.

Теории психогенеза. Эти концепции возникли одновременно с описанием раннего детского аутизма Каннером, который, как уже говорилось, был склонен полагать, что аутизм является выражением врожденной неспособности детей к эмоциональному взаимодействию с окружающими (дефекта аффективного контакта). Но относительно быстро эти представления трансформировались в достаточно распространенное и сейчас мнение, что детский аутизм является следствием отсутствия в раннем детстве (со времени рождения) материнского тепла и внимания и общей аффективной положительной атмосферы. Особое значение в этом случае придается взаимодействию в системе мать — ребенок, которое неразрывно связано с постоянным воздействием самых различных раздражителей (стимулов), столь необходимых для созревания функций ЦНС. По-видимому, полностью психосоциальными взаимодействиями объяснить развитие раннего детского аутизма вряд ли возможно, однако нельзя не признать, что они, несомненно, играют значительную роль в патогенезе заболевания. Об этом, в частности, говорят факты существования чисто психогенного (депривационного) аутизма, который может развиваться, например, у детей-сирот.

Биологические теории. В группу этих теорий входят генетические концепции, теория нарушения развития мозга, теории, связанные с действием перинатальных факторов, а также нейрохимические и иммунологические концепции. Наиболее распространенной среди них является генетическая теория. В пользу особой роли генетических факторов при раннем детском аутизме свидетельствуют следующие данные: 2—3 % сиблингов детей-аутистов страдают тем же заболеванием, что в 50 раз превышает популяционную частоту раннего детского аутизма; конкордантность по детскому аутизму в парах монозиготных близнецов, по данным разных авторов, колеблется от 36 до 89 %, в то же время в парах дизиготных близнецов она равна 0; риск развития раннего детского аутизма у второго ребенка после рождения первого с аутизмом достигает 8,7 %; у родителей детей аутистов распространенность аутистических симптомов превышает таковую в общей популяции. Несмотря на наличие столь убедительных данных, о существенной роли наследственных факторов в развитии раннего детского аутизма, модус наследования остается неизвестным. Допускается возможность наследования не самого заболевания, а предрасположения к нему. В рамках генетической теории рассматривается и роль Х-ломкой хромосомы, поскольку ранний детский аутизм сочетается с синдромом Х-ломкой хромосомы в 8 % случаев (колебания от 0 до 20 %). Однако существо этой связи еще не вполне ясно [Campbell M., Shay J., 1995].

Теории, в которых наибольшее значение придается отклонениям в развитии мозговых структур, основаны как на сугубо теоретических представлениях о незрелости мозговых образований, так и на нейроанатомических и компьютерно-томографических наблюдениях последних лет. Если макроскопически мозг больных детей обычно не имеет каких-либо особенностей, то при микроскопии выявляется уменьшение размеров нейронов в гиппокампе, энториальной коре, миндалине, маммилярных телах и в некоторых других отделах мозга, в том числе в мозжечке (уменьшение числа клеток Пуркинье). При рентгеновской компьютерной и магнитно-резонансной томографии были выявлены уменьшение размеров лобных и височных отделов мозга, особенно слева, и расширение внутренних ликворных пространств. Предполагают, что в пренатальном периоде возможны нарушение созревания нейронов, их преждевременная и повышенная гибель, а также нарушения миграции под влиянием генетических или «экзогенных» факторов.

Смотрите так же:  Успокоительные от заикания

К патогенетически значимым перинатальным факторам относятся различные негативные воздействия в неонатальном, во время родов и раннем постнатальном периодах. Это — кровотечения у матери во время беременности, употребление ею избыточного количества лекарственных веществ, другие токсические и инфекционные воздействия на плод. К этой группе представлений близко примыкают иммуновирусологические теории. К иммунологическим теориям относят, в частности, предположения о возможном наличии в крови матерей аутоантител (например, к некоторым серотониновым рецепторам, белкам нейрофиламент и др.), нарушающих развитие соответствующих элементов нервной ткани. Из вирусных инфекций наибольшее внимание привлекают к себе вирусы краснухи, простого герпеса, гриппа и цитомегаловирусная инфекция, которые особенно опасны на ранних стадиях развития плода.

Нейрохимические теории ориентированы на функцию дофаминергической, серотонинергической и опиатной систем мозга. Результаты целого ряда биологических исследований дали основание предполагать, что функция этих систем при раннем детском аутизме повышена. Считают, что с гиперфункцией этих систем могут быть связаны многие клинические проявления (аутизм, стереотипии и др.) заболевания. О правомерности таких предположений свидетельствует успешное применение во многих случаях галоперидола, антидепрессантов и налтрексона.

Нетрудно заметить, что все перечисленные теории полностью соотносятся с таковыми при шизофрении. Поэтому до сих пор не исключена возможность, что детский аутизм входит в круг эндогенных психических расстройств шизофренического спектра. Необходимо сказать, что на развитие представлений о патогенезе детского аутизма большое влияние оказали работы отечественных детских психиатров по изучению структуры нарушений развития у больных шизофренией детей, так как они отметили ряд вариантов этих нарушений, а именно типы стигматизированного (шизотипического), искаженного (шизоидного) и задержанного развития [Юрьева О. П., 1973]. К ним может быть добавлен и тип асинхронного развития, которое, как правило, сопровождается задержкой развития [Башина В. М., 1970, 1980, 1989]. С нашей точки зрения, синдром детского аутизма Каннера должен рассматриваться в континууме патологии личностного развития: конституциональные шизотипические и шизоидные варианты — промежуточные (синдром раннего аутизма Каннера) состояния — постприступные, шизофренические типы личностных изменений.

Особое внимание придается асинхронности развития функциональных систем, т. е. дезинтегративному типу развития ЦНС при аутизме [Башина В. М., 1970, 1980, 1989; Козловская Г. В., 1996; Mahler M, 1952; Fish В., 1975, и др.].

Некоторые авторы считали, что основные проявления раннего детского аутизма могут быть связаны с недоразвитием активирующих систем мозга [Мнухин С. С., Зеленецкая А. Е., Исаев Д. Н, 1967; Каган В. Е., 1981; Bosch L., 1962; Rutter M., 1966; Diatkine A., 1970].

Имеются также представления о расстройствах адаптационных механизмов у незрелой личности с неустойчивостью и слабостью интеграционных процессов в нервной системе ребенка. Асинхронный характер развития при детском аутизме может иметь общие истоки с явлениями «расщепления» при шизофрении. В связи с незрелостью ЦНС последние при детском аутизме могут иметь иное клиническое выражение. Другими словами, своеобразие классического детского аутизма заключается в том, что в его структуре можно обнаружить и черты общего нарушения развития, и его асинхронность, и нарушения развития эндогенного характера. Именно поэтому детский аутизм занимает промежуточное положение в приведенном выше континууме расстройств.

Нейроразнообразие в России

(Примечание: интересная статья об истории изучения аутизма)
Источник: Vox

(Пояснение к фотографии: Протесты против Саммита национальной политики «Autism speaks», университет Джорджа Вашингтона, 13 ноября 2013 года. Слева направо: Фарра Х., Патриция Чэндлер, Эмили Тилтон, Лидия Браун, Мэтт Янг, Наталия Ривера Моралес и Лора Б.)

Большинство людей считают, что аутизм – болезнь, настоящая эпидемия, «жертвами» которой становятся все больше детей. Но за последние двадцать лет многие взрослые, находящиеся в аутистическом спектре, и я в том числе, отказались от такого подхода и призывают неаутичных «нейротипиков» уважать и принимать «нейроразнообразие». Мы верим, что аутизм – это естественный и во многих случаях желательный вариант мышления, а не ужасное зло, с которым надо покончить.

Нейротипичных людей может шокировать такой поворот в отношении к аутизму. Но, как пишет научный журналист Стив Сильберман в своей новой книге «Нейрокланы: наследие аутизма и будущее нейроразнообразия», австрийский психиатр Ганс Аспергер, пионер в изучении аутизма, трактовал его схожим образом – как способ мышления, в котором есть и преимущества, и недостатки. Но позже психиатр Лео Каннер, сделавший себе имя на открытии Аспергера, предложил более суровый взгляд на аутизм и положил начало десятилетиям жестокого и бесчеловечного лечения.

В пятницу Сильберман и я поговорили о книге, об истории аутизма и о подъеме движения в защиту прав аутистов. Ниже приведена запись нашей беседы.

Дилан Мэттьюс: Когда люди слышат об аутизме, они представляют себе неговорящего ребенка, который бьется головой о стену. Как возник этот стереотип? Почему представления общества о нас так далеки от реальности?

Стив Сильберман: То, что общество считало естественными проявлениями аутизма, на деле было совершенно искаженной картиной того, что происходило с аутистами, когда их помещали в больницы. В течение десятилетий рекомендованный способ лечения аутизма предполагал помещение в медицинские учреждения.
Родителям просто говорили, что им нужно положить свое чадо в больницу, по-тихому вытащить его фотографии из семейных альбомов, никогда больше о нем не упоминать, а потом годами посещать сеансы психоанализа, чтобы понять, что их заставило травмировать неокрепшую детскую душу.

Когда детей на всю жизнь помещали в клиники, это ведь не были какие-то специальные отделения для аутистов. Таких, за редким исключением, просто не существовало. В большинстве случаев эти дети оказывались в психиатрических лечебницах для взрослых. В одном из таких заведений, в Отделении 23 психиатрической клиники Бронкса, работал Оливер Сакс. Он рассказывал мне, что подростков и молодых взрослых одевали в смирительные рубашки и запирали в одиночных палатах, где они могли целыми неделями сидеть в собственных испражнениях. Неудивительно, что после такого у них появлялись склонности к нанесению себе ран. Если вы жестоко обращаетесь с людьми, они реагируют буйно.

Потом в Калифорнийском университете появился Ивар Ловаас. Он использовал электрошоковую терапию для лечения детей, чтобы подавить стимминг (повторяющиеся движения, которые помогают аутистам справляться со стрессом). Был период, когда Ловаас и Бернард Римланд советовали матерям покупать электрошокер для скота, чтобы использовать его на детях дома для борьбы с достаточно безвредными типами аутичного поведения – такими, как эхолалия. А это, как мы сейчас знаем, – характерный для аутистов способ изучения языка, а не проблема, которую нужно устранить.

Они были готовы на подобное, потому что искренне верили, что, предоставленные сами себе, дети станут жевать собственные пальцы, как делали те, кого держали в больницах. Именно из-за помещения этих детей в клиники сформировалось мнение, что аутизм – участь, которая страшнее смерти.

И только в восьмидесятых стали известными такие люди, как Тэмпл Грандин и прототипы героя «Человека дождя», Питер Гутри и Марк Римланд, – эти люди не были помещены в больницы. И только тогда общество увидело, что аутизм по своей сути — это не нечто безнадежное.

Дилан Мэттьюс: Мнение, что аутизм «страшнее смерти» особенно примечательно, если вспомнить, что Ганс Аспергер открыл аутизм, когда работал в оккупированной нацистами Австрии, где убийство инвалидов было частью государственной политики. Как ему удавалось проводить исследования в такой тяжелой политической ситуации?


(Пояснение к изображению: Клиника Ганса Аспергера в Вене)

Стив Сильберман: Это все происходило на фоне аннексии нацистами Австрии в 1938 году, в начале холокоста. «Программа T-4» – секретный план уничтожения людей с инвалидностью – широко применялся на практике. Аспергера окружали гестаповцы, которые забирали детей и оставляли их за территорией больницы умирать от воспаления легких.

Сам Аспергер, вероятно, ходил по утрам на работу мимо горящих витрин еврейских магазинов. Его университет – университет Вены – считался одним из лучших в Европе во многом благодаря еврейской профессуре. Евреи в нем были уничтожены – одних отправили в концлагеря, другие покончили с собой — и на их место пришли эти никчемные нацистские фанатики. От университета осталось одно название.

Аспергер был в крайне затруднительном положении. Он, скорее всего, присягал на верность Гитлеру, так как все сотрудники были обязаны это сделать, но он также состоял в кружке христианской молодежи «Странствующие эрудиты». В нем царили антифашистские настроения, позже кружок был запрещен. Сам Аспергер не был нацистом, но все люди в его окружении разделяли нацистскую доктрину, в том числе его руководитель Франц Гамбургер, который спасал его от Гестапо, когда в его клинику трижды приходили, чтобы арестовать его, а детей отправить в лагеря.

«ОДНАЖДЫ ОН СКАЗАЛ НАЦИСТАМ, ЧТО ЭТИ ДЕТИ МОГЛИ БЫ СТАТЬ ОТЛИЧНЫМИ ВЗЛОМЩИКАМИ ШИФРОВ ДЛЯ РЕЙХА. В КАКОМ-ТО СМЫСЛЕ СОЮЗНИКИ ПОСЛЕДОВАЛИ ЭТОМУ СОВЕТУ, КОГДА ПРИГЛАСИЛИ В БЛЕТЧЛИ-ПАРК АЛАНА ТЬЮРИНГА.»

В 1938 году Аспергер проводит первую публичную лекцию об аутизме в истории и, демонстрируя удивительную прозорливость, он высказывает мнение, что одаренность детей в его клинике является неотделимой от их проблем. Сегодня мы бы назвали эту точку зрения нейроразнообразием, но тогда он в буквальном смысле спасал жизни своих пациентов от нацистов.

Аспергер наблюдал более двухсот детей в очень разном состоянии: от неговорящих детей, которые никогда не смогли бы жить без постоянного ухода, до весьма болтливых, из которых вырастали профессоры астрономии. Однажды он сказал нацистам, что эти дети могли бы стать отличными взломщиками шифров для Рейха. По-видимому, они не услышали его и продолжали истреблять детей, но, если подумать, союзники в каком-то смысле последовали его совету, когда пригласили в Блетчли-парк Алана Тьюринга.

Дилан Мэттьюс: Это приводит нас к Лео Каннеру, который придерживался гораздо более жестких взглядов на аутизм. Он сделал себе имя как человек, открывший аутизм, хотя работа Аспергера была первой. Знал ли он об исследованиях Аспергера?

(Пояснение к изображению: Лео Каннер, который получил известность как человек, открывший аутизм)

Стив Сильберман: Долгое время считалось, что фактически одновременное открытие аутизма Лео Каннером в Балтиморе и Гансом Аспергером в Вене было одним из величайших совпадений в медицине XX века, но я обнаружил, что это совсем не так.
А произошло следующее. Аспергер открыл то, что мы сейчас называем аутистическим спектром, в 30-ых годах в Вене. Ему помогал главный диагност Джордж Франкл, которому, по всей видимости, хорошо удавалось определять, что следует изучать ребенку, чтобы добиться полного раскрытия своего потенциала. Как большинство евреев, Франкл встал перед выбором: остаться и умереть, или уехать. В 1938 году Франкл уехал из Вены с помощью американского врача из госпиталя Джонса Хопкинса по имени Лео Каннер.

Смотрите так же:  Мультфильм скуби-ду боязнь сцены

Каннер занимался поистине героическим делом: пытался спасти как можно больше еврейских врачей от нацистов и концлагерей. Вдвоем с женой они нашли в Америке работу для всех великих еврейских медиков.
В 1938 году Каннер увидел первого аутичного пациента – Дональда Триплетта, или«Дональда Т.» Он не знал, как с ним быть, и отправил его к Франклу в Дом изучения детей. До этого Франкл наблюдал аутичных детей около десяти лет, так что он точно знал, что это такое.

Франкл поставил диагноз трем первым аутичным пациентам Каннера. В таинственном совпадении нет никакой тайны, ведь когда Каннер «открыл аутизм», с ним работали двое специалистов из команды Аспергера.
Проблема в том, что Каннер понимал аутизм совсем не так, как Аспергер.
Вместо континуума из множества вариантов Каннер видел монолитное явление. Тогда как Аспергер и Франкл считали аутизм состоянием, которое остается на всю жизнь, Каннер определил аутизм как разновидность «детского психоза» и назвал причиной неправильный родительский подход.

Десятилетиями ученые безоговорочно разделяли взгляды Каннера, потому что тот никогда не упомянул работу Аспергера в своих внушительных трудах по аутизму. Каннер назвал имя Аспергера лишь раз за всю карьеру, в пренебрежительном обзоре книги в 70-ых.
Похоронив Аспергера – как и Франкла, – он похоронил и спектр, пока его не открыла вновь Лорна Винг в Лондоне в конце 70-ых – начале 80-ых.

Дилан Мэттьюс: Расскажите, как Лорна Винг повторно открыла работы Аспергера и идею аутического спектра?

(Пояснение к изображению: Лорна Винг, автор терминов «аутический спектр» и «синдром Аспергера», 2011 год.)

Стив Сильберман: В Англии того времени детей с аутизмом или любыми другими трудностями в обучении обычно направляли в «учебные центры для детей со значительными нарушениями», где их учили, например, плести корзины.
Лорна вместе с Джудит Гоулд, своим научным ассистентом, ездила в такие центры и во все другие имевшиеся учреждения: больницы, клиники, школы и прочее. Она не искала детей с тем, что она позже назовет «синдром Аспергера». Они искала детей с IQ ниже 70, так как именно такие дети сталкивались с самыми серьезными проблемами, и их родители больше всего нуждались в помощи от Государственной Службы Здравоохранения.

Каннер полагал, что аутизм встречался у верхушки среднего класса, потому что он в основном работал с людьми из этой прослойки. Но кто приходил в его приемную? Главным образом, дети психиатров и других преподавателей.

В каком-то смысле Каннер для сбора информации использовал метод «сверху вниз». Отправившись к обычным людям, Лорна взяла на вооружение метод «снизу вверх». Она заметила, что в Камберуэлле, пригороде Лондона, было много детей, у которых наблюдались всего лишь пара признаков синдрома Каннера, но им все равно требовалась помощь. Она обнаружила множество детей с разнообразным набором проявлений аутизма.
Лорна не понимала, как это объяснить, пока однажды не увидела в одной статье голландского психиатра ссылку на работу Аспергера. Перевода с немецкого не было, и она попросила своего мужа Джона ее перевести.
Так к ней пришло озарение: «Вот что я вижу. Именно то, что этот человек видел в Вене в тридцатых и сороковых, я вижу сейчас в Камберуэлле».

Дальше она и Гоулд работали над теорией, которую они сначала назвали «аутический континуум». Позднее слово «континуум» ей разонравилось, потому что оно звучало слишком сухо и занудно, и она выбрала слово «спектр», думая о линии Уинстона Черчилля. Черчилль однажды сказал: «Природа никогда не рисует четкую линию, но всегда смазывает ее», – имея в виду, что в природе нет ничего бинарного и четкого. Всегда одно наползает на другое.

Дилан Мэттьюс: В конце восьмидесятых стали появляться организации взрослых аутистов, и начали проступать контуры движения за нейроразнообразие. Почему это случилось именно тогда?

(Пояснение к фото: Специалист по домашним животным и защитник прав аутистов Тэмпл Грандин, 2014 год.)

Стив Сильберман: Именно тогда случилась Тэмпл Грандин. Она начала посещать конференции родителей детей-аутистов. До встречи с ней многие родители никогда не видели аутичного взрослого, потому что большинство взрослых аутистов лежали в больницах.

Тэмпл стала выступать на этих конференциях. Она просто рассказывала, как воспринимала мир и себя, когда была ребенком. Для родителей это было настоящим откровением. Они словно бы разговаривали со своими детьми, пусть те и не могли говорить.

Тэмпл описывала то, что теперь широко известно: сенсорную чувствительность и ощущения во время мелтдауна. Прежде родители не могли понять своих детей, не могли услышать от них, что они чувствуют. Неожиданно появился аутичный человек, который мог рассказать, что значит иметь аутичный мозг.

Как-то раз на такой конференции присутствовал молодой аутист по имени Джим Синклер. Поначалу он проявил к Тэмпл большой интерес и уже через год сам рассказывал о том, что значит быть аутистом, перед полным залом родителей, засыпавших его вопросами. Позже он сказал мне, что внезапно почувствовал себя словно «экскурсовод и обитатель зоопарка в одном лице». Он не хотел стоять перед этими люди, чтобы они изучали его, как муху под стеклом. Они как будто-бы воспринимали его сквозь искривленное стекло и патологизировали все, что он говорил. Он просто хотел встретится с другими аутичными людьми и выяснить, насколько они на него похожи.

Взрослые аутисты стали появляться на родительских конференциях без приглашения. Доктора и родители бубнили что-то про аутизм, и внезапно аутичные люди подходили к микрофону и говорили: «А вот как все на самом деле». Они стали кочующей бандой гордых аутистов, которые ходили на конференции, пока им не надоели все эти сборища, где им приходилось скрываться в раздевалке, когда люди слишком громко проявляли свою нейротипичность. Они больше не хотели находиться в нейротипичном окружении.

Так они отделились и создали «Аутрит» – конференцию, созданную аутистами для аутистов. Лео Каннера бы сильно удивила идея аутичного сообщества, был Лео Каннер. Представляете? Он бы никогда не подумал, что такое возможно.

«НА САМОМ ДЕЛЕ ТОЛЬКО СПУСТЯ ПАРУ ЛЕТ ВЫСТУПЛЕНИЙ НА КОНФЕРЕНЦИЯХ ТЭМПЛ ГРАНДИН ПРЯМО ЗАЯВИЛА: «ПОСЛУШАЙТЕ, Я НЕ ВЫЛЕЧИЛАСЬ, Я ВСЕ ЕЩЕ АУТИСТ».»

Созданная тогда же организация «Autism Network International » (Международная Сеть Аутизма) кроме организации мероприятий наподобии «Аутрит» создавала онлайн-группы, которые первоначально примыкали к родительским группам. «Мы здесь, мы ответим на ваши вопросы» – все в таком духе, как было и на родительских конференциях.

Но потом они разочаровались в таком подходе, потому что родители только и делали что выкачивали из них информацию или оставляли комментарии вроде «Сколько можно писать про то, что вы делали на прошлой конференции?» И, так как создать новое сообщество в зарождающемся онлайн-мире было проще простого, они создали онлайн-группы, предназначенные в основном для аутичных людей.

Когда аутисты только начали участвовать в онлайн-общении, наиболее частый вопрос среди психиатров звучал так: «Может ли синдром Каннера сохраняться в зрелом возрасте?»
Задумайтесь на минуту. Это не шутки. Это крайне глубокий вопрос. Они думали: «Постойте-ка, мы все еще аутисты. Нам поставили диагноз в детстве, но мы и теперь аутисты». Даже Тэмпл пришлось это признать. Мало кто помнит, но первое издание ее книги «Появление» рекламировали как первую книгу, написанную «вылечившимся аутистом». Только через пару лет выступлений на конференциях Тэмпл сказала: «Послушайте, я не вылечилась, я все еще аутист».

И вот из таких онлайн-групп, а также из мероприятий в оффлайне возникло стремительно развивающееся сообщество.

Интересно также, что впоследствии началось сотрудничество между аутичным сообществом и более широким движением за права инвалидов. Ранее аутизм никогда не рассматривался в контексте прав инвалидов. Молодое поколение – те, кому поставили диагноз в девяностых, – узнавали о других группах, защищающих инвалидов, читали истории людей с различными инвалидностями и думали: «Подождите-ка, этот человек ведь пишет о моей жизни».

Некоторые люди говорят: «Нейроразнообразие – это только про высокофункциональных людей». Нет, это не так. Это о правах инвалидов. Это мост между миром аутизма и миром активизма людей с различными видами инвалидности. Когда занимаются активизмом в сфере защиты прав инвалидов, не делают так, чтобы в камеру попадали только приятные лица, а люди в инвалидных креслах оставались на заднем плане. Цель движения за права инвалидов – чтобы все были вместе, и в том числе «низкофункциональные» люди.

(Примечание: Еще раз благодарю Антона Егорова за помощь с переводом статьи)

Другие статьи

  • Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста Консультация (младшая группа) по теме: консультация для воспитателей. Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста. Консультация для воспитателей. Предварительный просмотр: Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного […]
  • Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Законодательством Российской Федерации не предусмотрено процедуры отказа от ребенка, возможно только лишение родительских прав. Так, согласно ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если […]
  • Что входит в обязанности родителей по воспитанию детей Глава 12. Права и обязанности родителей (ст.ст. 61 - 79) Глава 12. Права и обязанности родителей См. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. © ООО "НПП "ГАРАНТ-СЕРВИС", 2019. […]
  • Можно ли ребенку капать ромашку в нос отвар ромашки и нос неделю назад мы заболели к нам приходила врач и сказала 5 раз в день промывать нос пипеткой ромашки, потом отсасывать аспиратором, а потом капать капли сейчас я разговаривала с подругой, она меня отругала, сказала, что нельзя так ни в коем случае, […]
  • Как правильно купать в круге месячного ребенка Как купать ребёнка с кругом на шее С какого месяца купать ребёнка с кругом на шее, как правильно это делать, в какое время? Советы доктора Комаровского и видео инструкция. Водные процедуры – особенное удовольствие для маленького ребенка. Кроме обычного гигиеничного […]
  • Диагностика отклонения в развитии ребёнка определение этапы проведения Ранняя диагностика отклонений в развитии детей Диагностика отклонений в развитии основывается на зна­нии общих и специфических закономерностей психического раз­вития нормально развивающегося ребенка и детей с различны­ми отклонениями в развитии. Диагностика носит […]