Аутизм поведенческая терапия

Вопрос-ответ. Какая поведенческая терапия подходит детям с высоким уровнем навыков?

Прикладной анализ поведения при аутизме часто ассоциируется только с помощью совсем маленьким и не говорящим детям, но это неверно

Что именно мы называем высоким уровнем навыков? Как правило, это ребенок старшего возраста, либо маленький ребенок, на которого диагноз влияет в относительно небольшой степени (например, у него синдром Аспергера). Обычно такие дети могут постоянно учиться в общеобразовательном классе школы при наличии определенной поддержки. Если такой ребенок оказывается в коррекционном классе, то чаще всего это связано только с проблемным поведением.

В этом случае какие-то навыки ребенка с аутизмом соответствуют навыкам большинства сверстников, а другие сильно отстают. Например, такой ребенок может понимать весь академический материал в общеобразовательном классе школы, но у него могут быть серьезные проблемы с базовыми навыками самообслуживания. Или же ребенок хорошо владеет речью и может поддерживать диалог, но у него случаются ежедневные тяжелые истерики.

Как правило, у таких детей проблемы с коммуникацией возникают только под влиянием сильных эмоций. Это может вызывать недоумение и недовольство родителей и педагогов, так как ребенок, который обычно может выражать свои потребности словами, прибегает к проблемному поведению, если он сильно расстроен.

Такие аутичные дети могут интересоваться сверстниками, игрушками, соответствующими возрасту, или общением с другими людьми в целом. К сожалению, очень часто, несмотря на их желание общаться, проблемы с социальными навыками приводят к остракизму со стороны сверстников.

Уровень проблемного поведения может варьироваться от низкого до очень высокого. Подобный тип РАС часто характеризуется «перепадами настроения». С ребенком очень просто работать, когда он спокоен. Однако эскалация эмоционального состояния может произойти стремительно, и ребенку потребуется много времени, чтобы полностью успокоиться.

У начинающих поведенческих специалистов составление программы для такого ребенка может вызвать затруднения, как только они поймут, что он НАМНОГО обогнал тест VB-MAPP и даже владеет большинством навыков из теста ABLLS-R. Его не нужно обучать соотносить одинаковые предметы, имитировать движения крупной моторики или строить башенки из кубиков.

Когда я встречаю ученика с высоким уровнем навыков, очень часто в первый момент я ловлю себя на мысли: «Ой, а с этим-то ребенком почему меня позвали работать?». Это ученик, который поздоровается с вами, сам заговорит, с удовольствием покажет свои игрушки, похвастается, что ему поставили пятерку за доклад по природоведению. Но потом… вы начнете что-то замечать. Например, этому ребенку 9 лет, но он до сих пор спит в подгузниках. Или ребенку 13 лет, а ее единственная подруга — 4-летняя соседка. Или ученику 22 года, и он отказывается выходить из дома без своего розового рюкзака с Дашей-путешественницей.

Это тот момент, когда вы понимаете, что, хотя при первом знакомстве может показаться, что у человека нет никаких проблем с функционированием, в реальности он остро нуждается в помощи.
Это прозвучит несправедливо, но я часто вижу, что именно дети с высоким уровнем навыков вызывают наибольшее раздражение у членов семьи и педагогов. От них ожидают высокого уровня управления своим поведением, на который они не способны. Как они могут быть высокофункционирующими в одних областях и одновременно низкофункционирующими в других?

Мне очень часто приходится объяснять это самым разным специалистам. Работая в области аутизма очень важно не занижать свои ожидания для детей с низким уровнем навыков, и при этом не завышать свои ожидания для детей с высоким уровнем навыков. Все просто.

Меня глубоко возмущает, когда я сталкиваюсь с людьми, которые ничего не ждут от моих учеников, а случается это очень часто. Но есть и противоположная ситуация: люди считают, что раз мой ученик с РАС может говорить и общаться, то у него нет НИКАКИХ проблем. И те, и другие несправедливы, ошибаются и полностью игнорируют уникальные сильные и слабые стороны каждого человека. Аутизм — это спектр, все, что вы можете заранее ожидать от людей с РАС — это то, что они не будут похожи друг на друга.

Я редко работаю с учениками старшего возраста и более высоким уровнем навыков, и когда мне выпадает такая возможность — это всегда очень весело.

Ваши занятия могут включать приготовление еды, работу над навыками для рабочего места, покупки в магазине, научные проекты, искусство и ремесла, хорошие манеры и правила этикета. Сами занятия с такими клиентами могут быть очень увлекательными. Например, одна ученица заметила, что я покрасила волосы, и сказала, что теперь я как Ариэль из «Русалочки». Другая девочка сказала, что если я не перестану заставлять ее заниматься, то она позвонит в полицию. А один мальчик 7 лет спросил меня, люблю ли я рэп, и когда я ответила «нет», он сказал: «Это ничего, потом полюбите, когда станете крутой».

Ниже приводится несколько рекомендаций по составлению поведенческой программы и типичные (но не универсальные) цели для обучения таких детей.

Помните, что эти рекомендации не касаются того, где вы занимаетесь с ребенком. Другими словами, понадобится адаптировать их для работы дома, в школе, на рабочем месте или в центре прикладного анализа поведения. Изменение места не меняет потребность всех детей быть успешными.

Общие рекомендации по вмешательству

Рекомендуемое соотношение педагогов и учеников: фронтальная инструкция одного учителя (при агрессии и другом проблемном поведении может потребоваться индивидуальный тьютор).

Формат и методы работы

— По большей части, обучение в естественной среде.

— Метод случайного обучения.

— Обучение в общественных местах. (Также смотрите «Что такое обучение в общественных местах»).

Рекомендуемая интенсивность терапии

— 8-15 часов в неделю.

Режим подкрепления

— Вариативный режим или фиксированный временной интервал, например, 25:1 (один перерыв на каждые 25 минут).

Типы поощрений

— Естественное поощрение (мы пекли пирог, а потом мы его едим), которое предоставляется достаточно редко.

Цели поведенческой программы

— Посещение общественных мест.

— Интравербальные речевые навыки.

— Понимание прочитанного текста.

— Беглость математических навыков.

— Как следовать правилам игры и принимать поражение в игре.

— Как принимать перемены и изменения.

— Навыки разрешения конфликтов.

— Обучение социальным навыкам с помощью социальных историй. (Также смотрите «Как обучать детей с аутизмом с помощью социальных историй»).

— Работа по дому и помощь по хозяйству.

На что важно обратить внимание

— Риск чрезмерных подсказок/заученные реакции по подсказке. (Именно поэтому таким ученикам не рекомендуется метод обучения отдельными блоками).

— Ребенок может проявлять интерес к прогрессу в терапии и вашим записям.

— «Осколочный» учебный профиль: какие-то навыки намного выше среднего, другие навыки значительно ниже.

— Обучение должно включать поощрения, которые предоставляют как взрослые, так и сверстники, а также развитие навыков поощрения самого себя.

— Не забывайте обязательно включать в программу обучение навыкам оценки и управления своим поведением. (Также смотрите «Как управление собственным поведением может помочь при аутизме»).

— Для клиентов старшего возраста может быть необходимо обучить всех сотрудников навыкам безопасного физического реагирования на агрессивное поведение.

— Важно работать над развитием подходящих возрасту игровых и досуговых навыков и интересов (для облегчения отношений со сверстниками).

Надеемся, информация на нашем сайте окажется полезной или интересной для вас. Вы можете поддержать людей с аутизмом в России и внести свой вклад в работу Фонда, нажав на кнопку «Помочь».

Поведенческая терапия может повлиять на функционирование мозга у детей с аутизмом.

Проанализировав данные при помощи функциональной магнитно-резонансной томографии (МРТ) до и после проведения исследования, команда ученых обнаружила положительные изменения в мозговой деятельности у детей с аутизмом, которые получали особый тип поведенческой терапии.

Во время работы над исследованием, проведенным в Детском исследовательском центре Йельского университета, функциональная МРТ использовалась в качестве инструмента для измерения воздействия на аутичных детей такой методики, как Обучение ключевым/опорным реакциям (PRT). Данная терапия впервые была исследована Lynn Koegel в Калифорнийском Университете Санта Барбары, клиническим директором Koegel Autism Center, на примере детей как с низкофункциональным, так и с высокофункциональным аутизмом, получавших терапию по методике PRT впервые. Функциональная МРТ позволяет исследователям увидеть, какие области мозга активны в процессе обработки определенных стимулов. Сравнив данные сканирования МРТ головного мозга 5-летних участников исследования, ученые отметили заметные, и даже значительные изменения в том, каким образом дети обрабатывали стимулы. Результаты данного исследования были опубликованы в последнем номере журнала Аутизм и нарушения развития.

«Самое замечательное из того, что мы обнаружили, это повышенная активность в тех областях мозга, которые обычно используются типично развивающимися детьми», говорит Avery C. Voos, аспирант в Koegel Autism Center при Калифорнийском Университете Санта-Барбары и один из ведущих авторов исследования Йельского университета. «После четырех месяцев лечения они начинают использовать те области головного мозга, которые используются при обработке социальных стимулов у типично развивающихся детей».

«Мы можем сказать, что мы изменили то, каким образом эти дети обрабатывают социальные стимулы, и это то, что нам нужно», добавила она. «Аутизму присущ социальный дефицит, так что любые улучшения в сторону социального взаимодействия действительно помогают развитию».

Целевой метод предназначен для улучшения социальной активности у детей с расстройствами аутистического спектра. PRT отказывается от акцента на конкретных навыках, таких как построение моделей из кубиков, и вместо этого упор переносится на так называемые «ключевые области навыков», такие как мотивация, в надежде вызвать каскадный эффект подобного воздействия на множество других областей навыков.
«Например, если вы ориентируетесь на других людей, с социальной точки зрения это может оказаться приемлемым, но вы также получаете обширную информацию от этих людей, которая влияет на вашу манеру общения с людьми в еще более широком смысле», объясняет Voos. «Скажем, ребенок хочет рисовать и просит красный карандаш в то время, как он стоит ко мне спиной. Я говорю: «Я не понимаю твоей просьбы, когда ты не смотришь на меня». Как только он поворачивается ко мне, мы продуцируем обусловленную реакцию, в данном случае, давая ему красный карандаш, и в идеале ребенок начинает понимать: «Эй, когда я смотрю на тебя и прошу у тебя то, чего я хочу, я получаю желаемое». В результате, социальное взаимодействие само по себе становится поощрением, что и является конечной целью».

Смотрите так же:  Тайны маниакальной депрессии

В исследовании Йельского университета приняло участие двое детей, каждый из которых получал одинаковый объем терапии, от восьми до десяти часов в неделю в течение четырех месяцев, что сопровождалось функциональным магнитно-резонансным исследованием заданных областей мозга. Согласно Voos, проект должен был показать, что PRT действительно оказывает влияние на процесс обработки стимулов, и это не является исключительно обученными изменениями в поведении. Данный проект задумывался как импульс для проведения дальнейшего, более подробного исследования.

«Следующим логическим шагом является оценка большей группы детей того же возраста, что и эти двое, чтобы увидеть, были ли данные улучшения исключительными лишь этих детей», комментирует Voos. «Мы также хотим узнать, сохраняются ли увиденные нами изменения после лечения. В долгосрочной перспективе, было бы прекрасно попробовать это с сотнями детей в различных возрастных группах, чтобы увидеть, какими могут быть различия. Я утверждаю, что чем младше такие дети к моменту начала терапии, тем большие улучшения мы увидим в том, каким образом они обрабатывают социальные стимулы».

И в этом заключается основная идея данного исследования, по мнению Voos.

«Раннее вмешательство замечательно», сказала она. «Оно может серьезно улучшить не только внешнее поведение, но потенциально и то, каким образом дети обрабатывают информацию об окружающем их мире и о вашем повседневном с ними взаимодействии. Даже если существуют лишь незначительные изменения, сам факт, что у них наблюдаются сдвиги, и что они, возможно, будут обрабатывать социальные стимулы более «типичным» образом на протяжении всей последующей жизни, является довольно мощным, чтобы задуматься об этом».

ABA‑терапия (метод прикладного анализа поведения)

На сегодняшний день одним из самых эффективных методов коррекции аутизма является поведенческая терапия или метод прикладного анализа поведения ABA (Applied behavior analysis).

АВА‑терапия — это интенсивная обучающая программа, которая основывается на поведенческих технологиях и методах обучения. АВА как научная дисциплина изучает влияние факторов в окружающей среде на поведение и манипулирует этими факторами, чтобы изменить поведение человека.

Метод АВА для работы с детьми с аутизмом впервые был использован доктором Иваром Ловаасом (Іvar Lovaas) и его коллегами из Калифорнийского университета в Лос‑Анджелесе в 1963 году. В основу была взята идея, что любое поведение влечет за собой некоторые последствия, и если ребенку последствия нравятся, он будет это поведение повторять, а если не нравятся, то не будет.

При этом подходе все сложные навыки, включая речь, творческую игру, умение смотреть в глаза и другие, разбиваются на мелкие блоки — действия. Каждое действие разучивается с ребенком отдельно, затем действия соединяются в цепь, образуя сложное действие. Взрослый не пытается давать инициативу ребенку, а достаточно жестко управляет его деятельностью. Правильные действия закрепляются до автоматизма, неправильные — строго пресекаются. Для достижения желаемого поведения используют подсказки и стимулы, как положительные, так и отрицательные. Закрепленным навык считается только тогда, когда ребенок сможет выполнять это действие без ошибок в 80 процентах ситуаций вне зависимости от того, в какой атмосфере и кем было дано задание.

В рамках обучающей программы по методике АВА ребенок всегда ведомый, его свобода и инициативность ограничены выбором обучающего взрослого. Для каждого ребенка составляется индивидуальный план поэтапного развития. Ребенок может осваивать одновременно два‑три не связанных между собой навыка, педагогом выстраивается четкая система усложнения и поэтапного освоения все новых и новых навыков.

Конечная цель АВА — дать ребенку средства осваивать окружающий мир самостоятельно.

В арсенале АВА несколько сотен программ, среди них невербальная и вербальная имитация, общая и мелкая моторика, понимание языка, называние предметов, называние действий, классификация предметов, «покажи, как ты. «, местоимения, ответы на вопросы «Что?», «Кто?», «Где?», «Когда?», «Как?», употребление «да» и «нет», и других. Среди программ более высокого уровня — «Скажи, что будет, если. » (предугадывает исход действия), «Расскажи историю», «Делай как (имя сверстника)», «Позови (имя сверстника) играть».

В АВА‑терапии существуют несколько терапевтических моделей, рассчитанных для раннего детства (от 1,5‑3,5 лет), дошкольного и школьного возраста, подростков и взрослых.

В раннем возрасте коррекция нежелательного поведения наиболее эффективна, так как такое поведение еще не успело закрепиться, а взрослому проще справиться с ребенком в случае направленной агрессии или самоагрессии ребенка с аутизмом.

Программа раннего вмешательства должна быть интенсивной — от 30 до 40 часов в неделю, чтобы ребенок смог усвоить необходимые навыки поведения и преодолеть отставание в развитии.

Специалист по АВА первоначально определяет поведенческую проблему ребенка, затем проводит «измерения» (изучает и наблюдает поведение), в результате которых производится оценка и вырабатывается стратегия обучения («вмешательство»).

Во время обучения по системе АВА с ребенком ежедневно занимается несколько специалистов разной направленности (дефектолог по поведенческим навыкам, музтерапевт, арттерпевт), а контроль осуществляет супервизор — специалист по методике. Специалисты последовательно занимаются с ребенком на протяжении двух‑трех часов (делая за это время пять‑шесть программ), на протяжении одного дня с ребенком могут последовательно работать два‑три специалиста, и ребенок получает пять‑шесть часов в день. Все действия по программам записываются в общий журнал работы с ребенком, координируя действия специалистов.

AВА может выполняться на дому, в учебном заведении, в детском кружке. Занятия могут быть индивидуальными и групповыми — в маленьких группах (два‑три человека) и больших (пять‑десять человек).

Количество часов в учебной программе может варьироваться в зависимости от потребностей и возможностей. Среднее количество часов в программе АВА — 20 часов в неделю. Минимальное количество часов в АВА‑программе — шесть часов в неделю, максимальное — 40.

Важно, чтобы родители ребенка были неотъемлемой часть команды работающей с ребенком, воспитывали ребенка на основе поведенческих принципов обучения и помогали ему обобщить все навыки, которые он выучил в программе.

Для детей дошкольного возраста вне зависимости от уровня развития навыков рекомендуется обучение в системе спецобразования. Обучение на дому может быть ограниченной средой, в которой ребенок не сможет выучить такие важные навыки, как нахождение в группе сверстников, обучение в группе, общение с различными людьми.

Частично обучение может остаться индивидуальным, в особенности для детей с низким уровнем речевых навыков или для детей, которые ранее не обучались и не научились взаимодействовать со взрослыми.

При всей строгости обучающей программы методика АВА подходит для тяжелых форм аутизма, синдрома Дауна и тяжелых форм интеллектуальной недостаточности.

Выбор именно этой методики оправдан, если поведение ребенка не поддается контролю со стороны близких, он не реагирует на просьбы и запреты, не откликается на имя, не стремится к коммуникации, не имеет речи или речь развита настолько слабо, что ребенок может с трудом (или не может) выразить свои мысли и желания.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Аутизм поведенческая терапия

Развивающий Центр «Ключ» г. Минск.

Наш развивающий Центр «Ключ» создан для детей с особенностями в развитии.

Любой ребёнок, с самым сложным диагнозом (аутизм, РАС, ДЦП, задержка речевого и психо-речевого развития, СДВГ и т.д.) получит у нас профессиональную помощь. А наш Центр станет для него тем самым ключиком, который откроет ребёнку дверь к здоровью и гармоничному развитию. Мы подобрали и рады предложить вам самые эффективные методики для терапии:

⭐ОСТЕОПАТИЯ — ручная настройка организма на исцеление, основа любой терапии;

⭐ВЫСОКОЧАСТОТНАЯ ЗВУКОВАЯ ТЕРАПИЯ — методика запуска речи и стимуляции психического развития ребёнка с помощью прослушивания индивидуальных программ через наушники с костной проводимостью;

⭐ МОЗЖЕЧКОВАЯ СТИМУЛЯЦИЯ — представляет комплекс упражнений для гармоничной работы всех отделов мозга;

⭐РАЗВИВАЮЩИЕ ЗАНЯТИЯ С НЕЙРОПСИХОЛОГОМ ;

⭐ГРУППОВЫЕ И ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ЗАНЯТИЯ ПО АРТ ТЕРАПИИ;

⭐ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ЗАНЯТИЯ С ЛОГОПЕДОМ-ДЕФЕКТОЛОГОМ;

⭐ГРУППОВЫЕ ЗАНЯТИЯ СТУДИИ «СОТВОРЕНИЕ», которые помогают ребёнку сделать первые шаги к общению и взаимодействию.

Как приучить ребёнка с аутизмом к туалету. Подборка материалов.

4. Если ваш малыш не может ходить в туалет «по-большому»:

Авокадо- Инклюзивный образовательный центр в г. Бресте.

Открылся новый центр помощи детям с особенностями!

Авокадо- Инклюзивный образовательный центр в г. Бресте

Наши услуги:

Биоакустическая коррекция (БАК) – метод помогает гармонизировать работу мозга путем преобразования волн ЭЭГ в музыку, которую прослушивает пациент. Коррекция происходит по принципу обратной связи: если ЭЭГ не соответсвует норме, то и музыка будет восприниматься как не очень приятная, мозг, начинает работать более правильно, чтобы слышать более приятную музыку. Регистрация ЭЭГ, преобразование ее в звук и прослушивание через наушники происходят синхронно. Сеанс занимает 20 минут, на первый курс требуется от 10 до 20 сеансов в зависимости от возраста ребенка. Во время сеанса желательно лежать или спокойно сидеть. Метод является безопасным, т к процесс происходит под контролем ЭЭГ. Вы сами убедитесь, насколько лучше станет ЭЭГ на последнем занятии по сравнению с первым, улучшится поведение ребенка и сон. Эффективность доказана 25-летними клиническими испытаниями, а также исследованиями.

Смотрите так же:  Депрессия и паксил

АВА-терапия (Applied behavior analysis) или прикладной анализ поведения. Единственный метод с доказанной эффективностью при аутизме. В основе метода- система поощрений, мотивирующих ребенка менять свое поведение. Специалист поможет вам найти причину нежелательно поведения ребенка и исправить или снизить его, а так же научит общаться (вербально или невербально) и обучит академическим навыкам. Так же подходит для обучения туалетному поведению, снижения избирательности в пище и прочее.

Мозжечковая стмуляция – современный метод мягкой стимуляции мозга. Известно, что

К РЕВУЩЕЙ ДОЧКЕ ПОДПОЛЗ МАЛЬЧИК-ИНВАЛИД И СКАЗАЛ: НЕ ПЛАЧЬ.

— Я не понимаю, зачем рожать таких больных детей.

— Да-да… В наше время калек почти не было. Только мучаются…

Две старушки читали на днях нашу храмовую стенгазету, где я рассказала о том, что у нас родилась дочка с синдромом Дауна, и обсуждали. А я проходила мимо и слышала.

Вы думаете, это были случайные «захожане»? Модные бабушки с каким-нибудь гидроперитом на голове и нарисованными синими бровями? Которые являются в храм только для того, чтобы освятить куличи, покритиковать попов на мерседесах и возмутиться, какие здесь все злые?

Нет! Это были бабульки — Божии одуванчики. В платочках. Которые, как свечечки, отстояли всю всенощную. Крестились, кланялись, подошли к помазанию и смачно поцеловали руку батюшке. И вот теперь с чувством выполненного христианского долга обсуждали, кому жить, а кому нет.

Я, конечно же, хотела «встрять», но понимала, что, если открою рот, уже не остановлюсь.

Вы не прячьте аутистов под мамин подол!

Родители особенных детей часто тянут с визитом к психиатру, надеясь, что все проблемы «рассосутся» — исчезнут сами собой. Это сродни запуску таймера обратного отсчета на бомбе: однажды она все равно взорвется. И тогда поход с ребенком к врачу обойдется во всех смыслах дороже.

В продолжение темы детского аутизма корреспондент «Уралинформбюро» встретилась с заведующей Областным центром психического здоровья детей, главным внештатным детским специалистом-психиатром министерства здравоохранения Свердловской области Людмилой Ильяшевой.

— Людмила Борисовна, давайте начнем с проблемы диагностики аутизма – она сегодня своевременна?

— Родители подчас хотят, чтобы врачи определяли проявления аутизма чуть ли не на первом году жизни ребенка. Но как диагностировать то, что еще не сформировалось? Ведь клиническая картина при типичном аутизме складывается только к двум годам, а при атипичном — к трем.

Конечно, если у детей заметны какие-то отклонения или возникают какие-то подозрения, можно и нужно сделать скрининг, который могут провести не только врачи, в том числе непсихиатрического профиля, но и сами родители. Если результаты подтверждают опасения, то надо обращаться к специалисту.

Аутизм похож на любое другое заболевание: если вовремя не обратиться за помощью, можно получить осложнения. Чем раньше болезнь нашли, чем раньше оказана помощь — не только медикаментозная, но и психологическая, педагогическая, социальная — тем лучше будет результат. Это относится не только к аутизму, но и к любому психическому расстройству.

Что такое АВА терапия?

В представлении многих АВА терапия имеет две крайности:
Некоторые представляют АВА как дрессуру — ничего сложного, «наливай и пей» — почитал Ловааса, посадил «аутиста» в угол, прижал столом, помахал перед глазами конфетой, и давай бубнить: «Посмотри на меня!», «Похлопай», «Где красный?».

Другие представляют АВА как «икру заморскую, баклажанную» — где бы найти специалиста АВА, который будет заниматься с ребенком и вылечит его от всех аутистических недугов? Специалист должен быть именно АВА, и именно сертифицированный, желательно «заморский», ну и очень-очень опытный.

Но, как и везде — и в АВА хороша «золотая середина».

Фактически АВА, как метод терапии аутизма, не является дисциплиной. АВА терапия — это интенсивная обучающая программа, которая основывается на поведенческих технологиях и методах обучения.
АВА же, как дисциплина — это наука, которая изучает влияние факторов в окружающей среде на поведение, и манипулирует этими факторами, чтобы изменить поведение.
Можно провести параллель с медициной — есть непосредственное «врачевание», выполняемое врачами и медсестрами, а есть фармакология — разработка и изготовление лекарств, и исследование их эффективности.
Так и в АВА — научная дисциплина изучает поведенческие процессы, а терапевты — используют методы на практике. В частности, при работе с детьми с аутизмом.

Но необходима ли АВА терапевту научно-исследовательская деятельность? Обязан ли АВА терапевт быть только «АВА» по профессии? Обязан ли иметь 20-ти летний опыт работы, чтобы выполнять обучающие программы и заниматься с аутистичным ребенком? Нет. Выполнять поведенческую работу может каждый человек. НО — при условии, что он готов учиться, причем учиться на постоянной основе.

Как и в медицине — может ли обычный человек научиться делать уколы? Необходимо ли для этого учиться 11 лет на доктора? Или 4 года — на медсестру? Или под руководством медсестры — научиться этому, за пару часов/раз/дней? Конечно есть такие люди, которые никогда не научаться делать уколы, сколько им не показывай и не рассказывай, но есть и такие, которые могут этому научиться несмотря на отсутствие полного медицинского образования.

Но, с другой стороны, если не иметь учителя, который покажет как и что нужно сделать, и убедится, что все действия выполняются правильно — пока самоучкой научишься делать уколы — если не убьешь, то серьезно навредишь здоровью своих «пациентов». И в АВА также — недостаточно прочитать на форуме, в блоге, или в книге примеры обучающих программ, и помчаться применять эти программы на всех детях подряд. Неудивительно, что многие дети не продвигаются в «самодельной» АВА программе, и лечение не столько лечит, сколько калечит.

Несомненно, чем опытнее АВА терапевт, тем качественней его работа, тем эффективнее обучение и быстрее продвижение ребенка. Но опытными не рождаются, опытными становятся. И приобрести опыт можно и нужно на практике, под руководством опытного АВА специалиста, который покажет, расскажет и распишет, что и как делать.

Поэтому, и сами родители ребенка могут научиться выполнять АВА программу, и начинающие специалисты/ студенты, и уже опытные специалисты разного профиля. Главное — выполнять самый важный завет Ленина — «Учиться, учиться, и еще раз учиться. »
Примеры обучения родителей применять поведенческие методы можно найти здесь и здесь.

«Родители – главное звено в ПАП-терапии»

Лилия Колпакова, один из редких в нашей стране экспертов по прикладному анализу поведения и мама 9-летней Насти, которой диагноз «аутизм» не помешал учиться в школе, — о методе коррекции аутизма

В нашем недавнем материале об отцах особых детей Игорь Громов поделился мечтой – рано или поздно таблетку от аутизма должны придумать, и тогда его десятилетняя дочь Катя заговорит и расскажет, каким видит мир.

Прикладной Анализ Поведения (ПАП) совсем не похож на волшебную таблетку, но благодаря этому методу коррекции поведения дети с аутизмом уже сегодня обучаются говорить и общаться, самостоятельно одеваться и пользоваться туалетом, играть со сверстниками, кататься на велосипеде, читать и учиться в школе.

Всем ли детям подходит ПАП-терапия, как понять, если что-то идет не так, отличить настоящего специалиста от мошенника, и где проходит граница между опасным для ребенка и неудобным для его родителей поведением? На эти вопросы отвечает Лилия Колпакова, клинический супервизор Центра «Белая ворона» и разработчик курса магистратуры по прикладному поведенческому анализу МГПУ. Врач по профессии, Лилия открыла для себя ПАП, когда искала, как облегчить состояние маленькой дочери Насти, которой был поставлен диагноз «аутизм».

— Всем ли детям подходит поведенческая терапия?

Прикладной анализ поведения — прежде всего наука, которая разрабатывает прикладные методики, опираясь на законы нашего поведения. Эти законы универсальны — нет человека на планете Земля, который жил бы по другим законам, нежели те, которые описывает прикладной анализ поведения. Все просто и банально: в нашем поведении есть определенные функции, их не так много. Это привлечение внимания, доступ к желаемому, избегание неприятных факторов и аутостимуляции.

По сути, ПАП подходит любому ребенку. Нет ребенка с аутизмом или с ментальными или поведенческими сложностями, которому ПАП не помог бы. Терапия подходит абсолютно всем — и взрослым, и детям.

— Есть разные методики для помощи ребенку с аутизмом, в том числе Floortime, PECS и другие подходы. Что конкретно делает ПАП? Какие запросы ребенка и какие родительские задачи он может решить?

— Про «запрос» ребенка говорить довольно сложно. К поведенческим аналитикам приходят родители детей, которым, как правило, уже много где отказали. Они обращались к психологам, дефектологам, логопедам и другим специалистам, и очень часто получали прямой или завуалированный ответ: «Сначала научите его сидеть за столом, а потом приходите», «Пусть она у вас сначала заговорит, а после этого мы начнем корректировать проблемы с речью». Именно эти задачи позволяет решить ПАП. Перед тем как обучать чему-либо ребенка, нам нужно решить поведенческие проблемы. Если ребенок кричит, вырывается и убегает от человека, с которым предполагаются занятия, обучать его или ее не очень продуктивно.

Для начала необходимо сделать так, чтобы ребенок почувствовал себя комфортно в обществе педагога, чтобы он увидел в нем друга, чтобы установилось взаимное уважение и появилось желание сотрудничать. Очень важно, чтобы поведенческий педагог уважал своего маленького клиента и видел в нем личность. Кроме того, на первом этапе мы говорим об установлении руководящего контроля и сотрудничества. Когда я обучаю специалиста, я всегда транслирую мысль: главное в работе с ребенком – стать для него другом и партнером.

— Для чего все это нужно?

— Чтобы у ребенка была мотивация приходить на занятия. К другу ребенок придет с удовольствием. Для меня показатель хорошо и грамотно построенной программы — если я вижу, что ребенок бежит на занятие. Только после установления этого контакта можно говорить об обучении навыкам. У детей 10-12 лет уже сформирован определенный комплекс форм поведения и реакций на нежелательные факторы. То есть ребенок приходит к нам с уже сформированным нежелательным поведением: кто-то кричит, кто-то падает на пол, кусается, бьет себя, а кто-то, получив новую инструкцию, начинает обнимать другого человека, что тоже не способствует обучению. Для того, чтобы компенсировать те или иные дефициты у ребенка, нужно сначала избавиться от нежелательного поведения.

Смотрите так же:  Общество людей с депрессией

Не отнимай, попроси

Настя, дочь Лилии Колпаковой, на занятии с тьютором. Фото: facebook.com

— То есть ПАП в первую очередь направлен именно на преодоление нежелательного поведения?

— Да. Это одна из основных задач. Часто поведенческие сложности обусловлены тем, что по-другому он себя вести не может, не умеет в этой ситуации. Пример: если у ребенка без вербальной речи, с отсутствующими навыками коммуникации что-то болит, то как он об этом скажет? Или как ему сообщить, что ему неприятна кофта, которая сейчас на нем? Именно поэтому очень большое внимание уделяется развитию навыков коммуникации. Уровень нежелательного поведения снижается по мере освоения коммуникации. Если ребенок не умеет попросить игрушку у другого ребенка, то он просто подойдет и отнимет. Задача аналитика: помочь ему достичь того же результата, но социально приемлемым способом.

— Насколько в это должна быть вовлечена семья?

— Проблема вовлечения семьи в абилитацию ребенка с аутизмом — краеугольный камень. Нужно помнить, что специалист проводит с ребенком очень мало времени — от получаса до 1-3 часов, у всех по-разному. Но какой бы ни была интенсивность занятий, дома в семье ребенок обычно проводит больше времени: с бабушками, нянями, родителями. Если в семье обучаемые навыки не поддерживаются, то процесс обучения очень сильно затрудняется. Родители — важнейшая часть команды при работе с ребенком с аутизмом. Их необходимо обучать и консультировать. Родитель всегда должен быть в курсе того, что происходит с ребенком. Не говоря уже о том, что ни одно поведенческое вмешательство без запроса семьи проводиться не может.

— А если включается не вся семья? То все пропало?

— Не вижу причин, почему не вся семья включается. Если мы в рамках ПАП научили ребенка просить предметы, то даже папа, который относился к идее скептически, видит результат. Если мы доступно и эффективно объясняем родителям, что именно мы делаем с ребенком и почему это необходимо, то родители включатся в процесс. Если родитель видит результат, то родитель включается.

Усталость — плохой знак

— Как правило, рекомендуется заниматься по методу ПАП не менее 30-40 часов в неделю. Кажется, у ребенка ни на что другое не остается времени. А как же игра?

— Если мы говорим о младших дошкольниках 2-4 лет, естественно, такого ребенка сажать за стол на 40 часов в неделю никто не будет. Цель обучения ребенка должна соответствовать его возрасту. Развитие навыков коммуникации для детей в этом возрасте будет строиться в игровой форме. Ребенок от этого уставать не должен — если мы обучаем правильно и в соответствии с его возрастными потребностями и особенностями. По сути, он делает то же, что и сверстники, только под руководством опытного терапевта. Более 30-40 часов в неделю может включать и выполнение программы в домашней среде, освоение бытовых навыков, социального взаимодействия.

— Вы часто повторяете фразу «если все делать правильно». Как понять, что что-то идет не так?

— Терапевт начинает вводить ребенку навык альтернативной коммуникации и у дочери или сына появляется больше просьб к родителям. Я всегда прошу родителей записывать количество просьб в течение дня, чтобы понять, как это поддерживается в семье, нужна ли помощь и корректировка. В некоторых случаях число просьб в какой-то момент либо уменьшается, либо они вообще сходят на нет. Оказывается, ребенок, освоивший коммуникацию, перестает быть удобным. Раньше он сидел в своей комнате, ставил в ряд машинки, а сейчас постоянно спрашивает что-то. Если родители устают, очень часто они считают, что что-то не так.

Граница — возраст

— Где проходит грань между разрушительным, опасным поведением ребенка, которое необходимо устранить, так как это вопрос безопасности, и тем, что устраняется так называемое нежелательное поведение, то есть такое, которое доставляет неудобство родителям или окружающим?

— Очень острый вопрос. Нежелательное поведение – прежде всего, социально неприемлемое поведение. К нему относится проявление агрессии и аутоагрессии, социально неприемлемые формы коммуникации (например, когда четырнадцатилетний подросток знакомится со сверстницей, начиная ее обнимать) и многие другие нарушения поведения. Грань здесь — возрастные нормы.

Например, если ребенок в два года не умеет ждать в очереди в Макдональдсе больше двух минут, и родители приходят с запросом научить его стоять спокойно 15 минут, скорее всего, мы над этим работать не будем — ни один нейротипичный маленький ребенок так долго ждать не умеет, это не соответствует его физиологическому статусу. В то же время, есть поступки, которые могут выглядеть как социально приемлемые, но быть опасными для жизни и здоровья самого ребенка. Например, привычка сидеть на подоконнике в случае взрослого человека не является социально неприемлемой. Однако для ребенка с аутизмом, у которого чаще всего отсутствует чувство опасности, такое поведение может угрожать жизни, и мы с ним начинаем работать.

Ресурсные классы

Кабинет для занятий ПАП-терапией в центре «Белая ворона». Фото с сайта aba-centre.com

— Насколько ПАП-терапия доступна сейчас для родителей детей с аутизмом?

— К сожалению, терапия в рамках ПАП по-прежнему остается очень дорогостоящей и проводится в основном на базе коммерческих центров. Однако в этом вопросе на сегодня есть некий прогресс, когда на базах детских садов и школ организуются ресурсные группы и классы, работающие в парадигме ПАП. Например, в школах Москвы, Воронежа, Белгорода, Санкт-Петербурга.

— Когда речь идет о ребенке с аутизмом, с чего мы начинаем?

Скорее всего, мы начинаем с диагностики, не только медицинской, которая важна сама по себе. Необходимо также провести диагностику, которая требуется для ПАП. Для того, чтобы начинать терапию в рамках прикладного анализа поведения, нам совершенно неважно, поставлен ли ребенку официально диагноз «аутизм». Родителям нужно в первую очередь осознать: если они видят что-то тревожное в поведении ребенка, в том, как он или она осваивает навыки, замечают регресс навыков, возникновение проблем в общении, утрату глазного контакта, то нужно обратиться к специалисту, чтобы провести первичную диагностику.

У нас в стране сегодня существует ряд диагностических инструментов, которые позволяют выявить текущие дефициты ребенка, определить актуальный уровень его развития и достаточно полно выстроить программу для индивидуального плана развития с учетом его или ее сильных сторон. Необходимо компенсировать текущие дефициты, опираясь именно на сильные стороны.

— Кто владеет этими диагностическими инструментами? К кому обращаться?

На сегодняшний день, к сожалению, такими инструментами владеют только поведенческие аналитики, которых не так много у нас в РФ. Благодаря тому, что сфера ПАП развивается, все больше людей обучаются работе с этими инструментами. Практикующий поведенческий аналитик, который прошел должное обучение, как правило, располагает этими инструментами.

— Какой уровень образования должен иметь специалист? Какие документы и сертификаты поведенческого терапевта сейчас действительны в России? Кто сейчас в РФ занимается аккредитацией и сертификацией?

— Крайне желательно, чтобы у специалиста, работающего с ребенком, было профильное образование, кроме того, такой специалист должен пройти обучение в рамках ПАП. На сегодня в России есть сертифицированные курсы по ПАП, а также курсы, проводимые специалистами центров под супервизиями сертифицированных специалистов. Пока в основном специалисты получают сертификаты BACB — Американской ассоциации поведенческих аналитиков. Мы очень надеемся, что по мере принятия профстандарта поведенческого аналитика в России будет создана своя сертификационная комиссия.

Другие статьи

  • Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста Консультация (младшая группа) по теме: консультация для воспитателей. Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста. Консультация для воспитателей. Предварительный просмотр: Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного […]
  • Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Законодательством Российской Федерации не предусмотрено процедуры отказа от ребенка, возможно только лишение родительских прав. Так, согласно ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если […]
  • Что входит в обязанности родителей по воспитанию детей Глава 12. Права и обязанности родителей (ст.ст. 61 - 79) Глава 12. Права и обязанности родителей См. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. © ООО "НПП "ГАРАНТ-СЕРВИС", 2019. […]
  • Можно ли ребенку капать ромашку в нос отвар ромашки и нос неделю назад мы заболели к нам приходила врач и сказала 5 раз в день промывать нос пипеткой ромашки, потом отсасывать аспиратором, а потом капать капли сейчас я разговаривала с подругой, она меня отругала, сказала, что нельзя так ни в коем случае, […]
  • Как правильно купать в круге месячного ребенка Как купать ребёнка с кругом на шее С какого месяца купать ребёнка с кругом на шее, как правильно это делать, в какое время? Советы доктора Комаровского и видео инструкция. Водные процедуры – особенное удовольствие для маленького ребенка. Кроме обычного гигиеничного […]
  • Диагностика отклонения в развитии ребёнка определение этапы проведения Ранняя диагностика отклонений в развитии детей Диагностика отклонений в развитии основывается на зна­нии общих и специфических закономерностей психического раз­вития нормально развивающегося ребенка и детей с различны­ми отклонениями в развитии. Диагностика носит […]