Депрессия при раке молочной железы

Депрессия при раке груди ухудшает выживаемость

Женщины с раком молочной железы, которые впоследствии получили диагноз депрессии, показали на 45% более высокий риск смерти от всех причин, выяснили ученые Королевского колледжа в Лондоне. Исследователи предполагают, это открытие поможет поддержать пациенток, наиболее подверженных риску депрессии.

Группа исследователей во главе с Elizabeth Davies проанализировала данные более чем 77170 женщин в Юго-Восточной Англии. При изучении связи между новым диагнозом депрессии и выживанием, Davies и ее коллеги приняли во внимание такие факторы, как возраст на момент постановки диагноза рака, социально-экономический статус и наличие других заболевания. После принятия во внимание этих факторов, относительный риск смерти у пациенток с депрессией был в 1,45 раза или на 45% выше, чем у женщин, не имеющих депрессии.

Davies сказала: «Плохое настроение и депрессия являются понятными реакциями на диагноз рака молочной железы. Эти данные подчеркивают необходимость опрашивать пациентов с раком об их настроении, а для женщин, это нормально, чтобы попросить о помощи. Большая социальная поддержка и психологическое вмешательство для женщин с раком молочной железы поможет уменьшить негативные последствия, среди людей, наиболее подверженных риску депрессии.

Женщины с уже существующим диагнозом депрессии также показали снижение выживаемости, но ассоциация была, главным образом, связана с другими факторами, такими как пожилой возраст на момент постановки диагноза, низким социально-экономическим статусом и более распространенным раком в диагностике. В целом, 55% всех женщин с записью депрессии были живы, через пять лет после диагностики рака молочной железы, по сравнению с 75% пациенток без депрессии.

Химиотерапия и депрессия

Июнь 5, 2017 в 10:53

Химиопрепараты атакуют не только опухолевую ткань, но и другие быстро делящиеся клетки — отсюда так много серьезных побочных эффектов химиотерапии. Недавно ученые из Королевского Колледжа Лондона (King’s College London) установили, что один из препаратов для лечения рака нарушает рост новых клеток головного мозга и повышает риск депрессии.

Исследования на животных показали, что некоторые химиопрепараты, независимо от психологического состояния, вызывают в головном мозге биохимические изменения, характерные для депрессии.

В ходе других исследований было установлено, что депрессия наиболее характерна для рака головного мозга. Депрессивные состояния испытывают примерно 30% онкобольных с опухолями центральной нервной системы.

При этом нужно отличать эпизоды плохого настроения и подавленности от настоящей клинической депрессии. Во втором случае состояние человека намного серьезнее, необходимо правильное лечение. В одном из исследований около 90% онкобольных сообщали, что у них депрессия, но лишь в 20% случаев были обнаружены симптомы клинической формы.

Темозоломид и мышиная депрессия

Говорят, что нервные клетки не восстанавливаются: природа дает каждому из нас один набор нейронов на всю жизнь. Ученые давно опровергли этот миф. В мозге каждого взрослого человека происходит нейрогенез — процесс образования новых нервных клеток. И, как оказалось, химиотерапия может его нарушить.

Исследователи вводили лабораторным мышам темозоломид — противоопухолевый препарат, который применяют при анапластической астроцитоме, мультиформной глиобластоме, метастазирующей меланоме.

У животных, получавших препарат, ухудшился рост новых клеток в гиппокампе — отделе головного мозга, который играет важную роль в формировании эмоций и памяти. Чем сильнее был нарушен нейрогенез под действием темозоломида, тем выше поднимался уровень гормонов стресса при воздействии стрессорных факторов.

Возникли изменения и в поведении мышей. Отмечалось стойкое снижение способности к обработке новой информации, снизился интерес к концентрированному раствору сахара.

Химиотерапия способна негативно влиять не только на головной мозг, её побочные эффекты многообразны и нередко бывают очень тяжелыми. Однако, без неё нельзя. Если пациент перестанет получать нужные химиопрепараты, прогноз сильно ухудшится.

Важно знать о том, почему лечение приводит к побочным эффектам, и как с ними правильно бороться. Возможно, новые знания ученых о влиянии темозоломида на мозг помогут усовершенствовать лечение и повысить качество жизни онкологических больных.

Ученые считают, что нужно стремиться защитить от химиопрепарата стволовые клетки головного мозга либо создавать клеточный резерв до начала лечения. Это поможет сохранить клетки, которые отвечают за познавательные способности и настроение.

Врачи Европейской клиники проведут правильную подготовку к курсу химиотерапии, назначат поддерживающее лечение, которое поможет перенести введения химиопрепаратов максимально комфортно. Мы знаем, как купировать мучительные симптомы, которые в противном случае могли бы заставить снизить дозы, сократить или вовсе прекратить противоопухолевое лечение. Мы знаем, как помочь.

Рак от депрессии? Возможно, все наоборот

Оказалось, что опухоли вызывают распространение особых молекул — цитокинов. Проникая в мозг, они вызывают подавленность

На прошлой неделе в престижном журнале PNAS вышла статья, которую я воспринял как торжество материализма. Вызывая у крыс опухоли молочной железы, группа исследователей из University of Chicago впервые смогла проследить, как молекулы так называемых цитокинов разлетаются с кровотоком от опухоли по всему организму и, главное, проникают в мозг и влияют на деятельность эмоциональных центров (зверьки делались подавленными, скучными, малообщительными).

Цитокины — это сигнальные молекулы, говорящие организму о воспалении (при раке воспаление также играет важную роль). Прошлые эксперименты с цитокинами уже показали, что они вызывают депрессию — когда высвобождаются в борьбе организма против острой бактериальной инфекции. В настоящей работе авторы удачно сложили вместе кусочки мозаики и доказали сквозную связь: рак — цитокины — депрессия. В переписке ученые напомнили мне, что при разных хронических воспалительных процессах у людей нередко портится характер, — теперь стоит подозревать все те же цитокины.

Надо сказать, меня всегда огорчают факты, которые не поддаются материалистической интерпретации. Среди них — твердо доказанная статистическая связь между депрессией и раком. Всю дорогу, чуть ли не с довоенных времен, в результатах многих массовых исследований депрессия занимала почетное место среди причин рака, наряду с генами, радиацией и некоторыми ядами. Вот и Катерина Мурашова пишет в недавней колонке о женщине, которая, избавившись от тоски по мужу, быстро пошла на поправку после рака.

Я никогда не мог понять: как же можно представить себе механику этой связи? Как могут психические процессы вести к формированию опухоли в молочной железе?

А вот если, наоборот, опухоль вызывает депрессию — в этом есть что-то замечательно материальное, как в сериале «Доктор Хаус»: уберите глистов — и наладится координация движений. Как знать, не ранние ли, скрытые стадии развития опухоли делали пациентку Екатерины особенно подверженной печали?

Почти дописав это сообщение, я получил ответ от первого автора статьи, Dr. Leah Pyter. Рассчитывая на сильную цитату в поддержку моего взгляда на вещи, я написал ей: «Ну все — теперь понятно, что нам годами врали про причину и следствие!»

К моему разочарованию, исследователь ответила: «Возможно, в организме происходят оба процесса: депрессия от рака и рак от депрессии. Наше открытие дает сильные подтверждения первого, но мы очень заинтересованы в изучении и второго».

Я снова стал думать, как можно представить себе материальную базу для такого взаимодействия. Вспомнилось, что счастье и несчастье имеют в основе молекулярные механизмы, сложные игры нейротрансмиттеров, о которых мы узнаем все больше и больше. Наверное, это предмет для отдельного разговора, но я очень прошу: давайте вести его в терминах доказуемого! А то я опять потеряю опору и покой.

Как я борюсь с раком груди

Октябрь — месяц борьбы с раком молочной железы. Мы уже рассказывали, что следует знать об этом заболевании и какие методы диагностики и профилактики самые действенные. Теперь мы решили обратиться к личному опыту и поговорили с Ириной Танаевой, которой два с половиной года назад диагностировали рак молочной железы. Ирина рассказала о том, как болезнь изменила её жизнь, о борьбе и о том, что помогает ей сохранять оптимистичный настрой. Редакция благодарит проект «Крути против рака груди» за помощь в подготовке материала.

В октябре 2013 года я неожиданно нащупала у себя в груди довольно большое уплотнение, которое появилось как будто мгновенно. Оно меня не беспокоило, не болело, но я всё равно пошла к врачу. В платной клинике, где я наблюдалась, меня осмотрела маммолог-онколог — повода не доверять ей не было. Мне сделали УЗИ, и врач сказала, что это фиброаденома. Я попросила сделать пункцию, но доктор отказала: мол, ничего страшного нет и я могу спать спокойно до следующего визита. Я всегда доверяла специалистам, мне и в голову не приходило сходить куда-то ещё, усомниться, перепроверить. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что очень халатно отнеслась к своему здоровью и к самой себе. Я не думала о плохом: раз врач так сказала, значит, всё хорошо.

На следующий осмотр я должна была прийти через три месяца. Я продолжала жить в прежнем режиме, абсолютно не сомневаясь в том, что здорова. Мы с семьёй поехали на море — это был долгожданный отдых в замечательном месте. Именно там я почувствовала боли в области груди — резкие, простреливающие — меня это сильно насторожило и напугало. С того момента эти ощущения стали регулярными. Вернувшись в Москву, я снова обратилась к врачу, но уже в специализированный маммологический центр.

Прошло уже два с половиной года, а мне до сих пор невыносимо вспоминать. 16 февраля 2014 года навсегда останется в моей памяти днём, который изменил всё в моей жизни. Тогда мне только исполнился 31 год, в кабинет врача пригласили не только меня, но и мужа — я тогда ещё не понимала, почему. «У вас, с большой вероятностью, рак», — сказал врач. Больше я ничего не слышала, в моей голове только звучали слова: «Рак — смерть, я умираю». Я очень сильно плакала, ничего не понимала, думала, как же я оставлю шестилетнего сына. Это были тяжелейшие минуты, нет слов, чтобы их описать: шок, отчаяние, ужас, страх — всё это разом, в одно мгновение навалилось на меня, и что с этим делать, я тогда не знала.

Смотрите так же:  Первая стадия стресса тревога

Сложно было всё — но если физическую боль можно было перетерпеть, то со своим психологическим состоянием приходилось серьёзно работать

Мы вышли из больницы и поймали такси, ехали почти молча — я плакала, а муж прижимал меня к себе. Дома нас ждали сынок и моя мама. Я не знала, что ей сказать, поэтому зашла домой и спокойно, без слёз, объявила, что у меня рак. В ответ я услышала уверенное: «Вылечим». Мама выстояла, сдержалась и никогда при мне не плакала. Я знаю, как сильно она переживает, но со мной никаких разговоров о болезни никогда не ведёт. Как отреагировал папа, я не знаю — меня оградили от всего этого, со мной не сюсюкались, не жалели, мы все продолжали жить, как и прежде. По крайней мере, старались так жить, но болезнь внесла много изменений в наши планы.

Мы стали искать хороших врачей. Тех, кому мы в итоге доверились, мы нашли не сразу, но я счастлива, что это произошло. Первым, к кому я попала на приём, был хирург-онколог Евгений Алексеевич Трошенков, работающий в Московском научно-исследовательском онкологическом институте имени П. А. Герцена. Уже через пару минут общения я поняла, что это мой врач. Евгений Алексеевич очень подробно всё рассказал, показал, осмотрел, а самое главное — успокоил меня, вселил надежду и уверенность в хорошем результате лечения. Выходя из кабинета, он сказал: «Вылечим, обязательно вылечим!» Эти слова следующие полтора года я повторяла, как «Отче наш». Мы с мужем ушли от него с улыбками на лицах, оба в один голос сказали: «Это он». Больше я ни о чём не думала: за меня всё решал мой врач, он давал чёткие указания — какие обследования пройти, что и где сделать. Мне уже было не страшно, я больше ни секунды не сомневалась в своей победе. Я набралась терпения и пошла в бой.

Мой диагноз — рак молочной железы Т4N0M0: у меня была опухоль довольно внушительного размера, но лимфоузлы не были задеты, и метастазы тоже не обнаружили. Тип рака — HER2(+++), 3B стадия. Химиотерапию я проходила в Российском онкологическом научном центре имени Н. Н. Блохина; я попала в КИ — клинические исследования, где проверяли эффективность нового препарата по сравнению с другим существующим на рынке. Лечение шло по плану, который наметила мой химиотерапевт. Мне провели восемь курсов химиотерапии: каждый 21 день мне вводили через капельницу препараты, воздействующие на опухолевые клетки. После всех курсов опухоль существенно уменьшилась.

Потом последовала радикальная кожесохранная мастэктомия с одномоментной реконструкцией тканевым экспандером (временным силиконовым имплантом, объём которого может увеличиваться за счёт заполнения его специальным раствором; позднее его заменяют на пожизненный имплант) — мне удалили левую молочную железу и 13 лимфоузлов. Далее была лучевая терапия (воздействие на опухолевые клетки ионизирующим излучением), и через полгода после мастэктомии мне сделали восстановительную пластику груди. Год после химиотерапии я получала таргетный препарат, который блокирует рост и распространение злокачественных клеток, а также применяется в профилактических целях для предупреждения рецидива.

Сложно было всё — но если физическую боль можно было перетерпеть, то со своим психологическим состоянием приходилось серьёзно работать. Я себя уговаривала, иногда жалела, плакала — делала всё, чтобы моё подавленное состояние не переходило на других. Моя болезнь практически не отражалась на моих родных и близких. Я продолжала жить, как и прежде, усиленно занималась с ребёнком, готовила его к школе. Всегда улыбалась, всегда была позитивна, порой сама утешала родных, ведь им тоже было несладко. Боль от лечения невозможно передать словами — это было очень страшно, очень тяжело, порой мне казалось, что я нахожусь на пределе своих возможностей. Я не знаю, что было тяжелее, — химиотерапия или лучевая терапия: и то и другое я переносила крайне плохо.

Легче всего мне дались две операции — на фоне химиотерапии и лучевой терапии боль от них казалась мне укусами комара. Я очень просила убрать обе груди — я желала избавиться от них, чтобы не осталось ни следа от рака. Я очень благодарна своему хирургу: он не хотел ничего слышать о полном удалении, сказал, что я молодая и что мне ещё жить дальше. Евгений Алексеевич пообещал, что сделает всё как надо, и попросил меня ни о чём не переживать — больше вопросов я не задавала. Сейчас у меня замечательная грудь, очень красивая, очень мне идёт — тем более что бонусом ко всему стало увеличение груди, о котором я сама попросила врача. Моё восприятие себя очень изменилось: я перестала видеть в себе одни недостатки, научилась воспринимать себя адекватно, не обижаться на себя, не ждать, а делать всё сейчас — ведь завтра наступит новый день и придут новые желания. Я полюбила себя — может, не до конца, но я полюбила свое тело, свою новую грудь, шрамы. Мне всё сейчас в себе нравится, несмотря на набранный вес, болезненный вид, отсутствие волос. Я люблю себя, и точка.

Сейчас я даю себе ровно пять минут на то, чтобы поплакать и пожалеть себя, — больше нет ни времени, ни желания

Во время лечения в 2014 году мне очень не хватало общения с такими же, как я. Мои родные не могли до конца понять глубину моих переживаний, интернет я принципиально не читала и как будто находилась в информационном вакууме. Однажды, в тяжёлой депрессии, я выставила в социальных сетях свою фотографию с лысой головой и написала: «Порой рак меняет нас до неузнаваемости». Долгие восемь месяцев я скрывала ото всех свою болезнь, многие даже не догадывались, куда я так внезапно пропала. Конечно, у окружающих был шок, очень многие предпочли перестать мне писать и общаться, но это их право и их выбор.

После этого на своей странице в инстаграме я начала вести онкодневник: рассказывала, что со мной происходит, как проходит лечение. Постепенно я стала находить таких же, как и я, девушек и молодых людей с онкологией. Мы поддерживали друг друга, давали советы, узнавали что-то новое о лечении. Я всегда была очень добрым человеком, мне всегда хотелось помогать, а тут я вдруг нашла применение своему большому доброму сердцу. Я действительно искренне сопереживаю всем, кто столкнулся с онкологией, отношусь к ним с большим уважением, любовью. Они для меня все герои, бойцы, победители.

Всё началось с малого. Сначала я придумала хэштег #берегисьмыбанда, благодаря которому люди с онкологией начали общаться и знакомиться. Потом стала устраивать небольшие встречи. В октябре 2015 года каждый день на своей странице в инстаграме я публиковала истории женщин с раком молочной железы. Благодаря этой моей затее очень многие поняли, что они не одни, — нас много, и что даже с таким диагнозом можно полноценно жить и радоваться каждому дню. Назвала я свою акцию #проект_Хорошиелюди. Аня Якунина так же, как и другие девушки, прислала мне свою историю — тогда меня поразили её смелость и жизнелюбие. Уже вдвоём мы начали устраивать небольшие мероприятия, мастер-классы и просто посиделки в кафе. Это были тёплые, душевные встречи, после них очень хотелось жить. Многие после общения с нами перестали стесняться своей болезни, внешности, стали открыто говорить о себе, смело ходить лысыми, не боясь косых взглядов. Многие, глядя на нас, стали понимать, что рак — это не конец жизни, а всего лишь её этап, который можно пройти.

Автореферат и диссертация по медицине (14.00.18) на тему: Особенности клиники и подходов к лечению тревожно-депрессивных расстройств у женщин, больных раком молочной железы, перенесших мастэктомию

Автореферат диссертации по медицине на тему Особенности клиники и подходов к лечению тревожно-депрессивных расстройств у женщин, больных раком молочной железы, перенесших мастэктомию

На правах рукописи

МЖЦУК Юлия Евгеньевна

ОСОБЕННОСТИ КЛИНИКИ И ПОДХОДОВ К ЛЕЧЕНИЮ ТРЕВОЖНО-ДЕПРЕССИВНЫХ РАССТРОЙСТВ У ЖЕНЩИН, БОЛЬНЫХ РАКОМ МОЛОЧНОЙ ЖЕЛЕЗЫ, ПЕРЕНЕСШИХ МАСТЭКТОМИЮ

14.00Л 8 — «Психиатрия»

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских науж

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Воронежская государственная медицинская академия имени Н.Н.Бурденко Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию»

Доктор медицинских наук, профессор ШИРЯЕВ Олег Юрьевич

Доктор медицинских наук, профессор Малыгин Владимир Леонидович, ГОУ ВПО «Московский государственный медико- стоматологический университет» Росздрава

Доктор медицинских наук, профессор Харитонова Наталья Константиновна, ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии имени В.П.Сербского» Росздрава

Московский научно- исследовательский институт психиатрии МЗ РФ

Защита состоится /¿Уии’Л’ 2002 года в часов на заседании диссертационного Совета Д 208.041.05 при ГОУ ВПО «Московский государственный медико-стоматологический университет Росздрава» по адресу: 115419, г. Москва, 1-й Донской проезд, д.43, корп.5

Почтовый адрес: 127473, г.Москва, ул. Делегатская, 20\1

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного медико-стоматологического университета (127206, Москва, ул. Вучетича, д. 10а).

Смотрите так же:  Сосудистая деменция смерть

Автореферат разослан ^_200 ^года

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат медицинских наук, доцент

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

В настоящее время в мире ежегодно от злокачественных опухолей умирает 7 млн человек (Верткин А.Л и соавт., 2003) В том числе, рак молочной железы (РМЖ) с 1996 г занимает в структуре заболеваемости злокачественными новообразованиями женского населения России первое место по распространенности и второе по смертности. Отмечается неуклонный рост заболеваемости данной опухолью (ежегодный прирост 4-7%) Среди больных РМЖ почти 60% составляют женщины трудоспособного возраста, что задает повышенный уровень требований к их реабилитации (Евтягин В В и соавт, 2006) Галиуллина СД (2000), Касимова ЛН.и соавт (2007) подчеркивают, что у больных РМЖ наиболее частыми психическими расстройствами являются тревожно- депрессивные состояния, а у 25% женщин, перенесших мастэктомию по поводу РМЖ, отмечаются клинические признаки большого депрессивного эпизода

Имеющиеся в литературе описания тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, и их диагностическая квалификация неоднозначны Менделевич В Д (2001) говорит об изменениях личности в связи с хроническим заболеванием, Гиндикин В Я (2000)- о депрессиях в рамках расстройств адаптации и ятрогенных депрессиях, Бартош Л К и соавт (2006)- о расстройстве адаптации с тревожно- депрессивными симптомами, Евтягин В В и соавт (2006)- о соматогенных депрессиях в рамках «постмастэктомического синдрома». Представляется перспективным разработать клиническую типологию тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, выделить их варианты, различные по этиологии, динамике и требующие дифференцированных подходов к терапии

В существующей литературе нет единого мнения о наиболее оптимальных методах терапии тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ Основными подходами выступают психофармакотерапиД, и

психотерапия. Рациональная психотерапия показана больным РМЖ на всех этапах лечения (Карвасарский Б.Д., 2000). Психофармакотерапия тревожно-депрессивных расстройств в клинике РМЖ изучена значительно меньше Наиболее обоснованным представляется использование антидепрессантов, однако, их эффективность у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, оценивается неоднозначно- одни авторы (Савин А.А и соавт., 2006) считают ее достаточной, другие же (Мишин ЮБ., 1988, 1989, N. et а1., 2007) не обнаруживают влияния терапии тимоаналептиками на качество жизни больных и отмечают частые отказы больных от данного вида терапии. Возможно, что неоднозначная оценка эффективности антидепрессантов при тревожно-депрессивных расстройствах у больных РМЖ связана с клинической гетерогенностью данных расстройств

Одним из современных антидепрессантов для лечения тревожно-депрессивных проявлений, сопутствующих хроническим соматическим заболеваниям, является азафен (МНН: пипофезин). Работ по применению азафена в терапии тревожно- депрессивных расстройств в онкологии в доступной литературе мы не обнаружили

Таким образом, можно выделить ряд аспектов клиники и терапии тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, требующих дальнейшего изучения.

Исходя из вышесказанного, целью диссертационного исследования была разработка клинической типологии тревожно- депрессивных расстройств у больных раком молочной железы, перенесших мастэктомию, которая позволила бы обосновать дифференцированный подход к их терапии.

Для достижения намеченной цели были поставлены следующие задачи.

1. Исследовать особенности клинических проявлений тревожно-депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэткомию, и выделить их основные варианты

2. Проанализировать взаимосвязи показателей выраженности симптомов тревоги и депрессии, структуры внутренней картины болезни, личностно-

обусловленных форм реагирования и уровня качества жизни при различных клинических вариантах тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию.

3 Изучить динамику показателей выраженности симптомов тревоги и депрессии, структуры внутренней картины болезни, личностно- обусловленных форм реагирования и уровня качества жизни при различных клинических вариантах тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, на фоне различных методов лечения (рациональная психотерапия, сочетание рациональной психотерапии с психофармакотерапией).

Основные положения, выносимые на защиту

1. У больных РМЖ, перенесших мастэктомию, наблюдаются тревожно- депрессивные расстройства различной нозологической принадлежности, различающиеся между собой по клинической динамике и степени выраженности симптомов тревоги и симптомов депрессии

2. При различных нозологических вариантах тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, выявляются взаимосвязи показателей выраженности симптомов тревоги и депрессии, структуры внутренней картины болезни, личностно- обусловленных форм реагирования и уровня качества жизни, имеющие различную силу и направленность

3 Различные по нозологической принадлежности тревожно-депрессивные расстройства у больных раком молочной железы, перенесших мастэктомию, по- разному отвечают на различные варианты лечения (рациональная психотерапия, рациональная психотерапия + психофармакотерапия), что требует учета клинической гетерогенности тревожно- депрессивных расстройств при разработке реабилитационных программ для данной категории больных

Личный вклад автора в выполнение данной работы

Автор лично провела клинико- психопатологическое обследование 94 пациенток В ходе исследования самостоятельно провела 351 оценку по стандартизированной рейтинговой шкале депрессии Гамильтона, 351 оценку по стандартизированной рейтинговой шкале тревоги Гамильтона, провела и обработала результаты 178 психологических исследований с использованием опросников ТОБОЛ и FPI, обработала результаты 351 опросника качества жизни SF- 36. Проводила с 94 пациентками сеансы рациональной психотерапии в индивидуальном формате (всего проведено 470 сеансов) Научная новизна

1 Впервые описаны различные по этиологии и клинической картине варианты тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию

2 Впервые продемонстрировано, что выраженность тревожно-депрессивной симптоматики при различных клинических вариантах тревожно-депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, по-разному влияет на личностно- обусловленные формы реагирования, структуру внутренней картины болезни и уровень качества жизни

3. Впервые продемонстрировано, что различные клинические варианты тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, отличаются по выраженности ответа на терапию антидепрессантами и психотерапевтическое вмешательство

Практическая значимость 1. Продемонстрировано, что тревожно- депрессивные расстройства существенно снижают качество жизни больных РМЖ на отдаленных этапах

2. Показана необходимость дифференцированного подхода к реабилитации больных РМЖ, в зависимости от клинических особенностей наблюдающихся у них тревожно- депрессивных расстройств

Ъ. Выработаны практические рекомендации по применению эффективного, безопасного, экономически доступного антидепрессивного средства в комплексной реабилитации больных РМЖ.

Апробация и внедрение работы

Основные положения и результаты были представлены в виде докладов на 20м конгрессе Европейского колледжа нейропсихофармакологии (Вена, 2007), I Всероссийской конференции молодых ученых, организованной Воронежской государственной медицинской академией имени Н Н Бурденко и Курским государственным медицинским университетом (Воронеж, 2007), межрегиональных научно- практических конференциях молодых ученых «Современные направления теоретической и практической медицины» (Воронеж, 2005, 2006), межрегиональной научно-практической конференции «Актуальные вопросы психиатрии, наркологии и медицинской психологии» (Воронеж, 2007)

Результаты исследования внедрены в учебный процесс кафедры фармакологии ВГМА имени Н.Н Бурденко, в лечебный процесс профильных подразделений ГУЗ «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер»

По результатам диссертации опубликовано 13 научных работ, из них 1в рекомендованном ведущем рецензируемом научном журнале ВАК, 1- в международном издании

Структура и объем диссертации

Диссертация изложена на 173 страницах машинописного текста. Состоит из введения, литературного обзора, характеристики обследованных больных и применявшихся методов исследования, трех глав собственных результатов, заключения, выводов, практических рекомендаций, списка использованной литературы В диссертации содержится 11 таблиц и 25 рисунков Библиография включает 125 источников отечественной литературы и 51 — зарубежной литературы. /

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ Общая характеристика клинических наблюдений

В исследование было включено 94 пациентки с диагнозом «рак молочной железы» (МКБ- 10. С50.х) в возрасте от 35 до 62 лет, перенесшие мастэктомию и поступившие в химиотерапевтическое отделение ГУЗ «Воронежский областной клинический онкологический диспансер» для прохождения планового курса химиотерапии.

Для изучения различных подходов к терапии тревожно- депрессивных расстройств больные с использованием таблицы случайных чисел были рандомизированы в 2 однородные группы:

1 Пациенткам первой группы (п=43, средний возраст 45,62±3,86 лет) проводились только сеансы рациональной психотерапии с частотой 2 раза в неделю на протяжении 60 дней

2 Пациенткам второй группы (п=51, средний возраст 48,46±3,27 лет) проводились сеансы рациональной психотерапии с частотой 2 раза в неделю в сочетании с психофармакотерапией азафеном Азафен назначался в дозе 50 мг/сут в 2 приема (время приема определялось индивидуально) в течение 60 дней

При рандомизации больных учитывалась нозологическая принадлежность наблюдавшихся у них тревожно- депрессивных расстройств, так что группы были сопоставимы по возрасту больных, нозологической структуре, выраженности симптомов тревоги и депрессии, базальному уровню показателей экспериментально- психологических методик и показателей качества жизни

Учитывая современные принципы противорецидивной терапии депрессий (Смулевич А.Б., 2003), больным второй группы в случае удовлетворительного ответа на терапию после окончания исследования было рекомендовано продолжить терапию азафеном в дозе 25 мг\сут в 1 прием на протяжении еще 4 месяцев, так чтобы общий срок терапии составлял не менее 6 месяцев В последующем у больных со смешанной тревожной и депрессивной

реакцией, обусловленной расстройством адаптации, препарат мог быть одномоментно отменен, а у больных с другими клиническими вариантами тревожно- депрессивных расстройств вопрос об отмене препарата решался индивидуально с учетом всей совокупности имеющихся данных

Материалы и методы исследования

Выбор методов исследования соответствовал поставленным задачам и позволял оценить исходное психическое состояние пациенток с РМЖ, перенесших мастэктомию, их индивидуально- психологические особенности, уровень качества жизни, выделить клинические варианты тревожно-депрессивных расстройств, оценить динамику психического состояния, индивидуально- психологических особенностей, показателей уровня качества жизни на фоне различных методов лечения тревожно- депрессивных расстройств (рациональная психотерапия, сочетание рациональной психотерапии и терапии азафеном).

Программа исследования включала клинико- психопатологический метод, экспериментально- психологические методики, методику оценки уровня качества жизни.

Клинико- психопатологическое исследование было ведущим методом оценки психического состояния больных и его динамики, исходя из которого трактовались результаты экспериментально- психологических методик и методики оценки уровня качества жизни. У больных выявлялись жалобы на психическое состояние с использованием как свободного интервью, так и целенаправленного расспроса, оценивался психический статус, а также подробно изучался анамнез жизни, особое внимание уделялось преморбидным характерологическим особенностям, отношениям в семье, особенностям реагирования на ранее перенесенные стрессовые ситуации. Данные субъективного анамнеза сопоставлялись со сведениями со слов близких родственников. Оценка выраженности симптомов тревоги и симптомов депрессии проводилась с использованием стандартизированных рейтинговых шкал тревоги (НАЯБ) и депрессии (ШЖБ) Гамильтона. Личностно-

обусловленные формы регагирования пациенток изучались с использованием опросника FPI (Freiburg Personal Inventory). Структура внутренней картины болезни изучалась с помощью опросника типов отношения к болезни ТОБОЛ (синоним- ЛОБИ) Оценка показателей уровня качества жизни проводилась с использованием опросника SF- 36 (Short Form 36 Health Quality Survey) в адаптации Межнационального Центра исследования качества жизни (г. Санкт-Петербург)

Смотрите так же:  Стрессы в организациях

Статистическая обработка полученных данных осуществлялась с помощью пакета статистических программ STATISTICS 6 0 Определялись параметры вариационного ряда; достоверность различий между показателями оценивалась с применением параметрического критерия Стьюдента или непараметрического критерия Вилкоксона, в зависимости от характера показателей. Для изучения взаимосвязей между показателями использовался непараметрический коэффициент корреляции Кендалла

Всем больным до начала исследования были в доступной форме разъяснены его цели, задачи и содержание, потенциальные риски и выгоды участия, после чего пациентки давали информированное согласие На первом этапе проводились кяинико- психопатологическое исследование, оценка выраженности симптомов тревоги и депрессии, определение показателей личностно- обусловленных форм реагирования, определение показателей структуры внутренней картины болезни, определение показателей уровня качества жизни. На втором этапе проводилась рандомизация, после чего кяинико- психопатологическое исследование, оценка выраженности симптомов тревоги и депрессии, определение показателей уровня качества жизни повторно проводились на 15й (Д15), ЗОй (ДЗО) и 60й (Д60) дни исследования, а определение показателей личностно- обусловленных форм реагирования и определение показателей структуры внутренней картины болезни — на 60й (Д60) день исследования

В третьей главе представлены результаты исследования клинической картины тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, и результаты оценки выраженности симптомов тревоги и депрессии с использованием стандартизированных шкал НАЕ-Б и ШЖБ до начала терапии.

Установлено, что у больных РМЖ, перенесших мастэктомию, наблюдаются тревожно- депрессивные расстройства различной нозологической принадлежности- психогенные (смешанная тревожная и депрессивная реакция, обусловленная расстройством адаптации), соматогенные (непсихотическое смешанное тревожное и депрессивное расстройство органической этиологии) и состояния смешанного генеза (смешанное тревожное и депрессивное расстройство). Распространенность данных расстройств у обследованных больных РМЖ отражена на рис. 1.

□ Смешанная тревожная и депрессивная реакция,обусловленная расстройством адаптации

43 А В Смешанное тревожное и депрессивное расстройство

а Непсихотическое смешанное тревожное и депрессивное расстройство органической этиологии

Рис. 1. Распространенность отдельных клинических вариантов тревожно- депрессивных расстройств у больных РМЖ, перенесших мастэктомию.

Установлено, что у 81% больных РМЖ, перенесших мастэктомию, наблюдается умеренная и выраженная симптоматика депрессии, а у 93%-умеренная и выраженная симптоматика тревоги. Результаты соответствующих оценок по шкалам ШЖ8 и НАЯЯ отражены на рис.2 и рис. 3.

Суммарный балл HDRS

Рис. 2. Распределение обследованных больных по выраженности симптомов депрессии.

Депрессия при раке молочной железы

Как преодолеть депрессию при раке? Сегодня этот вопрос актуальный для тысяч людей больных онкологией.

Понимая важность этой темы мы публикуем интервью Светозара Богатырёва и психотерапевта Юрия Титоренко.

Светозар Богатырёв: скажите пожалуйста, для онкологических пациентов имеет очень важное значение преодоление стресса и того, что формирует депрессию или депрессивного комплекса.

Каким образом человеку, который только что получил известие о своём диагнозе можно преодолеть сильнейший стресс и депрессию и защитить свою психику от разрушительного влияния?

Юрий Титоренко: в действительности уберечься от этого стресса практически невозможно. Нужно смотреть правде в глаза и здесь нет какого-то абсолютного способа, с помощью которого можно было бы свободно это пройти.

С лёгкостью пройти такое сообщение, которое грозит практически гибелью невозможно.

В действительности всегда нужно иметь предварительную подготовленность к подобным вещам.

Не может быть такого, чтобы ты с лёгкостью преодолеть что-то, что уже накопилось доверху.

Ведь то, что человек заболел онкологией и получил такой диагноз, этому предшествовало огромное количество тех же самых стрессов. Не зря современные линии медицины основополагаются на принципах, что причине любой болезни лежит индивидуальный вариант какого-то шока или стресса, цепочки накопившихся однотипных стрессов.

Например, если говорить о новой германской медицине, где всё это отслежено на томографе — мы видим вместе с онкологией привязку в виде кольцеобразных показателей на томограмме.

Это говорит о том, что напряжена определённая часть ума, определённая часть мозга и был какой то шок.

Так вот, если добавляется ещё шок от диагноза, то преодолеть это легко нельзя.

В действительности нужно сделать что то до того, как вам сообщат диагноз рак. Тогда вполне вероятно, что вы его не получите вообще. Нужно занимать преодолением депрессии до онкологии, а не после.

Да, при получении такого диагноза, человек впадает в отчаяние буквально, а зачастую просто панику. Он не знает, что делать, он готовится к худшему. А если он начинает готовится к худшему, то соответственно ещё до настраивает на худший исход. Затем, как правило, он начинает приходить в себя, начинает искать способы как с этим диагнозом бороться, как побороть рак. Но в первый момент, как правило, первые дни или недели человек раздумывает только лишь о том, как он будет расставаться с тем, что есть в его жизни.

Светозар Богатырёв: да, я могу подтвердить это из собственного опыта — абсолютно точное описание.

Юрий Титоренко: если же это уже произошло и вам поставили диагноз рак, то я не могу назвать вам никакого другого метода, кроме как тут же на следующий день прийти, сесть в кресло и получить услугу, которая даст возможность совершенно спокойно взглянуть на эту катастрофическую проблему.

То есть, одно дело в панике метаться и искать как можно быстрее какой то выход, а другое дело с ясным умом и чистой головой спокойно сесть и правильно распределить свои средства, силы и направление куда будут направлены эти силы и средства. Потому что в этот момент человек как правило аккумулирует все свои накопления и резервы, для того чтобы решить проблему.

И часто в этом состоянии паники он совершает совершенно глупые поступки — покупается на какие то обещания о быстром излечении, продаёт квартиру, машину и оказывается в конце концов с диагнозом онкология и без средств к лечению и существованию.

Существует огромное количество методов, но в этот момент очень важно быть с трезвой головой.

Я не могу дать совет — вы сядьте и помедитируйте или сделайте афирмацию перед зеркалом, потому что не будет всё здорово. Надо настроить себя поверх этого шока, то есть закатать новую программу поверх того, что душа разрывается от боли и кошмара, но это просто не возможно.

Поэтому в этом случае нужно поступать просто, как в случае, когда у вас болит зуб — вы идёте к стоматологу.

Если у вас в душе кошмар и ужас, то сделайте двух часовую сессию у психотерапевта и вы будете смотреть на эту ситуацию совершенно спокойно как на задачу, которую нужно с ясным умом решать.

Светозар Богатырёв: то что вы сказали, я в полной мере прочувствовал на себе — когда был раздавлен диагнозом рак, то не смотря на то, что я являюсь врачом психотерапевтом, сначала я не мог найти в себе точку опоры и силы выйти из этой ситуации. И я сто процентов согласен, что если бы на этот момент был доступен специалист психотерапевт, то мне не нужно было бы находиться почти три месяца в состоянии депрессии.

Я хорошо понимаю почему в западных протоколах онкопсихотерапевт является самым первым врачом, к которому попадает человек, получивший диагноз рак. Этот специалист помогает преодолеть первую депрессию при раке.

Хочется более подробнее поговорить о депрессии при раке.

Когда человек попадает в такую ситуацию, то человек закономерно попадает в депрессию, например в скрытую или другую — существует очень много форм депрессии. Вот что делать на практике с этим?

Юрий Титоренко: давайте сначала посмотрим на то, что такое депрессия — не как на то, что пишут в учебниках, а как на то, что есть на самом деле.

Депрессия при раке

Смотрите продолжение интервью в видео ниже:

Другие статьи

  • Сколько часов должен спать ребенок в 10 лет Сколько ребенку нужно спать? Нормы сна ребенка меняются в зависимости от возраста: На первой-второй неделе жизни новорожденному необходимо спать 16,5 часов в сутки. При этом, днем ему важно спать не менее четырех раз. С одного до трех месяцев норма сна малыша — […]
  • Диагностика развития ребенка 4-5 лет Диагностика развития ребенка 4-5 лет Диагностика развития для детей в возрасте от 3 до 5 лет. 1. Познавательная сфера. Задания с кубиками. Задания с соотнесением предметов. Задания с карточками. 1. Покажите ребенку набор карточек с изображением […]
  • Ночной энурез у ребенка 4 года лечение Детский энурез причины и лечение Каковы причины энуреза у детей? Конечно, среди них есть психологические и физиологические. О формах недержания и о том, как лечить детей с частым мочеиспусканием вас проконсультируют в Реацентре. Приблизительно к концу третьего-началу […]
  • Симптомы болезни ветрянки у детей Ветряная оспа (ветрянка) Каждый год с 1990 по 1994 г., до того, как появилась вакцина против ветряной оспы, в США регистрировалось около 4 миллионов случаев заболевания. Из этого числа приблизительно 10,000 случаев нуждались в госпитализации и 100 больных […]
  • Обувь для 11 месячного ребёнка Зачем ребенку до года обувь? Зачем ребенку до года обувь? Нужна ли она малышу, который еще только встал на ножки, или это ловкий маркетинговый ход производителей? Проблема детской обуви вызывает интерес у родителей, когда чадо начинает вставать на ножки. Робко […]
  • Развитие фонематического восприятия у детей 4-5 лет с онр Формирование фонематического восприятия анализа и синтеза у дошкольников с ОНР Разделы: Логопедия В настоящее время в связи с Федеральными государственными требованиями необходимо детям с ограниченными возможностями здоровья в речевых группах создать условия для […]