Бред инсценировки при депрессии

Бред инсценировки при депрессии

Страх и тревога являются наиболее частыми проявлениями депрессии при шизоаффективном психозе у подростков. Тоску могут не отмечать вовсе или она отходит на задний план. Угнетенное настроение самими больными понимается как следствие страха и тревоги.

Больше всего боятся смерти или расправы. Очень характерен страх за жизнь и благополучие матери и других близких. Подобное отношение к родным отличает больных шизоаффективным психозом от тех, кто страдает другими формами шизофрении, где чаще можно встретить негативное и даже агрессивное отношение к близким.

Фабулой для тревожных опасений могут стать нередкие в подростковом возрасте переживания: боязнь, что враждебные компании сверстников «подкараулят, нападут, изобьют, изуродуют», или опасения, что «накажут», «схватят», «отправят» за прежде совершенные проступки. Страх и тревога могут казаться, беспричинными даже самому больному. Он не может понять, чего же он боится («витальный страх», «витальная тревога») или лишь смутно ощущает, как что-то ужасное должно случиться, вроде гибели всего человечества от ядерной войны или другой какой-то мировой катастрофы. Изредка встречается «страх страха» («все время боюсь, что страх снова вернется»). Страху сойти с ума содействуют ощущения затруднения мышления.

Страх и тревога ярко отражаются на всем поведении больного — на интонации голоса, мимике, жестах, позах. Двигательная активность весьма различна — от суетливого беспокойства, желания все время куда-то пойти, поехать, непрерывного топтания на месте, невозможности спокойно усидеть до почти полной обездвиженности, оцепенения с застывшим выражением страха на лице. Чувства тревоги и страха могут внезапно усиливаться. Тогда больные мечутся, куда-то рвутся, заламывают себе руки, плачут, кричат, стонут (тревожный раптус).

Мышление не столько замедленно, как при типичной меланхолической депрессии, сколько затруднено. Переспрашивают вопросы, по многу раз твердят одно и то же. Очень часто жалуются на «пустоту в голове» (в противоположность наплыву мыслей при маниакальном состоянии). Это ощущение пустоты довольно постоянно, оно отличается от внезапных задержек мыслей («шперрунгов») при прогредиентной шизофрении.

Тревога и страх служат почвой, на которой легко возникает бред преследования, отношения и самообвинения. Характерным бывает заявление подростка, что на него «все смотрят». Взгляды других воспринимаются как осуждающие («посмотрят и отворачиваются», «презирают», «догадываются, что занимался онанизмом», и т. п.), или угрожающие («хотят расправиться», «подвести»). Исходными переживаниями для бреда нередко служат события в дни, предшествующие началу болезни. Если посмотрел детективный фильм, то он становится толчком для развития идей преследования; сообщение о приближающейся к земле комете — для опасения грядущей мировой катастрофы; почерпнутая где-то информация о распространении в Америке портативных подслушивающих устройств — для убеждения, что «все обо мне все время записывается».

Бред самообвинения и бред преследования, отношения, заражения могут тесно переплетаться друг с другом. Подросток считает, что из-за его поведения арестуют его мать или за то, что в компании он проиграл деньги и не отдал, расправятся с его родными, что от него заражаются прыщами и чирьями, что над ним смеются, потому что у него ««глупость видна на лице». Полагает, что болен сифилисом и поэтому опасен для окружающих или что его должны посадить в тюрьму за то, что он когда-то попробовал какое-то дурманящее средство.

Бред инсценировки может встречаться и при депрессии, но также отражает переплетение идей преследования и самообвинения. Например, подросток считает других больных переодетыми агентами милиции, которые следят за ним и «должны подвести под арест» за допущенные им прежде нарушения. Другой убежден, что его считают «подонком», и поэтому вокруг искусственно создана «развращающая обстановка» («позволяют курить в туалете. ребята говорят о неприличных вещах»), чтобы его спровоцировать и он бы «выдал себя».

Могут возникать явления деперсонализации и дереализации («все, как неживое», «все будто омертвело», «я — как будто другой человек»). Слуховые галлюцинации бывают эпизодическими. Слышатся угрозы и упреки.

Суицидальное поведение также может отражать сочетание чувств вины и страха. Опасаясь, что его убьют, больной тем не менее сам может совершать серьезные суицидные действия или вручать свою жизнь случаю. Например, подросток намеренно шел но середине мостовой вдоль улицы с интенсивным движением транспорта, надеясь, 4fo его задавят насмерть.

Сексуальное влечение обычно подавлено. Но несколько раз от подростков в состоянии тревожной депрессии приходилось слышать, что «онанизм на время успокаивает».

Суточные колебания настроения неотчетливы и могут вообще отсутствовать [Иовчук Н. М., 1977]. Иногда тревога нарастает к вечеру, иногда, наоборот, к концу дня больные чувствуют себя спокойнее. Сон беспокойный. Бывают отказы от пищи. Больные довольно быстро худеют.

Дифференциальный диагноз с другими депрессивными синдромами не представляет особых затруднений. Бред и галлюцинации при данном синдроме, если и возникают, то тесно связаны с аффективным фоном и обычно бывают эпизодическими. При параноидной депрессии бред и галлюцинации отличаются большой стойкостью, разнообразием, непосредственно из аффекта тревоги, страха или тоски могут не вытекать, а в клинической картине оказываются ведущими симптомами.

От острого полиморфного синдрома (см. стр. 127) в первые дни отличить бывает сложнее, так как при этом синдроме тревога и страх также могут быть ярко выражены, но они не постоянны, могут чередоваться то с апатией, то с экзальтацией и даже с эйфорией. Этому синдрому более свойственна аффективная лабильность. Кроме того, затрудняется способность понимать происходящее вокруг, может утрачиваться тонкая ориентировка, а бредовые высказывания и галлюцинации бывают не связаны с аффективным фоном; возможны псевдогаллюцинации, психические автоматизмы и даже отдельные гебефренические и кататонические симптомы.

Сложные депрессивные синдромы

Согласно K. Schneider (1932) в депрессивном состоянии можно выделить облигатные симптомы и факультативные проявления, причем к последним следует относить неврозо- и психопатоподобные проявления, сверхценные и бредовые образования. А.Б. Смулевич с соавт. (1970) полагает, что дополнительная симптоматика является маргинальным проявлением депрессии, отличается от основной симптоматики выраженной лабильностью и динамичностью своих признаков и привносит определенную дисгармонию в психопатологическую структуру депрессивного синдрома (Войцех В. Ф., 1984).

Следует иметь ввиду, что сниженное настроение может быть составной частью более сложных синдромов: депрессивно-параноидного, депрессивно-ипохондрического, (Снежневский А.В., 1970), истерического (Жмуров В.А, 2002), деперсонализации и дереализации (Лукомский И.И., 1968), психастенические депрессии, сенестопатические депрессии (Тиганов А.С.,1974).

Сниженное настроение может быть составной частью более сложных психических расстройств, сопровождаться фиксацией на необычных болевых ощущениях, с появлением навязчивых состояний и истерического поведения.

К сложным депрессивным синдромам относят депрессивно-бредовой депрессивно-параноидный синдром. Последний включает в себя выраженный

депрессивный аффект, бредовые идеи виновности, особого значения, инсценировки, осуждения, преследования и воздействия, бред ущерба и обыденных отношений, бред преследования и отравления, нигилистический бредом (бред отрицания), бред громадности (синдром Котара) (Тиганов А.С., 1974), а также психические автоматизмы (Бухановский А.О., с соавт. 2000).

Депрессия с явлениями дисморфофобии включает сверхценные и бредовые идеи физической неполноценности. Депрессия может сочетаться с галлюцинациями, псевдогаллюцинациями в рамках синдрома Кандинского-Клерамбо, кататоническими нарушениями, онейроидным помрачением сознания (Жмуров В.А., 2002).

К сложным психическим расстройствам также относят психотические формы депрессии, которые отмечаются в 15% случаев. При сочетании депрессии с бредом, последний может быть разного содержания: бредом виновности (греховности и преступления), реже — ипохондрическим, физической неполноценности, инсценировки, осуждения, особого значения, ущерба, преследования, отравления, воздействия, громадности отрицания (бред Котара). Возможно, появление слуховых галлюцинаций обвиняющего характера, реже галлюцинации бывают зрительными, включающими в себя сцены смерти и страданий.

Бред инсценировки при депрессии

Бред – расстройство мышления с возникновением болезненных представлений, рассуждений, выводов, которые не соответствуют реальности, в которых больной непоколебимо убежден.

Бред возникает только на основе заболевания головного мозга. Является расстройством мышления.

  • Возникновение на почве заболевания, то есть бред является симптомом болезни;
  • Паралогичность – построение на основании собственной внутренней логики бреда, которая исходит из внутренних потребностей психики больного;
  • Нет нарушения сознания;
  • Несоответствие по отношению к объективной реальности, но со стойкой убежденностью в действительности идей;
  • Устойчивость к любой коррекции, неизменность бредовой точки зрения;
  • Интеллект обычно сохранен или немного ослаблен;
  • Присутствуют глубокие изменения личности, вызванные фиксированием на бредовой идее.

Бред необходимо отличать от заблуждений психически здоровых людей.

Группы бредовых состояний:

1. Бред преследования (мания преследования) — включает бредовые идеи ущерба и преследования:

  • собственно бред преследования;
  • бред ущерба – убеждение, что имущество больного портят, разворовывают какие-то люди;
  • бред отравления – убеждение больного, что кто-то хочет его отравить;
  • бред отношения – человеку кажется, что вся окружающая реальность имеет непосредственное отношение к нему;
  • бред значения – все в окружении больного затрагивающие его интересы;
  • бред воздействия – физического (аппараты, лучи), психического (гипноз);
  • эротический бред – убежденность пациента, что его преследуют с эротической целью;
  • бред сутяжничества – человек борется за восстановление «справедливости»: суды, жалобы, письма руководству, президенту;
  • бред ревности – убеждение в изменах партнера;
  • бред инсценировки – убеждение, что все вокруг подстроено, разыгрываются сцены какого-то спектакля;
  • бред одержимости;
  • пресенильный дерматозойный бред – о заражении паразитами.
Смотрите так же:  Таблетки при неврозах отзывы

2. Бред величия («мания величия»):

  • бред богатства;
  • бред изобретательства;
  • бред реформаторства;
  • бред происхождения;
  • бред вечной жизни;
  • эротический бред;
  • синдром Клерамбо (бред любви – убеждение человека, что его любит известный человек или все, встречающиеся с ним;
  • антагонистический бред – больной убежден, что он является пассивным свидетелем борьбы противостоящих мировых сил, которая ведется вокруг или из-за него (добра и зла, света и тьмы);
  • религиозный бред – человек считает себя пророком, уверен, что может творить чудеса.

3. Депрессивный бред

  • бред самообвинения, самоуничижения, греховности;
  • ипохондрический бред – убеждение в наличии какого-то заболевания (например, онкологического заболевания);
  • нигилистический бред – ощущение, что сам человек и окружающий мир не существуют;
  • синдром Котара – уверенность человека, что он небывалый в истории преступник, что он заразил всех опасным заболеванием и т.п.

Если бред полностью подчиняет поведение больного, такое состояние называется острым бредом. Если больной способен адекватно воспринимать окружающую действительность, если это никак не касается тематики бреда, такое расстройство называют инкапсулированным бредом.

  • Первичный бред – поражается логическое, рациональное познание, характерны искаженные суждения, подкрепленные рядом субъективных доказательств, которые имеют свою систему. Восприятие больного не нарушено, но при обсуждении с больным предметов, которые имеют отношение к бреду, отмечается эмоциональное напряжение. Этот вид бреда отличается стойкостью к лечению, тенденцией к прогрессированию, систематизации.
  • Вторичный (галлюцинаторный) бред – возникает в результате нарушенного восприятия. Это бред с преобладанием галлюцинаций, иллюзий. Бредовые идеи непоследовательны и фрагментарны. Нарушение мышления в этом случае наступает вторично – как интерпретация галлюцинаций. Различают образный и чувственный вторичный бред. Синдромы чувственного бреда: острый параноид, убеждение в том, что вокруг разыгрывается спектакль, имеющий отношение к больному, которым руководит невидимый режиссер, управляющий речью и действиями персонажей, самого больного.
  • Индуцированный бред – человек, который живет вместе с больным и общается с ним, начинает разделять его бредовые убеждения.
  • Голотимный бред – развивается при аффективных расстройствах. Например, при маниакальном состоянии возникает бред величия, а при депрессии – идеи самоуничижения.
  • Кататимный и сенситивный – развивается при сильных эмоциональных переживаниях у людей, страдающих расстройствами личности или с повышенной чувствительностью.
  • Катестетический – при сенестопатии, висцеральных галлюцинациях.

Автореферат и диссертация по медицине (14.00.18) на тему: Меланхолические депрессии при шизофрении. Вопросы психопатологии, клиники, терапии

Автореферат диссертации по медицине на тему Меланхолические депрессии при шизофрении. Вопросы психопатологии, клиники, терапии

На правах рукописи

ШИРШОВА Марина Борисовна

МЕЛАНХОЛИЧЕСКИЕ ДЕПРЕССИИ ПРИ ШИЗОФРЕНИИ ВОПРОСЫ ПСИХОПАТОЛОГИИ, КЛИНИКИ, ТЕРАПИИ.

Специальность 14.00.18 -Психиатрия

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук

Работа выполнена в Научном центре психического здоровья РАМН

доктор медицинских наук, профессор,член-корреспондент РАМН A.C. Титанов

доктор медицинских наук, профессор Г.П. Пантелеева кандидат медицинских наук, доцент Т.П. Платонова.

Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского

Защита состоится ‘»/’в ‘»¿¿/У_1997 часов на заседании

диссертационного совета НЦПЗ РАМН (шифр совета Д .001.30.01 по адресу 115522 .Москва, Каширское шоссе, д.34.

Автореферат разослан ¡Л-^&Л- 1997

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат медицинских наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Исследования депрессивных состояний, возникающих при шизофрении, представляют важный раздел учения о шизофрении. По данным многих авторов (Е. Krepelin, 1912; М. Bleuler, 1927; Т. Н. Морозова, 1957; А. В. Смулевич, 1970; Р. А. Наджаров, 1972; A.C. Титанов, 1972.) Депрессивные синдромы встречаются при всех формах шизофрении.

В настоящее время известно, что такие депрессивные состояния при шизофрении по своей структуре гетерогенны (А. С.Тиганов, 1980; Т. П. Платонова, 1989; JI. В. Видманова, 1989; В. В. Бурба, 1986; П. А. Баранов, 1987; Т. В. Владимирова, 1987; М. В. Ахапкина, 1993; Ч. А. Арапбаева, 1995).

По мере изучения разнообразных форм течения и проявления болезней шизофренического круга, особенно протекающих приступообразно, определилась возможность существования депрессивных синдромов в картине заболевания, которые выступают наравне с симптомами 1 ранга К. Shneider и так называемыми негативными.

Широкой дискуссии в литературе подвергнут аспект взаимоотношения негативных и позитивных расстройств в содержании этой проблемы (Н. П. Панюшкина, 1980; А. JI. Пчелина, 1979; И. В. Абрамова, 1990; Ч. А. Арапбаева, 1995.)

Неоднозначен подход исследователей к вопросу типологии и классификации депрессивных состояний.

В отечественной и зарубежной литературе обсуждается вопрос о «специфических» для шизофрении особенностях депрессивных расстройств, патопластического влияния на их проявления нозологической принадлежности болезни, определения первичности или вторичности депрессивных расстройств по отношению к основному шизофреническому расстройству.

В немногочисленных работах, затрагивающих эту область, подробно не исследуются качественное своеобразие клинической картины и динамики меланхолических депрессий при шизофрении .

Специальные исследования, посвященные изучению меланхолической депрессии при шизофрении малочисленны, остаются недостаточно исследованными вопросы психопатологической

структуры, типологии, нозологической принадлежности этого вида депрессий, казалось бы уже подробно описанных в рамках МДП ещё со времен признания дихотомической нозологической концепции Э. Крепелина. Актуальность исследования этого вида патологии, помимо научного значения диктуется и необходимостью решения практически значимых вопросов, связанных с уточнением вопросов для диагностического отграничения и прогностической оценки, а также для разработки дифференцированных принципов их оптимальной терапии.

ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ ИССЛЕДОВАНИЯ.

Целью настоящей работы явилось изучение особенностей психопатологической стуктуры меланхолических депрессий и клиники шизофрении, протекающей с меланхолическими депрессиями.

В задачи работы входило:

— Изучить и разработать психопатологическую типологию меланхолических депрессий;

— Изучить взаимосвяВь’ меланхолических рассройств с другими психопатологическими проявлениями в структуре депрессивного синдрома.

— Изучить особенности течения шизофрении, протекающие с меланхолической депрессией.

— Разработать наиболее адекватные подходы к терапии меланхолических депрессий при шизофрении.

МАТЕРИАЛ И МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ.

Работа основывается на данных клинико-психопатологи-ческого метода исследования 75 больных (34 мужчины и 41 женщина) приступообразной шизофренией и приступообразного эндогенного психоза, занимающего в нозологическом плане «промежуточное» положение между шизофренией и МДП. Критериями отбора больных для исследования явились характеристики меланхолических депрессий, наиболее распространенные в литературе. В соответствии с этими критериями к меланхолической депрессии были отнесены депрессии простой структуры, с одной стороны, близкие по своей картине к классическим, меланхолическим депрессиям, с другой, — их картине наблюдаются рассройства, выходящие за границы расстройств, облигатного характера.

Полученные данные сравнивались уже имеющимися результатами исследований шизофрении в целом, выполненных в едином методическом плане (А. С. Тиганов 1964; Г. П. Пантелеева 1968; В. М. Шаманина, 1978 и др.).

В работе предпринято изучение психопатологической структуры меланхолических депрессивных состояний в течении шизофрении. Разработана её типология, выявлены особенности динамики. Определено прогностическое значение меланхолических депрессий. Уточнены критерии диагностического отграничения депрессивных меланхолических состояний при шизофрении и МДП. Определены оптимальные терапевтические подходы при лечении меланхолических депрессивных состояний при шизофрении.

Результаты исследования можно рассматривать как определенный вклад в практическое здравоохранение, так как они обеспечивают практических врачей рядом критериев современной диагностики и адекватной квалификации меланхолических депрессивных состояний, определяют их место среди других вариантов депрессивного синдрома, выявляют ряд особенностей течения эндогенных заболеваний, с меланхолическими депрессиями, показывают прогностическое значение меланхолических депрессий, позволяют дифференцированно подходить к вопросу выбора наиболее адекватной терапии данных состояний .

Результаты исследования доложены на научной конференции врачей психиатрического корпуса ЦКБ МЦ УДП РФ (1997). Диссертация апробирована на межотделенческой научной конференции НИИ клинической психиатрии НЦПЗ РАМН 6 сентября 1996 года.

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ.

Материалы диссертации отражены в 2 работах в Журнале невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, список которых приводится в конце реферата.

ОБЪЁМ И СТРУКТУРА РАБОТЫ.

Работа состоит из стр. машинописного текста, из

которых 40 £> стр. содержит основной текст, а -7 V стр. занимает приложение. Основной текст состоит из пяти глав, заключения и выводов.Во введении обоснована актуальность работы, изложены её цели и задачи, сформулированы основные результаты и их научнопрактическая ценность.

Смотрите так же:  Как депрессия влияет на сердце

В первой главе представлены литературные данные об истории и современных взглядах по поводу меланхолических депрессий и их особенностях при шизофрении . Во второй главе приведена общая характеристика клинических материалов диссертации, включающая характеристику исследуемых больных (количество, возраст, длительность болезни, число приступов). Глава третья содержит психопатологическое описание меланхолических депрессий при шизофрении. Приведена типология, динамика меланхолических депрессий. Глава четвертая содержит описание особенностей клинической картины шизофрении и т.н. промежуточного эндогенного психоза, протекающих с меланхолическими депрессиями. В пятой главе приведены рекомендации по дифференцированному подходу к лечению меланхолических депрессий, сформулированы основные принципы поэтапного подхода к назначению лечения больным с меланхолической депрессией, описаны эффективные методы и методики преодоления терапевтической резистентности, обоснована целесообразность протекторной терапии, ноотропной терапии. Приложение содержит истории болезни, иллюстритующие клинические наблюдения. Указатель литературы содержит 157 наименований (108 отечественных и 49 зарубежных авторов ).

Исследования показали сложность и неоднозначность вопроса, касающегося психопатологических особенностей эндогенных меланхолических депрессий. Исследование меланхоличе-

ских депрессий в течении шизофрении имеет важное значение для решения ряда вопросов, связанных с типологией, особенностью психопатологической структуры, клиники депрессий. Учитывая отсутствие общепринятой классификации меланхолических депрессий, была разработана классификация и типология меланхолических депрессий при шизофрении. В ходе исследования были изучены особенности психопатологической структуры меланхолических депрессий, к которым отнесены депрессивные состояния простой структуры, которые с одной стороны, близки по своей картине классическим меланхолическим депрессиям, свойственным циркулярной болезни, с другой — в их картине наблюдаются расстройства выходящие за границы расстройств облигатного характера. Изучался феномен витальной тоски в структуре меланхолической депрессии: была описана так называемая рационалистическая тоска и телесная тоска, имеющие разную прогностическую значимость. Депрессивная триада здесь была представлена диспропорционально, а факультативные расстройства, доминируя в стуктуре депрессий меланхолического синдрома выходили за рамки депрессивных и принимали самостоятельное психопатологическое значение, усложняя картину депрессивного состояния; отмечалось сочетание разноплановых и, казалось бы, взаимоисключающих расстройств (тоска и тревога, апатия и повышенная раздражительность). В нашем исследовании в зависимости от характера ведущего аффекта тоски, выделено четыре типа меланхолических депрессий при шизофрении: чистые меланхолические депрессии, меланхолические депрессии с тревогой, меланхолические депрессии с анестетическими расстройствами, меланхолические депрессии с апатико-адинамическими расстройствами.

Главной особенностью чистых простых меланхолических депрессий — явилось беспричинное и необъяснимое снижение настроение с чувством тоски, триада была представлена равномерно, т. е. в её наиболее классическом варианте.

В меланхолических депрессиях с тревогой имело место дисгармоничность в проявлениях депрессивной триады, при малой выраженности идеаторных и моторных расстройств. В структуре синдрома ведущие расстройства выходили за рамки даже атипичных депрессивных и тревога выступала в сочетании с эпизодами страха, сенестопатиями, сомато-вегетативными

расстройствами, фобическими нарушениями, деперсонализацией, которые утрачивали связь с основным тимическим компонентом , усложняя депрессивный синдром.

Меланхолические депрессии с анестетическими расстройствами проявлялись ещё большей диспропорцией в проявлениях депрессивной триады, идеаторное и моторное торможение здесь были выражены достаточно интенсивно. Анестетические расстройства носили характер аутопсихической деперсонализации всех функций с оттенком ангедонии, переживались как мучительные и сопровождались идеями самообвинения, суицидальными мыслями. Здесь анестетические проявления были больше, чем болезненная психическая анестезия депрессивных больных, что также свидетельствовала об усложнении депрессивного синдрома деперсонализационными проявлениями.

В картине меланхолической депрессии с апатико-адинами-ческими расстройствами атипичность проявлений депрессивной триады была, в основном, за счет видоизмнения аффекта в апатико-адинамический, а идеаторного торможения — в снижение инициативы и волевых побуждений, астенические проявления. Депрессия сопровождалась снижением настроения с чувством тоски, витальностью, суточными колебаниями настроения. Тоска сосуществовала с апатическими расстройствами интенсивность и выраженность апатии в ‘ периоды усиления тоскливого компонента не менялась. Во время этих периодов тоска сочеталась с нежеланием трудиться, отсутствием психической активности. Как правило при апатико-меланхоли-ческих депрессиях прослеживалась обратная зависимость между апатическим и тоскливым радикалом депрессии: по мере нарастания апатических расстройств интенсивность тоски уменьшалась или тоска отсутствовала.

Установлена этапность в динамике меланхолических депрессий в рамках одного эпизода: начальный этап с моно-морфным характером расстройств, этап развернутого состояния с полиморфной клинической картиной и этап обратной динамики состояний с возможным видоизменением депрессивных расстройств.

В результате клинико-психопатологического анализа изучаемого материала выделены три клинические группы, протекающие с меланхолической депрессией, различающиеся воз-

растом больных к моменту начала болезни, частотой приступов, психопатологической стуктурой, особенностями изменения личности, различной степенью прогредиентности заболевания. Первая группа больных шизофренией, протекающей с «чисто» аффективными приступами. Учитывая неоднородность описываемой клинической группы было выделено две подгруппы: а) с биполярным течением аффективных приступов (12 больных); б) монополярным течением аффективных приступов (10 больных).

Средняя длительность заболевания 10 лет.

Возраст начала заболевания варьировал от 18 до 35 лет.

Заболевание дебютировало явлениями меланхолической депрессии в одних случаях с проявлениями тревожных, в других -анестетических расстройств с фобиями, признаками дереализации и деперсонализации.

В подгруппе с монополярным течением манифестный приступ также определялся меланхолической депрессией, но, по сравнению с биполярным типом течения, в этой подгруппе в картине депрессии наблюдались анестетические расстройства, которые постепенно уступали место апатическим проявлениям. Последние выступали вместе с тоской на первый план, при этом уменьшалось идеомоторное торможение, депрессия приобретала черты апатико-меланхолической.

Преморбидные черты личности в подгруппе с биполярным течением отличались полиморфизмом у 4 больных — отличались психастенические черты, у трех — черты сензитивности, у пяти -шизоидные черты. Преморбидные черты в подгруппе с монополярным течением можно было отметить у пяти — сензитивно-шизоидные, у трех — тревожномнительные с ярко выраженным психическим инфантилизмом .

Вторую клиническую группу составили 19 пациентов в возрасте 20-43 лет, у которых заболевание протекало с аффективными и аффективно-бредовыми приступами. У 12 из 19 больных манифестные приступы возникали в юношеском и среднем возрасте и дебютировали маниакальным состоянием, которое длилось 6-7 месяцев, характеризовалось повышенным настроением, повышенной жаждой деятельности, однако эта деятельность носила лишь вербальный характер. Маниакальный приступ без светлого промежутка сменялся тоскливой депрес-

си ей со страхом, нестойким чувственным бредом в виде синдрома инсценировки. При этом бредовые образования были фрагментарными и никогда не выходили за рамки вышеуказанных синдромов. По мере редукции бредовой симптоматики при обратном развитии на первом плане фигурировал аффект тоски с идеями самоуничижения, самообвинения, нередко с суицидальными мыслями, далее имела место затяжная депрессия с апатическими расстройствами и затяжным течением.

У остальных 7 больных этой группы болезнь манифестировала в юношеском возрасте приступами тоскливой депрессии. Клиническая картина приступа характеризовалась сниженным настроением, повышенной утомляемостью, анестетическими проявлениями и периодически возникающими на их фоне эпизодами беспричинной тревоги, состояние усложнялось непродуктивным мышлением с явлениями повышенной рефлексии и психопатоподобным поведением. После нескольких аффективных приступов в картине болезни развивались приступы с чувственным бредом. Бредовые образования здесь как и в предыдущей подгруппе больных не выходили за рамки синдрома инсценировки, но их проявления были еще более фрагментарными и неразвернутыми.Вслед за манифестным приступом у больных регистрировались изменения личности в виде эмоциональной неустойчивости, раздражительности, нетерпимости, неприязненного отношения к близким, манерности.

Практически все больные этой группы утратили трудоспособность, они обнаруживали отсутствие ориентации в ситуации, постоянную повышенную ранимость, черты аутизации, эмоционального дефекта, инфантилизм. Характер негативных расстройств личности больных этой группы качественно отличался от изменений личности больных с «чисто» аффективными приступами и был отнесен нами к относительно менее благоприятному.

В третьей группе больных с эндогенной болезнью, промежуточной между МДП и приступообразно-прогредиентой шизофренией наблюдалось 34 больных. Заболевание у них характеризовалось преимущественно аффективными расстройствами и вызывало определенные сложности в выборе отнесения этих случаев или к шизофрении или к циркулярной болезни. В отличие от МДП, помимо острых психотических приступов, в динамике болезни для этой группы больных были более ха-

рактерны препсихотические характерологические особенности, которые создавали тот особый личностный фон, на котором развиваются приступы психоза.

У 12 больных этой группы отмечалось течение монополярными депрессивными приступами, у 14 больных биполярными и у 8 больных вообще на. протяжении многих лет был отмечен лишь один приступ болезни. Проявления аффективных расстройств в манифестном приступе во многом сходны с теми расстройствами, что наблюдаются в приступах МДП. Характерным было сочетание собственно тимических проявлений с выраженностью соматического компонента, витальными расстройствами, идеями самообвинения и самоуничижения, на фоне которых часто отмечались суицидальные мысли и намерения. Кроме того, у больных в структуре депрессивных состояний периодически отмечались состояния тревоги, страха, психопатоподобное поведение, которое сопровождалось расстройством сна и нарушением социальной адаптации. У части больных с биполярным типом течение болезни вслед за депрессией сразу же без ремиссии развивалось гипо-маниакальное состояние. Течение болезни у больных с биполярым типом течения характеризовалось усложнением клинической картины манифестной меланхолической депрессии за счет углубления и усиления заторможенности в её картине, в некоторых случаях с усилением тревоги, присоединения анестетических расстройств.

Смотрите так же:  Количество населения земли страдающего умственной отсталостью

Течение монополярного и биполярого типов течения болезни в 10 случаях отличалось формированием длительных и затяжных состояний, в которых присутствовали анестетические проявления, «с размыванием границ» приступа и фактическим переходом болезни в континуальное течение, с непрерывной сменой аффективных состояний, особенно при биполярном типе течения.

В отличии от меланхолических аффективных приступов при приступообразно-прогредиентной шизофрении меланхолические состояния при промежуточных формах болезни имели большую аффективную насыщенность. В состоянии ремиссии здесь отмечались менее выраженные изменения личности ограничивающиеся лишь некоторым заострением черт характера. Начальные признаки заболевания у больных этой группы можно отнести к детскому возрасту. Раннее развитие здесь характеризовалось чаще явлением диссоциированного (парциального) дизонтогенеза.

В пубертатном возрасте у больных развивались психопатологические расстройства, которые носили ярко выраженный возрастной оттенок и характеризовались фобическими, неврозо-подобными, психопатоподобными, дисморфобическими проявлениями, они сопровождались неярко выраженными по типу юношеской несостоятельности С1а1ге1 в виде вялости, безразличия, снижения продуктивности, усиления шизоидных черт, внутренней напряженности, расстройством сна. Критическая оценка своего состояния у всех больных была недостаточная.

После стабилизации психического состояния, по миновании пубертатного возраста, у всех больных этой группы выявлялись личностные изменения («характерологический сдвиг»), которые характеризовались эмоциональной неустойчивостью, ранимостью, астеническими расстройствами, при этом, как правило, не наблюдалось грубых изменений личности. Таким образом, у изученных больных данной группы фазные аффективные приступы возникали на фоне нехарактерных для МДП личностных (шизоидных) особенностей и рассматривались как предшествующие («характерологическому сдвигу») или как сопровождавшие его стертые проявления шизотипной динамики личности.

У 8 больных динамике болезни был отмечен лишь один приступ с меланхолической депрессией в структуре.

В третьей группе больных, отнесенных нами к промежуточной форме болезни, несмотря на значительное число перенесенных психотических приступов и относительно короткие между ними ремиссии, личность пациентов существенно не страдала.

Основу лечения исследуемых больных составили антидепрессанты в сочетании с нейролептиками и транквилизаторами. При выборе терапии учитывалась общая стуктура приступа (эпизода, фазы) в момент поступления, а также тип меланхолической депрессии.

Результаты исследования дали возможность предполагать, что чем более типичен синдром, тем более положителен терапевтический эффект.

При меланхолических депрессиях с тревогой хороший терапевтический эффект наблюдался при применения амитрип-тилина в суточной дозе 150-300 мг., сурмонтила (герфонала в дозе 125-150 мг в день).

При меланхолических депрессиях с анестетическим компонентом амитриптилин (триптизол) в дозе — 250-300 мг в сутки, анафранил в суточной дозе 150-200 мг в сутки.

При апатико-меланхолическом типе депрессии наилучшие результаты наблюдались от применения мелипрамина в суточной дозе от 150 до 300 мг в комбинации с амитриптилином в суточной дозе 75-125 мг. Анафранил в суточной дозе отЮО до 225 мг в комбинации с лудиамилом в суточной дозе до 200 мг.

В случаях с толерантностью наиболее адекватным является применение комбинированных методов терапии, одновременное сочетание нескольких антидепрессантов трициклического ряда в сочетании с нейролептиками, транквилизаторами, а также различных методов введения.

Антидепрессанты во всех случаях сочетались с малыми и средними дозами нейролептиков. При этом имелись в виду такие действия препаратов как седативный, стимулирующий, воздействие на неврозоподобные и психопатоподобные расстройства.

Кроме того использовались ноотропы в обычных дозах, финлепсин для профилактики повторных приступов до 600 мг. У больных с резидуально — органической патологией дегидратирующая терапия, использовались стабилизаторы мозгового кровообращения .

1. Изучение клиники шизофрении с меланхолическими депрессиями показало, что картина меланхолической депрессии в значительной степени определяется нозологической принадлежностью в целом. Общими особенностями психопатологической картины в меланхолических депрессий здесь являются видоизменение тоскливого аффекта, полиморфизм, депрессивных расстройств и атипичность клинических проявлений.

2. Меланхолическая депрессия при шизофрении неоднородна по клиническим проявлениям и степени их выраженности и определяется следующими основными типами депрессий: 1) «Чистая» меланхолическая депрессия. 2) Меланхолические депрессии с тревогой. 3) Меланхолические депрессии с анестетическими расстройствами. 4) Меланхолические депрессии с апато-адинамическими расстройствами.

3. Динамика расстройств в картине становления меланхолических депрессий происходит в три этапа, проявления каждого из этапов развития депрессий могут представлять собою разные типы меланхолических депрессий, типологическая картина которых в процессе развития депрессивного состояния может видоизменяться.

4. Изучение особенностей клиники шизофрении, протекающей с меланхолической депрессией позволило установить ряд клинических закономерностей.

4.1. В тех случаях, где заболевание протекало только аффективными приступами (фазами) при отсутствии или незначительно выраженности негативных расстройств меланхолическая депрессия развивалась как в манифестном приступе так и в повторных приступах (фазах).

4.2. В случаях течения заболевания с аффективными и аффективно-бредовыми приступами, где эндогенный процесс характеризовался выраженной прогредиентностью, с появлением эмоциональной уплощенности, нарушением социальной и трудовой адаптации, картина меланхолических депрессий чаще была представлена тревожными и анестетическими компонентами в дебюте приступа с последующим переходом в апатическую депрессию в конце приступа.

5. Личностный склад больных и его динамика в домани-фестном периоде при шизофрении с картиной меланхолических депрессий имели свои особенности и включали разной степени

выраженности шизотипные изменения с их заострением в период патологически протекающих кризов.

6. Реакция больных меланхолической депрессией при шизофрении на психофармакотерапию была неоднородна и зависела от структуры меланхолических депрессий и степени типичности, чем более типичен синдром, тем более положительный был терапевтический эффект.

В целом в 60 % случаев меланхолических депрессий обнаруживался достаточно выраженный терапевтический эффект на соответствующую психофармакотерапию.

При меланхолических депрессиях с анестетическими и апа-тико-адинамическими проявлениями в 40 % случаев обнаруживалась резистентность к проводимому традиционному лечению или слабовыраженный терапевтический эффект.

В случаях толерантности к психотропным препаратам и отсутствия терапевтического эффекта у больных при традиционных методах психофармакотерапии для повышения эффективности лечения рекомендуется применения психотропных препаратов (внутривеннные капельные вливания, внутримышечное введение ) и протекторная терапия.

7. Общим принципом оптимизации терапии меланхолических депрессий при шизофрении следует считать комплексность её методов, которая значительно повышает её эффективность и включает: 1) применение традиционных методов лечения депрессивных состояний; 2) комбинированные лечение антидепрессантами в сочетании с нейролептиками; 3) проведение курсов дегидратирующей терапии с РЕГ, ЭЭГ, ЭХО-ЭГ контролем при выявлении резидуально-органической патологии; 4) применение физиотерапевтических, психотерапевтических методов терапии.

Список работ , опубликованных по теме диссертации

1. К вопросу о психопатологии меланхолических депрессий -Журнал невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова, 1997.

2. Клиника шизофрении, протекающей с меланхолическими депрессиями. -Журн. невропат. и психиатр, им. С. С. Корсакова, 1997.

Другие статьи

  • Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста Консультация (младшая группа) по теме: консультация для воспитателей. Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста. Консультация для воспитателей. Предварительный просмотр: Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного […]
  • Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Законодательством Российской Федерации не предусмотрено процедуры отказа от ребенка, возможно только лишение родительских прав. Так, согласно ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если […]
  • Что входит в обязанности родителей по воспитанию детей Глава 12. Права и обязанности родителей (ст.ст. 61 - 79) Глава 12. Права и обязанности родителей См. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. © ООО "НПП "ГАРАНТ-СЕРВИС", 2019. […]
  • Можно ли ребенку капать ромашку в нос отвар ромашки и нос неделю назад мы заболели к нам приходила врач и сказала 5 раз в день промывать нос пипеткой ромашки, потом отсасывать аспиратором, а потом капать капли сейчас я разговаривала с подругой, она меня отругала, сказала, что нельзя так ни в коем случае, […]
  • Как правильно купать в круге месячного ребенка Как купать ребёнка с кругом на шее С какого месяца купать ребёнка с кругом на шее, как правильно это делать, в какое время? Советы доктора Комаровского и видео инструкция. Водные процедуры – особенное удовольствие для маленького ребенка. Кроме обычного гигиеничного […]
  • Диагностика отклонения в развитии ребёнка определение этапы проведения Ранняя диагностика отклонений в развитии детей Диагностика отклонений в развитии основывается на зна­нии общих и специфических закономерностей психического раз­вития нормально развивающегося ребенка и детей с различны­ми отклонениями в развитии. Диагностика носит […]