Боязнь открытий

Как открыть свое дело, не позволяйте страхам тянуть вас на дно

Увы, лишь немногие из тех, кто мечтает открыть собственное дело, решаются на это. Проблема зачастую кроется даже не в отсутствии возможностей, ведь есть немало людей, начинавших свой бизнес с нуля и добившихся превосходных результатов. Основная трудность нередко состоит в неумении побороть свой страх, преодолеть сомнения, найти в себе силы и принять важное решение. В итоге некоторые люди отказываются от своей мечты и порой тратят жизнь, посвящая каждый день ненавистной работе и смиряясь с низкой зарплатой.

Безусловно, если вы любите свою работу, вас полностью устраивает руководство и коллектив, вы довольны окладом и премиями и не хотите становиться бизнесменом, увольняться не стоит. Если же вам не нравится компания, должность, уровень зарплаты, начальство и т.п., и вы хотели бы работать на себя, но не решаетесь начать осуществлять мечту, победите свои страхи.

Часто люди боятся открывать собственное дело, поскольку с детства им внушали, что нужно сначала хорошо учиться, а потом искать работу в престижной организации. Тем же, кто осмеливался спросить, не следует ли создать собственную фирму, говорили, что для этого нужно быть миллионером, иметь хороших друзей среди представителей власти и т.п. Словом, бизнесменами могут стать лишь избранные, а все остальные должны трудиться на этих избранных, терпеть нелюбимую работу, держаться за любой оклад. Все эти негативные установки порой настолько сильны, что чужое мнение о невозможности открытия бизнеса человек принимает за свое собственное. Его гложет страх: удастся ли накопить нужную сумму, получится ли найти свою нишу, есть ли шанс в итоге стать успешным. Не бойтесь. Если вы приложите усилия и сделаете все правильно, то непременно добьетесь отличных результатов.

Боязнь провала преследует многих людей, которые хотят уволиться с работы и открыть свое дело.

Даже если у прежней должности было гораздо больше минусов, чем плюсов, она все же ассоциировалась со стабильностью. Отказ от работы становится отказом от этой стабильности, от устоявшихся порядков, привычного образа жизни. Бояться этого вполне естественно, но все же страх нужно побороть. Сделать это можно множеством способов. Например, вы можете сконцентрироваться на чем-то, что останется с вами: на вашей семье, доме, особых семейных традициях и пр. Если близкие поддержат вас, побороть страхи станет легче. Также не забывайте о мотивации и саморазвитии: представляйте себе, как вы будете заниматься любимым делом, избавитесь от надоедливых начальников, начнете добиваться успеха, добьетесь большего уважения. Стремитесь к этому идеалу.

Врагом несостоявшихся бизнесменов также может стать боязнь остаться в нищете.

Чтобы справиться с этим, не увольняйтесь, пока не накопите некоторую сумму на первое время. Вы должны знать, что у вас есть собственный резерв, благодаря которому вы сможете продержаться несколько месяцев. Не настраивайте себя на неудачи, просто помните о том, что для развития бизнеса потребуется время. Это естественный процесс, и вы должны быть готовы к временным трудностям, которые лишь предшествуют будущему успеху. Обязательно составьте подробный бизнес-план, чтобы просчитать свои расходы и ожидаемую прибыль, но помните о возможности появления незапланированных трат.

Часто страх связан с низкой самооценкой.

Глядя на успешных бизнесменов, человек думает: «У меня нет ни их знаний, ни их опыта, ни их таланта. Я никогда не стану таким же умным, решительным, сильным, как они. Я не способен добиться успеха». Такие установки нередко и в самом деле приводят к провалам: постоянно боясь допустить ошибку, человек либо бездействует, упуская редкие шансы, либо делает все не так. Если вам надоела ваша работа, просто поверьте, что вы достойны большего. Начните с обретения уверенности в себе, дайте себе право на ошибку, научитесь принимать, любить и ценить себя со всеми достоинствами и недостатками. Вам будут кричать, что вы не справитесь, что бизнес открыт только для богачей, но если вы позволите этим злым голосам заглушить ваш собственный внутренний голос, то не добьетесь успеха. Доверяйте себе и идите вперед, рискуйте и побеждайте.

Есть и еще один навязчивый страх – страх того, что, открыв свой бизнес, придется заниматься скучным, хотя и прибыльным делом. На самом деле лучший вариант – это построить бизнес на собственном увлечении и заниматься тем, что нравится. Не стоит отдавать предпочтение престижным и популярным, но неинтересным лично для вас видам деятельности, в которых вы вдобавок ничего не понимаете. Любите малышей – откройте частный детский сад или агентство нянь. Обожаете готовить – создайте уютное кафе с уникальным меню. Если вам нравится путешествовать, отправляться в походы, ночевать в палатках – откройте туристический клуб и организовывайте интересные мероприятия. Вариантов много, и выбор зависит только от вас.

Очень серьезная проблема – страх потерять вместе с постоянной работой стаж и пенсионные накопления, лишиться возможности карьерного роста. Именно об этом нередко говорят человеку, решившему открыть свой бизнес, его друзья и в особенности старшие родственники. При этом они не учитывают три важных факта:

  • работая на себя, человек получает ценный опыт, который будет учтен даже в том случае, если он решит вновь устроиться в чужую организацию;
  • нет никакой гарантии, что через несколько десятков лет законы не изменятся, и выплаты пенсий останутся прежними;
  • собственное дело обеспечит более быстрый и достойный карьерный рост, чем работа в чужой фирме.

Откройте специальный вклад в банке.

Когда ваш бизнес начнет приносить существенный доход, вы сможете каждый месяц откладывать некоторую сумму в качестве «будущей пенсии», вдобавок получая проценты. Тогда ваши деньги всегда будут в вашем распоряжении. Кроме того, со временем вы сможете сделать бизнес очень успешным, и он будет работать на вас даже после того как вы решите отправиться на заслуженный отдых.

Почему трипофобии (боязни отверстий) на самом деле не существует

Мы уже рассказывали о трипофобии — боязни кластерных отверстий, пузырьков, скопления кругов и прочих вещей, которые у среднестатистического человека вызовут что угодно, только не страх. Ученые всегда предполагали, что эта фобия объясняется подсознательной связью кругов с инфекциями, язвами и укусами ядовитых животных, от чего, логично, наши предки стремились держаться подальше.

Но вот свежие новости о трипофобии: ее, вполне вероятно, вообще не существует. Однако если вам по-прежнему не очень нравятся кружочки, то это совершенно нормально.

Как сообщает PeerJ, иррациональный страх перед отверстиями и их скоплениями испытывают примерно 16% людей. Однако выяснилось, что этот страх может быть вполне рациональным, поскольку представляет собой скорее отвращение. К такому выводу пришли исследователи из Университета Эмори (Emory University), которым в ходе серии экспериментов удалось обнаружить, что зрачковая реакция студентов с трипофобией больше похожа на реакцию именно отвращения, а не испуга.

«Явление, которое, скорее всего, имеет эволюционную основу, может быть более распространенным, чем нам кажется», — говорит в интервью изданию психолог и ведущий автор исследования Стелла Лоренцо (Stella Lourenco).

Напомним, что предыдущие исследования относительно трипофобии сходились во мнении, что страх перед пузырьками и другими круглыми отверстиями может быть связан с пятнистыми узорами опасных животных, таких как змеи, чей укус может быть смертельным. Однако в январе 2017 года ученые из Кентского университета (University of Kent) предположили, что отверстия провоцируют у некоторых из нас отвращение потому, что напоминают о заражении паразитами, опасных инфекционных заболеваниях и разложении.

«Люди невероятно визуальные существа, — говорит ведущий автор второго исследования Владислав Айзенберг (Vladislav Ayzenberg). — И визуальные подсказки вокруг помогают нам сделать немедленные и крайне важные выводы. Например, если мы видим на траве змею, мы реагируем молниеносно, понимая, что это может стать проблемой».

Чтобы сделать такой вывод, ученые использовали изображения опасных существ — распространенный и довольно эффективный метод оценки страха. В ходе эксперимента двум группам студентов демонстрировались 60 изображений, среди которых были опасные животные (пауки и змеи), объекты со скоплением отверстий и безопасные контрольные изображения (кофейные зерна, домашние животные, геометрические фигуры).

«Изображения опасных животных и скопления отверстий вызывали очевидную реакцию отвращения, — рассказывает о результатах эксперимента Айзенберг. — Однако наши данные показывают, что физиологические основы этих реакций различны, хотя общее для них отвращение может быть связано с визуально-спектральными свойствами предмета».

При этом ученые подтвердили, что трипофобия, чем бы она ни была, может быть более распространена, чем мы думаем. Этот вывод связан с тем, что даже у тех участников, которые не сообщали о том, что они испытывают необъяснимый страх перед отверстиями и кругами, порой отмечался значительный ответ на триггерные снимки.

Ученые: пережитый страх передается по наследству

Поделиться сообщением в

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

Как показали проведенные на животных исследования, события, имевшие место в жизни предыдущих поколений, могут накладывать отпечаток на поведение потомков, передаваясь посредством своего рода генетической памяти.

Эксперименты показали, что травмирующие события в жизни, судя по всему, изменяют активность генов путем химической модификации ДНК в сперме, и это вносит изменения в работу мозга и поведение последующих поколений.

В опубликованном в Nature Neuroscience докладе Брайана Диас и Керри Ресслер из Медицинского центра Университета Эмори в Атланте, говорится, что мыши, приученные бояться определенного запаха, передают эту боязнь своим детям и внукам.

По словам экспертов, это открытие очень важно для исследований в области возникновения страхов и фобий.

В рамках проведенного эксперимента мышей научили бояться запаха определенного вещества — ацетофенона, пахнущего цветущей черемухой. Животных били током, сопровождая это всякий раз данным запахом, пока не приучили обращаться в бегство от одного только запаха.

Затем исследователи изучили состав спермы этих мышей и обнаружили, что участок ДНК, где расположен ген рецептора Olfr151, чувствительный к запаху черемухи, метилирован у детей и внуков «напуганных» самцов. Это означает, что ген усиленно работает и, соответственно, в усиленном режиме работает обонятельный рецептор, воспринимающий этот запах.

Метилирование гена, в зависимости от степени, ослабляет или вовсе прекращает его экспрессию – синтез белка, включающий две последующих стадии, транскрипцию и трансляцию.

Для чистоты эксперимента ученые исключили всякий контакт «напуганных» мышей с их потомством. Тем не менее их дети и «внуки», никогда не встречавших своих родителей, обладали повышенной чувствительностью к запаху ацетофенона и пытались спрятаться от него, хотя их самих никто никогда не пугал.

Исследователи также обнаружили изменения в структуре мозга «напуганных» самцов.

«Жизненный опыт родителя, даже до зачатия, значительно влияет на структуру и функцию нервной системы последующих поколений», — резюмируют в своем докладе ученые.

Результаты исследования подтверждают теорию «эпигенетического наследования», — согласно которой окружающая среда может влиять на структуру генов, и эти изменения в свою очередь передаются последующим поколениям.

«Это может быть одним из механизмов, посредством которого потомки несут на себе отпечаток своих предшественников», — объяснил Би-би-си один из авторов исследования, доктор Брайан Диас.

Профессор Маркус Пембри из Университетского колледжа Лондона говорит, что результаты этого исследования очень важны для ученых, занимающимся посттравматическим стрессом и страхами, и что они представляют исчерпывающие свидетельства того, что определенная форма памяти может передаваться из поколения в поколение.

Смотрите так же:  Как избавиться от стресса и сберечь нервы

«Подозреваю, что мы, вероятно, никогда не сможем понять причин повышения уровня невропсихиатрических расстройств, как, например, ожирение или диабет, если не будем принимать во внимание опыт предыдущих поколений», — сказал профессор Пембри.

Как полагают ученые, в их эксперименте с запахом черемухи либо какая-то его часть попала в кровь животных, что отразилось на производстве спермы, либо в сперму из мозга поступил сигнал, изменивший ДНК.

Согласно этому исследованию, наследственная память передается только по мужской линии, от самцов, поскольку изменения ДНК касаются сперматозоидов, но не затрагивают яйцеклетки.

«Как я договорилась со своим страхом»

Из динамиков раздался взволнованный, как мне показалось, голос пилота: «Просьба пристегнуть ремни, не покидать места, спинки кресел перевести в вертикальное положение». Пару секунд спустя ощутимо тряхнуло. Наш самолет «висел» над Средиземным морем, душа ушла в пятки. Летать я боялась всегда, но жизнь перед глазами пронеслась впервые. Как потом сказали пилоты, это была обычная турбулентность, и ситуация была вполне штатная.

Я аэрофоб со стажем, но после этого случая страхи троекратно усугубились. Раньше бояться мне казалось нормальным, многие ведь боятся. Если верить статистике, аэрофобия — одна из самых распространенных фобий в мире. Но теперь я не только нервничала на борту, но и начинала к этому готовиться: за три дня до полета переставала спать, плохо ела и думала, что вообще не сяду в самолет. В голове жужжали навязчивые мысли: «А сколько катастроф было у авиакомпании? А как пилотов проверяют перед полетом на алкоголь? А ходят ли поезда из Москвы в Париж?»

Так страх стал управлять мной. Я начала бояться всего: самолетов, взлетов и посадок. А еще потерять работу, заболеть раком, стать жертвой теракта, наводнения и даже плохо воспитать детей. Страх поработил меня, ограничил свободу, он стал злейшим врагом. Мне хотелось сдаться, но в конце концов я решила: либо я его, либо он меня.

Я начала изучать тему страхов по книгам, фильмам и статьям, работать с психологом. Это был длинный путь со взлетами и падениями, но очень интересный и полезный.

Чего мы на самом деле боимся

Клаустрофобию (боязнь замкнутых пространств), аэрофобию (боязнь полетов), агорафобию (боязнь толпы) и прочие фобии можно свести к одному из трех базовых страхов:

  • страх смерти;
  • страх одиночества;
  • страх сойти с ума.

Например, я боюсь публичных выступлений. Почему? Боюсь, что провалюсь, не смогу ничего толкового сказать, все забуду, начну краснеть. Слушатели это заметят, будут осуждать, критиковать, сочтут никчемной. А значит, в конце концов окружающие перестанут со мной общаться, будут обходить стороной, и я останусь одна. Вот вам страх одиночества.

Откуда страхи растут

Еще одним открытием стало то, что страх — это эмоция. Такая же, как гнев, радость или обида. Она рождается внутри как реакция психики на новые события или действия.

Было ли вам страшно первый раз идти на собеседование? Боится ли актер впервые выходить на сцену, а спортсмен — прыгать с парашютом? Да, возможно, кого-то не страшит первая поездка за рулем. Все мы разные. Эмоции зависят от характера, воспитания и от среды, в которой мы росли. Многих воспитывали в духе «не лезь, упадешь», «надень шапку, а то менингит заработаешь». Стоит ли удивляться, что во взрослом возрасте мы начинаем на «пустом месте» бояться высоты и болезней? Бессознательное помнит все установки: и про «не ходи», и про менингит. Однако не стоит винить родителей: они воспитывали нас так, как умели. Попробуем самостоятельно справиться со страхом.

Страх застал врасплох, сердце бешено забилось, перед глазами все поплыло… Со мной такое случалось не раз, и самым большим разочарованием стало понимание, что успокоительные не помогут решить проблему раз и навсегда, они лишь снимут приступ. Поэтому я стала искать другие способы избавления от страха.

Оказалось, что экспресс-помощь при острых приступах страха предельно проста.

1. Дыхание по принципу «квадрата»: на 4 счета спокойно вдыхаем, на 4 задерживаем дыхание, на 4 выдыхаем, на 4 задерживаем и далее по кругу.

2. Практика «Здесь и сейчас». Представьте, что наблюдаете за происходящим со стороны. Оглянитесь по сторонам, сосчитайте предметы синего цвета, потом коричневого, зеленого. Прислушайтесь: что вы слышите? Может быть, шум дороги? Сосредоточьтесь на нем. Это поможет отвлечься от навязчивых мыслей и пугающих образов.

3. Принятие. Просто признайте свой страх, придумайте ему образ — например, представьте в виде животного или предмета.

4. Раздувание страха до абсурдных размеров. Например, вы переживаете, что не успеете сдать отчет вовремя. Что в таком случае произойдет? Вам сделают выговор? Уволят? Выгонят с позором? Уволят по статье, да так, что потом работу не найдете и будете жить в бедности до конца своих дней? Скорее всего, ничего этого не случится: срок сдачи проекта просто перенесут.

О пользе страха

Важным открытием стало то, что страх полезен, это механизм, который на протяжении тысячелетий помогал выживать. Страх мобилизует организм, и именно в этом состоянии мы максимально жизнестойки. И самое важное: страх помогает развиваться. Преодолев его, мы перерастаем себя вчерашнего, а значит, развиваемся. Страх указывает на болевые точки.

Аэрофобия стала для меня большим толчком для развития. Оказалось, что этот страх совсем не про самолеты и авиацию, а про убеждения и установки, перфекционизм и стремление к тотальному контролю над жизнью. Узнала бы я это без фобии? Был бы у меня стимул изменить себя к лучшему? Маловероятно. Своего врага я превратила в друга. И дополнительный приятный бонус — теперь я не боюсь летать.

По статистике, большинство людей, страдающих фобиями, обладают высокоразвитым интеллектом. Например, Уолт Дисней боялся мышей, а Николай Васильевич Гоголь — того, что его похоронят живым. Даже Зигмунд Фрейд боялся папоротников. Поэтому ни вы, ни я в страхах не одиноки.

Пора перестать бояться страхов и сделать их союзниками. Если с ними договориться, они принесут много нового и полезного. Если идти куда-то страшно, но очень хочется, это и есть правильный путь. Немецкий писатель и оратор Экхарт Толле говорит: «Страх исчезает, когда вы начинаете делать то, чего боитесь, вместо того, чтобы думать об этом». Только шагнув в страх, вы узнаете, что там, за этой чертой, совсем не страшно. И именно с этого шага начинается новая жизнь.

Боюсь летать: как справиться с аэрофобией

Каждый раз, когда необходимо лететь куда-то, вас охватывает паника. Страх полетов, как и любая фобия, — навязчивое состояние, которое не связано с реальной опасностью. При этом всю вашу жизнь он подчиняет только одному правилу — избегать воздушных путешествий любой ценой.

«Я скучаю по своему биполярному расстройству»

Люди с биполярным расстройством балансируют между депрессией и одержимостью. Сегодня лекарства могут вернуть их к полноценной жизни. Но некоторые, как блогер Саша Чапин, находят в жизни с расстройством свою прелесть. И даже скучают по ней.

Боязнь открытий

Евгений Ефимович Гольцман — математик, психолог, занимающийся проблемами психологии внушения, ритуала, культуры и искусства. В прошлом году в журнале была опубликована его статья «Болезнь, помогающая выжить» (см. «Наука и жизнь» № 7, 2000 г.). Сегодня на суд читателей представляем очерк Гольцмана о природе тревоги.

«Временный успех всегда сопровождается сильной тревогой», — утверждал английский поэт XVII века Джон Донн. Это высказывание звучало в те времена необычно, ведь слово «тревога» (anxiety) тогда употреблялось крайне редко. Даже Шекспир, так много писавший о страхе (fear), понятием «тревога» не пользовался. Психиатры начали четко отличать тревогу от страха только в XIX веке. Страх всегда имеет причину. Исчезла угроза — пропал страх. Тревога не имеет видимых оснований. Страх обостряет чувства, мобилизует силы и побуждает к действиям. Тревога парализует волю, мучит, угнетает, причиняет душевные и физические страдания, приводит к болезням, а иногда даже к смерти. Тем не менее становится ясно, что проблема состоит не только в том, как избавить человека от тревоги, но и в том, всегда ли это стоит делать.

Типично американская болезнь

В 1869 году в «Бостонском медицинском и хирургическом журнале» была опубликована и привлекла к себе внимание небольшая заметка американского невропатолога Джорджа Бирда «Неврастения, или нервное истощение». Затем Бирд развил идеи, изложенные в ней, и написал обстоятельную монографию об открытой им болезни.

Бирд считал, что неврастения — болезнь типично американская и вызывается особенностями американского климата и образа жизни, однако европейские врачи, проявившие большой интерес к открытию Бирда, обнаружили, что и в Старом свете аналогичное заболевание встречается достаточно часто.

Крупнейший немецкий психиатр Рихард фон Крафт-Эбинг вслед за Бирдом выпустил брошюру «Наш нервный век», которая «шла» в Европе нарасхват, и с тех пор изобретенное американским ученым слово «неврастеник» стало чрезвычайно модным и вошло во многие языки, в том числе и в русский.

Во всем мире заговорили о «новой» болезни, которая, по словам Бирда, является следствием непомерно высоких требований, предъявляемых к человеку цивилизацией XIX века.

Понадобилось специальное научное исследование для того, чтобы пелена спала у людей с глаз и они наконец заметили, как много среди них появилось душ, вечно охваченных тревогой, не способных ни в чем найти успокоения. Люди живут не так, как раньше. Они постоянно в напряжении, чем-то заняты, куда-то спешат. Им необходимо принимать решения, от которых зависят их жизнь и благополучие. Со всех сторон на них обрушиваются потоки новой информации, и они не успевают ее переваривать. Все время их куда-то завлекают, что-то обещают, вызывают в них сильное волнение, иногда приятное, иногда нет, но и в том и в другом случае лишающее душевного покоя. Люди теряются в жизненном водовороте, болезненно реагируют на пустяки, быстро утомляются и с трудом восстанавливают свои силы.

Между тем приближался ХХ век, который психологи иногда называют веком шизофрении и нарциссизма, но чаще всего — тревоги и страха.

Страх перед наступлением страха

В 1872 году немецкий невропатолог и психиатр Карл Вестфаль опубликовал статью «Агорафобия, невропатическое явление», в которой впервые дал точное и ясное описание агорафобии — боязни открытых пространств.

Человек вроде бы совершенно здоров, но вот вдруг перед тем, как перейти площадь или широкую улицу, он испытывает ужас, словно ему предстоит пройти по шаткому мостику над глубокой пропастью. Он дрожит, у него жар и неистово бьется сердце. Грудь как будто сжата стальными обручами. Человеку кажется, что он прирос к земле и упадет, как только попытается от нее оторваться. Ему хочется одного: поскорее вернуться к себе домой.

Вскоре выяснилось, что агорафобия лишь одна из разновидностей фобий: состояний тревоги, похожих друг на друга, имеющих, видимо, одну и ту же природу. Обнаружили их великое множество: боязнь внезапной смерти, повредить ногу или руку, заболеть инфекционной болезнью, потерять память, оглохнуть, ослепнуть. Боязнь острых предметов, которыми можно порезаться самому или порезать кого-нибудь. Боязнь животных: собак, кошек, мышей, пауков, змей. Страх перед одиночеством или, наоборот, перед нахождением среди большого количества людей. Страх перед близостью с другим человеком. Боязнь покраснеть или вспотеть. Боязнь грозы, темноты, грязи. У студентов появляется боязнь экзаменов, совершенно независимая от уровня их знаний. У актеров и ораторов бывает страх перед выходом на сцену.

Смотрите так же:  Что значит пограничное состояние

При клаустрофобии — боязни замкнутых пространств — человек предпочитает обходиться без посещения музеев и театров, при акрофобии — боязни высоты — одним страшно лететь на самолете или пройти по мосту, а другим подойти к окну. Человеку кажется, что он может выброситься на улицу.

Существует и фобофобия — «страх перед наступлением страха». Фобии часто сопровождаются странными ритуалами. Например, прежде чем приступить к выполнению какого-либо дела, непременно нужно оглянуться и щелкнуть пальцами. Почему-то после этого тревога на какое-то время улетучивается.

В чем загадочность фобий? В том, что тот, кто им подвержен, часто сознает бессмысленность своих страхов. Он прекрасно понимает, что вероятность авиакатастрофы мала, но ни за что не полетит. Он знает, что мост прочен, простоит еще сто лет и не рухнет, а все равно боится пройти по нему. Дело ведь не в авиакатастрофе и не в том, что мост может развалиться, а в том, что в самолете или на мосту человека охватывает тревога, связанная с определенной ситуацией, а не с определенной угрозой.

Человек понимает нелепость своего поведения. Ему кажется, что окружающие смеются над ним. Он не хочет быть посмешищем, но контролировать свое поведение не в силах. Безвыходность положения усиливает тревогу.

Спрашивается: почему фобий не замечали раньше? Замечали. За сорок лет до публикации статьи Вестфаля другой немецкий психиатр Карл Флемминг (1799-1880) описал агорафобию, но и он, конечно, был не первым. О ней знали уже врачи XVI века. Просто Вестфаль сделал свое открытие в то время, когда проблема тревоги и страха начала привлекать всеобщий интерес. Изучение фобий должно было помочь понять природу тревоги.

Два полюса тревоги

В 1924 году ученик и сотрудник Фрейда Отто Ранк (1884-1939) опубликовал книгу «Травма рождения и ее значение для психоанализа», в которой утверждал, что в процессе рождения индивидуум сталкивается с ситуацией, грозящей ему гибелью, и его реакция становится прообразом всех будущих страхов. Для Ранка было важно, что «индивидуум приходит в мир со страхом, и этот внутренний страх существует независимо от внешних угроз, сексуальной или другой природы».

После рождения человек постепенно формирует личность и становится индивидуальностью. В противополож ность животным он не наделен врожденной, совершенной способностью к адаптации. «Ему приходится самому искать путь в жизни, — писал знаменитый немецкий психиатр и философ Карл Ясперс. — Человек не есть готовая форма, он формирует себя сам. В той мере, в какой он все-таки представляет собой готовую форму, он близок к животным».

Перед тем как стать самостоятельной и независимой личностью, человеку приходится испытать множество ударов. Ребенка отнимают от материнской груди. Когда он подрастает, его лишают беззаботного времяпрепровождения и отправляют в школу. Люди отдают большую долю своей свободы, когда вступают в брак. Профессиональная карьера тоже требует ограничений. Человек постоянно от чего-то отказывается и множество раз испытывает «маленькую смерть».

Ранк говорил о страхе перед жизнью и страхе перед смертью. Страх перед жизнью — это боязнь идти вперед, тревога, которая охватывает при необходимости создавать новое, одновременно перечеркивая привычное старое. Страх перед смертью — это боязнь потерять свою индивидуальность и независимость. Между этими двумя полюсами тревоги человек находится на протяжении всей своей жизни. Но если здорового человека тревога заставляет напрячь силы и преодолеть ее, невротик не способен сохранить баланс между страхом перед жизнью и смертью.

По Ранку, человеку, оказавшемуся вне рамок социальных и культурных ценностей, очень трудно преодолеть тревогу. Потеря единства с миром обостряет чувство вины, боязнь отвечать за свои поступки и ощущение своей незначительности и ненужности. Идея единства человека и мира существенно повлияла на дальнейшее развитие психоанализа и понимание природы тревоги, но пришла она в психоанализ извне, поскольку была широко распространена в начале XX века. Создатель квантовой теории великий физик Макс Планк (1858-1947) выразил ее так: «Когда мой внук выбрасывает из кровати свою куклу, вздрагивают звезды».

Тревога — выражение комплекса неполноценности

Любимым учеником Зигмунда Фрейда был Альфред Адлер, но случилось так, что именно он первым порвал со своим учителем. Произошло это в 1911 году, а на следующий год Адлер выпустил книгу «О нервном характере», в которой обосновал свое собственное учение.

Фрейд смотрел на человека как на биологический автомат, управляемый сформировавшимися в течение многовековой эволюции импульсами и инстинктами. Он придавал первостепенное значение всему, что связано с сексом. В этом есть логика — ведь секс лежит в основе размножения живых существ. Без него не было бы ни жизни, ни эволюции.

Фрейд пришел к выводу, что невротическая тревога — результат неудовлетворенных сексуальных желаний. Это может случиться при прерванном половом акте или при длительном его ожидании. Вынужденный отказ от исполнения первоначального стремления воспринимается как угроза личности и проявляется в невротическом поведении.

Для Фрейда фобия — это выражение невротической тревоги. Бывает, что мужчина возбуждается на улице при виде проходящих мимо него женщин. Возбуждение подавляется. В результате возникает беспокойство, подменяемое боязнью улицы. Появляется агорафобия.

Адлер понял, что психоанализ может существовать без сексуальной подкладки, которую ему упорно навязывает учитель и которая многих отталкивает. Не то, чтобы без секса можно совсем обойтись, но его следует поставить на соответствующее ему более скромное место.

Фрейд, рационалист до мозга костей, стремился исследовать человеческую психику так, как изучают законы электричества. Но в физике все основывается на результатах опытов. А дать убедительное экспериментальное доказательство верности толкования сновидений пока еще никому не удалось.

Фрейд не мог не видеть противоречий в работах своих учеников, и это должно было его тревожить. Первым следствием всякого невротического испуга является сужение сферы деятельности и внимания. Невротик Фрейд сосредоточился на сексуальных стремлениях и старался свести к ним всю человеческую психику.

Перед Адлером стояла иная задача, чем перед его учителем. Демонстративное одобрение его работ Фрейдом могло восприниматься как похвала за то, что ученик следует по стопам учителя. Адлеру необходимо было самоутвердиться, создать свою собственную школу и своих последователей. Возможно, конфликт с Фрейдом в значительной степени основывался на комплексе неполноценности. Он и лег в основу учения Адлера, из которого впоследствии вырос «неопсихоанализ».

Адлер много болел с раннего детства: из-за рахита начал ходить лишь в четыре года, тогда же перенес пневмонию и чудом остался жив. Он старался во всем превзойти своего старшего брата. (Возможно, для взаимоотношений Адлера и Фрейда имело значение то, что брата Адлера, как и Фрейда, звали Зигмундом.) По Адлеру, преодоление беспомощности и незащищенности играет огромную роль в жизни как отдельного человека, так и целых народов и всего человечества. Когда-то люди жили в страхе перед стихийными бедствиями и хищными животными. Для того чтобы выйти из положения униженности, человечество создало технику, науку, культуру. Их главное назначение — компенсация человеческой слабости.

Адлер видел в пациенте не носителя ряда болезней, а прежде всего личность, целостности которой что-то угрожает. Все желания, представления, воспоминания, сны человека отражают возникший в результате взаимодействия с окружающим миром «жизненный стиль», который иногда оберегается тщательнее, чем сама жизнь.

Тревога, по Адлеру, — выражение комплекса неполноценности, возникающего, когда человек чувствует неспособность установить нормальные отношения с другими людьми.

Адлер, как и Фрейд, заинтересовался агорафобией, но понял ее по-другому. Он начинал не с причины, а с цели. Человек выходит на улицу, и его неожиданно охватывает тревога. У него кружится голова и усиливается сердцебие ние. В его поведении — призыв к другим людям о помощи. Дрожа от страха, агорафоб как будто говорит: «Смотрите — я беззащитен. Я болен и не отвечаю за свои поступки. От меня нельзя ничего требовать».

Если человек не может справиться со стоящими перед ним задачами, он вспоминает время, когда ему помогали. Ребенок плачет до тех пор, пока мать не выполнит его требования. Человек, намеренно демонстри рующий свое бессилие, пытается таким способом управлять другими людьми.

Стремление к власти над людьми — это типичное желание получить «сверхкомпенсацию» за комплекс неполноценности. В окружении Фрейда считали, что идея «воли к власти» заимствована Адлером у Ницше. На самом же деле Адлер не взял у Ницше ничего, кроме выражения «воля к власти», которое переименовал в «стремление к власти», вложив в него иное содержание.

Чем больше страдает человек от комплекса неполноценности, тем ярче разгораются в нем фантазии, в которых он играет роль удачливого и предприимчивого индивидуума. Чем сильнее внутренняя тревога, тем сильнее потребность невротика доказать свое превосходство над другими людьми. Общность людей человек ощущает, когда он здоров. Невротик ее не чувствует. У него растут отчуждение, агрессивность, садомазохис тское стремление мучить других людей и самому страдать от их несправедливости.

Адлер, сердечный, общительный, остроумный человек, умел найти подход к своим пациентам. Его теории в отличие от фрейдовских никого не шокировали. Книги Адлера быстро стали популярны, а идеи нашли многочисленных сторонников как среди ученых, так и среди широкой публики. Но все же в учении Адлера преодолению комплекса неполноценности в развитии человеческой личности придавалось слишком большое значение.

Тревога, вызванная неодобрением

Американский психиатр Гарри Стэк Салливан (1892-1949) определял психиатрию как «изучение биологии межличностных отношений». По Салливану, разобраться в психике отдельного человека можно, лишь распутав клубок взаимоотношений, в которых он находится с другими людьми и в которых сильнее всего проявляется его личность.

Для того чтобы проникнуть в причины, порождающие тревогу, надо заняться отношениями ребенка с наиболее важными для него людьми из ближайшего окружения. Между матерью и ребенком возникают особые эмоциональные отношения. Салливан называл их эмпатией, то есть вчувствованием. Если ребенок растет боязливым, значит, что-то неладно в его отношениях с матерью. Дело не только в недостатке внимания и любви. Если мать боязлива, ребенок тоже становится пугливым. Это бывает так часто, что возникли предположения о том, что боязливость передается по наследству, но многие психотерапевты все же уверены, что она дается воспитанием в младенческом возрасте.

Салливан считал, что перед человеком стоят две основные цели: удовлетворение физических потребностей, таких как еда, питье, сон, и обеспечение собственной безопасности. Для того чтобы чувствовать себя в безопасности, недостаточно быть защищенным от болезней и смерти. Защищенным должно быть развитие личности. (Адлер говорил о жизненном стиле.)

Человек так устроен, что ему необходимо все время расширять свои возможности. Для ребенка главным препятствием развития возможностей и соответственно источником тревоги становится неодобрение его поведения взрослыми, от которых он полностью зависит. Вырастает психопатический асоциальный тип, плохо интегрирующийся в общество, враждебный ему.

Круг целей, к которым стремится человек, и круг опасностей, которых он избегает, ограничены. В принципе речь в психоанализе всегда идет об одних и тех же целях — стремлении к власти, деньгам и чувственным удовольстви ям.

Воля к власти и желание не оказаться вне общества дополняют друг друга. Под ненасытной алчностью можно разглядеть поиск пути к власти. Психиатры, склонные к рационализации психических процессов, подают сочетания из небольшого набора душевных побуждений под разными соусами и настойчиво подчеркивают важность какой-либо одной стороны желаний. Они уподобляют человека биологическому автомату, но не с сексуальными, а какими-либо иными потребностями. Если они удовлетворены, человек испытывает удовольствие и не ощущает тревоги. Возникает немало вопросов. А если правы те, кто утверждает, что агрессивность и жестокость заложены в природе человека и что некоторые люди предрасположены к преступлениям от рождения? Агрессивность часто встречается в человеческих отношениях, и может показаться — это нормальное свойство человека. Почему бы не считать насилие биологической потребностью, которая может вызывать удовлетворение?

Смотрите так же:  Можно ли себя вылечить от невроза

Известный немецкий психиатр и невропатолог Курт Гольдштейн в годы Первой мировой войны руководил большим психиатрическим госпиталем. Наблюдая за больными с поражениями головного мозга, он заключил: тревога — результат попадания человека в «катастрофические условия», с которыми он не может справиться. Человек чувствует, что его жизнь или равноценное жизни — под угрозой, и пути к спасению он не видит. Тревога появляется тогда, когда рушится связь человека с окружающим миром, когда человек не может самореализоваться. Страх же возникает, когда человек рискует оказаться в состоянии тревоги.

Ребенку труднее справляться со своими проблемами, чем взрослому, но в нем живет стремление действовать, несмотря на все угрозы и неудачи. У человека с ранением головного мозга, как и у ребенка, ограничены возможности справляться с трудностями, но у него к тому же ослаблена способность переносить тревогу. От тревоги нельзя убежать, ее нельзя обойти, через нее необходимо пройти. Тревога предупреждает не только о риске погибнуть, но и об открывающихся новых возможностях. Тот, кто, впадая в отчаяние, замыкается в себе, от возможностей отказывается. Гольдштейн утверждал, что возникновение культуры связано не с подавлением запретных желаний, ведущих к тревоге (как считал Фрейд), а с радостью преодоления преград свободной личностью.

Желания и потребности

Мне надо в театр. Мне надо на футбол. Мне надо погулять. Мы часто употребляем слово «надо» вместо «хочу». Следовало бы сказать: «Я хочу пойти в театр» или «Я хочу пойти на стадион». Ничего страшного с человеком не случится, если он не побывает на футбольном матче или спектакле.

Люди не случайно постоянно путают потребности и желания. С потребностями они рождаются. Желания возникают в процессе человеческого развития. Потребности должны быть обязательно удовлетворены. Чем скорее и полнее они будут удовлетворяться, тем лучше для ребенка. Если малыша оставить без еды или тепла, он не выживет. Даже отсутствие ласки может стать причиной тяжелой болезни и смерти. А если ребенок и выживет, он всю жизнь будет страдать от перенесенных лишений и от того, что его потребности плохо удовлетворялись.

Фрейд говорил о подавлении желаний и не занимался специально проблемой разделения желаний и потребностей. Однако в «Толковании сновидений» он заметил, что желание возникает как попытка восстановить ситуацию удовлетворения какой-нибудь потребности. В отличие от потребностей желания основаны на воспомина нии о полученном удовольствии. Все попытки вернуть прошлое приводят к разочарованию. В одну реку не входят дважды. Желания никогда не могут быть полностью удовлетворены. Как только одно исполнится, на его место приходит другое. Конечно, у старухи из сказки о рыбаке и рыбке характер был несладкий. Но, не знающая чего бы такого пожелать, она ничем не отличается от прочих людей. Ее поведение заурядно.

Мы говорим о своих желаниях как о потребностях, а о своих потребностях как о желаниях. «Я хочу спать», «Я хочу есть». Человек как будто уговаривает сам себя, что он действует по своей воле. В русском языке «потребность» имеет тот же корень, что и «требовать». В немецком «Bedurfnis» — потребность, глагол «durfen» означает сметь. В итальянском «bisogno» — потребность, «sogno» — сон, мечта, «sognare» — мечтать, видеть во сне. Потребность — то, что требуют, о чем мечтают, чего смеют добиваться. Между потребностями и желаниями не глухая стена, а непрочная дырявая перегородка. Может быть, и перегородки-то никакой нет: потребность и желание — две стороны одного явления. Когда говорят о потребности, подчеркивают его физическую природу, а когда говорят о желании — психическую.

Тревога, возникающая при неисполнении потребности, связана со страхом перед смертью, при неисполнении желания — перед жизнью. В первом случае это боязнь потери индивидуальности и независимости, во втором — боязнь всего нового и необходимости делать выбор.

Ребенок с раннего детства учится отказываться от неосуществимых желаний. Если бы невозможность получить в подарок Луну или немедленно превратиться в слона приводили к душевным потрясениям и сказывались на всей оставшейся жизни, мир превратился бы в сумасшедший дом. Ребенок берет пример с взрослых и переносит свое стремление на объекты, которыми он может реально обладать и к которым тянутся окружающие. Если все желания иллюзорны, невыполнимы и приносят одно разочарование, мудрее всего постараться свести их до минимума, то есть до потребностей, которые необходимо удовлетворять для того, чтобы выжить. Но, может быть, у желаний есть иное назначение, чем дразнить наше воображение?

Психоанализ исходит из того, что внутренний конфликт возникает, когда появляется препятствие, мешающее осуществить то, чего требует воля к жизни. Ницше считал — воля приписывается задним числом к уже совершенным поступкам. Он отказывался признать волю причиной действий. В каждом человеческом поступке слиты причины и следствия. Разделить их невозможно. «Первопричина, — писал Ницше, — как «вещь в себе», не загадка, а противоречие».

Герои трагедий Шекспира Гамлет и Макбет — люди бесстрашные. Гамлет ненавидит своего дядю короля Клавдия еще до того, как от духа своего покойного отца узнает о совершенном им преступлении. Макбет готов на все, чтобы стать королем, еще до того, как ведьмы предсказали, что он получит корону. И Гамлет и Макбет живут в соответствии со своими «жизненными стилями» и идут по избранному пути. Гамлет должен отмстить, Макбет — стать монархом. И того и другого съедает тревога. Они догадываются, что обречены, потому что живут в чуждом им мире. Оба готовы погибнуть, но погубить их должна посторонняя сила. Они начнут действовать, но лишь тогда, когда перед ними будут ясные цели. Цель должна оправдать не средства, употребленные для ее достижения, а затраченные усилия. Мстивший преступнику Гамлет и сознательно шедший на преступление Макбет озабочены одним и тем же: им нужен повод, чтобы действовать.

Но зачем Шекспиру понадобились призраки и ведьмы? Их явление могло быть сном или галлюцинациями. «Промежуток между ужасным действием и первым побуждением похож на призрака или кошмарный сон», — говорит Брут в трагедии Шекспира «Юлий Цезарь». Появлением в театральном действии призраков и ведьм Шекспир словно говорит: «Бесполезно искать рациональные причины человеческих поступков».

У рационалиста Фрейда неожиданно вырвалось: «Влечения — мифические существа, великолепные в своей неопределенности». Также он писал о «бессознательных желаниях». Один из основателей экзистенци альной психотерапии швейцарский ученый Медард Босс возражал: желать можно только то, что достойно желания. Однако нельзя знать, что нечто достойно желания, и одновременно ничего об этом «нечто» не знать.

Может быть, надо говорить не о «бессознательных», а о «потенциальных» желаниях. У каждого человека есть множество «потенциальных» целей, которые соответствуют его «жизненному стилю». Иногда они могут дать временное облегчение, никогда — полное удовлетворение.

Тревога — плохой советчик. Она не подсказывает путь, которым следует идти, но побуждает искать. «Человек не может жить без постоянного доверия к чему-то неразрушимому в себе, — писал Ф. Кафка, — причем как это неразрушимое, так и доверие могут постоянно оставаться от него скрытыми». Это «неразрушимое» не втиснуть в рамки «жизненного стиля». Его не объяснить американским (европейским) климатом или образом жизни.

«Жизненный стиль» и «комплекс неполноценности» возникают, по Адлеру, в результате борьбы с миром. По Ранку, противостояние с миром начинается в момент прихода в него человека. Представле ниями о том, что человеческое развитие непременно связано с борьбой, пронизана вся история нашей цивилизации. Недаром пословица говорит: «Победителей не судят». Человеку не дано победить мир, потому что, по словам Кафки, мы «не менее глубоко связаны с человечеством, чем сами с собой». В своем развитии мы проходим через все страдания мира. «Для справедливости здесь нет места, но его нет и для страха перед страданиями или для толкования страдания как заслуги». «Ты можешь держаться в стороне от страданий мира. Но, возможно, именно это уклонение и есть единственное страдание, которое ты мог бы избежать». Бегство от тревоги всегда оборачивается бегством от мира. Бегство от мира — бегством от самого себя и потому ростом тревоги. Выдающийся немецкий психиатр барон Виктор Эмиль фон Гебзаттель писал: «Несомненно, стоит стремиться к жизни без страха, но вовсе не очевидно, что стоит стремиться к такой жизни, из которой была бы изгнана тревога… возбуждение тревоги и связанное с этим развитие способнос ти к сочувствию и взаимопониманию может стать жизненной задачей для человека…»

Единственная вещь, которую мы должны бояться, это сам страх.
Франклин Д. Рузвельт

Тот, кто отнимет двадцать лет у жизни,
Отнимет столько же у страха смерти.
Вилльям Шекспир. «Юлий Цезарь»

Многие упорствуют в отношении когда-то выбранного пути. Мало кто — в отношении цели.
Фридрих Ницше

Присутствие тревоги свидетельству ет о жизнеспособности.
Ролло Мэй, американский психотерапевт

Другие статьи

  • Равномерный метод воспитания выносливости Методики воспитания выносливости Методика воспитания общей выносливости Для развития общей выносливости наиболее широко применяются циклические упражнения продолжительностью не менее 15—20 мин, выполняемые в аэробном режиме. Они выполняются в режиме стандартной […]
  • Можно ли растирать ребенка при температуре мазью Можно ли растирать ребенка при температуре мазью Натирание. При какой т-ре? Натирание. При какой т-ре? Сообщение Olesia Berezka » Пт авг 13, 2010 15:02 Сообщение МаМаша » Пт авг 13, 2010 15:11 Сообщение Olesia Berezka » Пт авг 13, 2010 15:39 Сообщение NatKa » […]
  • Сколько детей в среднем в российской семье Количество детей в семье. Один? Два? Три? У вас уже есть сын или дочка, и вы все чаще задумываетесь о втором ребенке, а может и малыш уже просит «братика или сестричку», или вы только планируете свою будущую жизнь и уже сейчас задумываетесь о том, что в семье должно […]
  • Образец отпуска по уходу за ребенком до трех лет Как оформить отпуск по уходу за ребенком до 3 лет? Декрет очень ограничен по своей продолжительности. И если малыша не на кого оставить, женщина может взять еще один отпуск, который называется «по уходу за ребенком до достижения трехлетнего возраста». Стоит различать […]
  • Флемоксин инструкция по применению для детей суспензия Флемоксин Солютаб - инструкция по применению, аналоги, отзывы и формы выпуска (таблетки 125 мг, 250 мг, 500 мг и 1000 мг) лекарственного препарата для лечения ангины, гайморита и других инфекций у взрослых, детей и при беременности В данной статье можно ознакомиться с […]
  • Раннее развитие ребенка по системе монтессори Монтессори методика раннего развития Когда мы говорим о раннем развитии, то имеем ввиду помощь ребенку в том, чтобы весь его потенциал был задействован. При этом важно понимать, что «развить» своего ребенка извне – невозможно. Развиваться каждый будет сам, а мы – […]