Феномен детского аутизма

Развитие аутизма у ребенка можно предотвратить

За последние несколько десятилетий количество детей с аутизмом выросло настолько, что специалисты говорят о настоящей эпидемии.

Ведущие мировые эксперты, медики, ученые, общественные деятели обсудили проблемы аутизма на III Международной конференции «Аутизм: вызовы и решения», которая прошла в Москве.

Аутизм – заболевание, при котором у детей нарушаются обменные процессы в мозге. В результате задерживается их интеллектуальное и речевое развитие. Аутичный ребенок не может и не хочет налаживать контакт с внешним миром. Он погружается в свой внутренний мир. Окружающие не интересуют его.

Об аутизме впервые заговорили в 1943 году. Именно тогда этот феномен впервые описал профессор, детский психиатр Лео Каннер, который работал в Госпитале Джона Хопкинса в Балтиморе, а спустя год австрийский педиатр и психиатр Ханс Аспергер. Правда, понимание этими учеными аутизма сильно различалось. Для детей, о которых говорил Каннер, были характерны серьезные нарушения в развитии, они плохо говорили, имели неврологические проблемы. А вот дети, которых описал Аспергер, отставали лишь в развитии социальных навыков, но при этом отличались выдающимися интеллектуальными способностями. Позже этот феномен, когда гениальность сочетается с полной неспособностью взаимодействовать с окружающим миром, получил название синдрома Аспергера. Это заболевание также является расстройством аустического спектра.

Эпидемия аутизма

Специалисты говорят о том, что количество детей с аутизмом постоянно растет. Тенденция проявляется даже, если учесть тот факт, что болезнь стали лучше диагностировать. По некоторым данным, за последние 20 лет количество детей с аутизмом выросло в восемь раз.

Как отмечает профессор, научный руководитель МИЦ «Иммункулус» Александр Полетаев, пришло время серьезно отнестись к тому, что кривая частоты встречаемости аутизма растет. «Уже пришло время не только говорить о лечении, но и о том, чтобы всерьез заняться вопросами предотвращения заболевания, только тогда можно подавить эпидемию. Это возможно сделать, исходя из того, что мы уже знаем о причинах развития аутизма», — говорит профессор Полетаев.

В чем причина — ГМО, WI-Fi, ультразвук, плохая среда?

Долгое время существовало глубокое заблуждение, которое, к сожалению, встречается и сейчас, что в развитии болезни виноваты родители, которые неправильно воспитывают своего ребенка.

Аутизм лишь сравнительно недавно стали рассматривать как нарушение развития мозга, которое происходит еще в период нахождения плода в матке.

Почему происходит это нарушение, пока до конца непонятно. Как отмечают медики, существует множество гипотез о причинах развития аутизма, но ни одна из них не доказана. Все больше исследователей сходятся во мнении, что здесь играют роль два фактора – генетика и окружающая среда.

Как родить здорового ребенка

Как считает профессор Полетаев, окружающая среда – все же главный фактор. «Что у нас изменилось за последние 50 лет, когда стал отмечаться рост заболеваемости? В первую очередь — среда. Также изменилось питание, лекарственные препараты, которые мы применяем. Где искать причину развития аутизма, пока точно никто не знает. Но в любом случае – это химия окружающей среды. Поскольку именно она в первую очередь отражается на нашей иммунной системе», — отмечает Александр Полетаев.

Поэтому, говорит профессор Полетаев, независимо от того, какие факторы вызвали аутизм, необходимо проверять женщин фертильного возраста и выяснять, нет ли у них определенных изменений в иммунной системе. «Если делать такое профилактическое обследование, во многом мы решим проблему», — подчеркивает Александр Полетаев.

Как говорит профессор Национального научно-исследовательского центра в Египте Абдель Магид Нагва (Nagwa Abdel Meguid), одна из самых современных гипотез связывает развитие аутизма с нарушением микробиоты кишечника.

Действительно, добавляет профессор Полетаев, в нашем кишечнике живет примерно три килограмма бактерий, которые регулируют многие процессы, производят для нас витамин В12, фолиевую кислоту. Если же нормальная флора кишечника нарушается из-за неправильного питания, приема антибиотиков, это может привести к различным нарушениям работы организма, в том числе и работы нервной системы.

Как говорит директор американского Института исследований аутизма доктор Стивен Эдельсон (Stephen Edelson), одна из гипотез связывает развитие аутизма с употреблением в пищу генно-модифицированных продуктов. «Связь аутизма и ГМО сейчас активно обсуждается. Но исследований на эту тему проводится мало, поскольку правительство неохотно выделяет деньги на подобные темы», — говорит Эдельсон.

Также, по его словам, существуют гипотезы, которые связывают рост заболеваемости со все большим распространением ультразвукового излучения.

«Наконец, существует и такая гипотеза, что здесь может играть роль и Wi-Fi. Правда, пока мы не знаем, как излучение от Wi-Fi действует на организм человека, но пытаемся это понять», — говорит доктор Эдельсон.

Детей с аутизмом можно вернуть к нормальной жизни

Аутизм можно и нужно лечить, отмечают медики. В настоящее время существуют методы, которые позволяют восстановить состояние примерно от 10 до 20% детей с таким диагнозом. При этом речь идет, к сожалению, не об излечении, а о восстановлении: аутичных детей можно вернуть к нормальной обычной жизни, но при этом изменения в головном мозге все же остаются.

Для восстановления важен комплексный подход, который включает лекарственную терапию, сенсорные практики, поведенческую терапию, коррекцию питания, говорит Эдельсон.

Что касается питания, то здесь многие современные исследования, по словам Эдельсона, показывают, что положительный эффект на самочувствие детей с аутизмом оказывает безглютеновая бесказеиновая диета. Есть также много работ, которые показывают пользу витамина В6. В любом случае, говорят врачи, важно правильно питаться, есть здоровую органическую пищу, в которой не содержатся токсичные вещества, пестициды.

Еще один важный момент: поскольку дети с аутизмом часто страдают различными сопутствующими заболеваниями — желудочно-кишечного тракта, иммунной системы, у них часто встречаются проблемы с обменом веществ, астма, аллергия, — очень важно лечение этих заболеваний.

И конечно, подчеркивает доктор Эдельсон, важно поддерживать мыслительную активность ребенка, разговаривать с ним, играть, выполнять задания. Только тогда можно добиться успеха.

Дети с ранним детским аутизмом

Это патологическое состояние, пограничное с детской шизофренией. Аутизм встречается при довольно многих психических расстройствах. Причины аутизма могут быть различными, но всегда наибольшее значение имеет наследственная предрасположенность (средняя частота встречаемости 1:10000 – 4 мальчика и 1 девочка). Ранний детский аутизм может иметь место при умственной отсталости, некоторых формах ДЦП, при врожденных заболеваниях обмена веществ (фенилкетонурия), при сенсорных дефектах. Отдельные проявления аутизма могут сочетаться с некоторыми формами умственной отсталости (синдром Дауна, фенилкетонурия). При раннем детском аутизме отдельные психические функции развиваются замедленно, тогда как другие – патологически ускоренно (неравномерность развития). Так, нередко развитие гнозиса опережает развитие праксиса, тогда как при нормальном развитии происходит наоборот. Не по возрасту развитый словарный запас сочетается с неразвитой коммуникативной функцией речи. Причины аутизма недостаточно ясны, но предположительно они являются наследственными.

По мнению Л. Каннера, описавшего ранний детский аутизм как самостоятельное расстройство, для него характерно сочетание следующих основных симптомов:
а) невозможность устанавливать полноценные отношения с людьми с начала жизни;
б) крайняя отгороженность от внешнего мира с игнорированием средовых раздражителей до тех пор, пока они не становятся болезненными;
в) недостаточность коммуникативного использования речи;
г) отсутствие или недостаточность зрительного контакта;
д) страх изменений в окружающей обстановке («феномен тождества»);
е) непосредственные и отставленные эхолалии («попугайная речь»);
ж) задержка развития «Я»;
з) стереотипные игры с неигровыми предметами;
и) клиническое проявление симптоматики не позднее 2-3 лет.

Своеобразие поведения аутичных детей проявляется с младенчества: они не ищут материнского тепла, ласки, отстраняются от матери, избегают смотреть ей в глаза, избегают тактильного контакта. У них не формируется потребность в общении. Нарушение довербального коммуникативного поведения – важный критерий ранней диагностики. На первом году нарушены жизненно важные функции при отсутствии явных соматических и неврологических расстройств. С первых месяцев жизни могут возникать проблемы с кормлением из-за недостаточной координации сосательных и глотательных движений. Ребенок рано начинает отказываться от груди, затем плохо жует, долго держит пищу во рту, крайне избирателен в еде, отказывается от всех новых видов пищи. Выражены нарушения сна, с большим трудом формируются навыки опрятности.

В играх аутичных детей нет элементов сюжета, замысла. Это стереотипное манипулирование предметами несколько часов в день. Действенная связь устанавливается с предметами, а не людьми. Речь отличается вычурными модуляциями, персервациями, эхолалическими ответами. Речь не используется как средство общения – спонтанные выступления в виде констатаций без всякой связи с данной ситуацией. Аутичные дети разговаривают сами с собой, часто неологизмами. Долгое время говорят о себе во втором или третьем лице. Они не задают вопросов окружающим, сами отвечают односложно, невпопад, безразлично. У значительной части детей речь может отсутствовать (мутизм).

Взгляд аутичных детей блуждает по окружающим предметам, не останавливаясь на каком-либо из них. Дети проявляют бурную негативную реакцию, усиление тревоги и страха на малейшее изменение привычной обстановки, переезд, вторжение в привычные занятия посторонних; годами могут играть в одну и ту же игру. Поведение аутичных детей может исчерпываться аутостимуляцией – мычанием, щелканьем языком, открыванием и закрыванием двери, верчением предмета в руках, потряхиванием им. Активность аутичных детей характеризуется большим количеством двигательных стереотипий, например, они могут бегать по кругу на цыпочках, нашептывать, выкрикивать отдельные слова или звукосочетания, совершать движения пальцами рук около наружных углов глаз. Двигательная активность носит однообразный нецеленаправленный характер, при этом двигательное беспокойство чередуется с периодами заторможенности, застывания в одной позе.

Смотрите так же:  1 стадия шизофрении

Привязанность к матери носит симбиотический характер. Дети могут остро реагировать на отсутствие матери в течение нескольких дней мутизмом, энурезом, усилением двигательных стереотипий. Но мать является для аутичных детей лишь частью их жизненного стереотипа, ее присутствие лишь гарантирует своевременное исполнение желаний ребенка. Сам ребенок не стремится к тактильному контакту с матерью, не выносит ее ласки, не ищет у нее защиты в тревожной, опасной ситуации, а склонен в этом случае погружаться в аутостимуляцию. Настроение может быть сниженным, даже дисфоричным, могут отмечаться агрессивные вспышки. Для детей с аутизмом свойственны аутистические фантазии: эти фантазии оторваны от реальности, очень стойки и замещают реальные переживания и впечатления. Очень рано появляются страхи, которые становятся фиксированными, стойкими, труднопреодолимыми.

Интеллектуальное развитие протекает неравномерно. Справляясь с заданиями абстрактного характера, ребенок с трудом выполняет такое же по сложности задание с конкретным насыщением: 2+3=? решается легче, чем задача: «У тебя было два яблока, мама дала еще три, сколько стало?». Умственные способности аутичных детей могут быть различными: сохранный, но негармоничный интеллект; умственная отсталость; одаренность. Происходит частичная компенсация – ребенок медленно приобретает новые знания и обогащает словарный запас. Нечастыми являются случаи, когда лица с ранним детским аутизмом, взрослея, успешно заканчивают массовые школы, поступают в вузы и достаточно успешно продвигаются в жизни. Условием интеллектуального прогресса становится правильная и своевременная коррекция аутизма. Более типично сочетание аутизма с органическим поражением головного мозга, что обусловливает умеренную или тяжелую интеллектуальную недостаточность. При этом отдельные интеллектуальные функции могут быть развиты неравномерно. Так, отличные вычислительные способности сочетаются с неспособностью понять смысл простой задачи.

У детей с аутизмом не выявлен первичный дефект. В.В. Лебединскому и О.С. Никольской принадлежит гипотеза о том, что первичным дефектом при раннем детском аутизме является сочетание низкого психического тонуса и повышенной сенсорной и эмоциональной чувствительности. Низкий психический тонус означает, что взаимодействие с окружающим миром ограничено пресыщением, которое наступает так быстро, что аутист выхватывает из окружающего отдельные, не связанные между собой фрагменты. Формирование целостной картины мира становится затрудненным или невозможным. Такой мир непонятен и трудно объясним, он легко становится источником страхов. В сенсорной сфере многие обычные воздействия становятся источниками неприятных ощущений и дискомфорта. Труднопереносимы эмоционально насыщенные явления и объекты – человек, его лицо, взгляд. В такой ситуации аутистический барьер защищает ребенка от испытываемых им трудностей. Т.о. аутизм – вторичное образование и поддается коррекционным воздействиям. Но даже при самой успешной компенсации легкие аутистические черты сохраняются.

Феномен аутизма: услышать, понять, заговорить из пустоты…

Работа с феноменом аутизма «напоминает» хождение по ленте Мебиуса. Именно на этом уровне, в зоне расщепления мы можем увидеть, насколько непросто человеку обрести тело и восприятие как таковое, каких усилий должно быть приложено, чтобы превозмочь собственный аутизм. Именно здесь, в обращении к нулевой стадии образования субъекта, может быть раскрыто понимание феномена формирования симптома, означающих речи и символической функции мышления. Задавая аналитический вопрос об аутизме, отметим, что на самом деле он состоит не в том, как обучать и лечить ребенка-аутиста (чем занимается психиатрия, поведенческая или когнитивная терапия), а в том, как обучаться у ребенка-аутиста тому, чтобы стать партнером для него в его изобретениях, ведущих к социализации и реализации его в мире.

«Мы не просто станем секретарями больного, мы станем понимать то, что он говорит нам» [1, с. 275]. Такое отношение к психотическому феномену обнаружило себя первоначально только в аналитической работе. Аналитический метод – единственный метод, который слушает то, что говорят аутисты. Обычно, именно полагаясь на материнский объект и отношение к Другому, маленький ребенок входит активным образом в мир. Но на этом пути аутистический ребенок наталкивается на препятствие. Опасаясь всего того, что приходит извне, включая язык, он избегает его и конструирует мир, исключительно построенный собственными ресурсами. Такой ребенок производит впечатление оторванного от мира, сосредоточенного на самом себе. Это является способом защиты от той тревоги, которая возникает у ребенка-аутиста при столкновении с другими.

Как происходит именно так? Язык и речь, инстанция буквы. Установление равновесия возможно только на уровне означающего-означаемого. Но как реконструировать всю цепочку текста аутизма в каждом конкретном случае и понять означающий материал? По каким законам функционирует означающее аутиста? Каков материал этой речи? На каком уровне прочитывается смысл? Откуда элементы этой речи заимствуются? Как материалом этой речи является само тело субъекта?

На эти вопросы отвечать непросто, поскольку приходиться «остаться в границах того, что уже было сказано». Язык психотического бытия (тут мы следуем за М. Хайдеггером), как «дом бытия», превращается в «тюрьму бытия», где значения жестко закреплены. Как уловить неологизм в речи психотика и произвести те самые «точки пристежки»? Как становится очевидным отсутствие в психотическом мышлении того самого «как», при котором, в невротическом мышлении, одно значение всегда отсылает к другому? И, в конце концов, «анализ состоит не в том, чтобы найти в конкретном клиническом случае отличительную черту и установить согласно этой черте, почему он поражен немотой, – все дело в том, чтобы он-таки заговорил. Ведь симптом аутичности – это, в первую очередь немота субъекта, предположительно способного говорить» [3, с. 18]. Психотик же не знает языка, на котором говорит. Именно об этом феномене З.Фрейд в работе «Бессознательное» замечает: «Слова понимаются в их прямом значении. Психотический субъект буквально говорит своим я». Обращаясь к аутизму, мы понимаем, что и слово «говорит» здесь заключено в кавычки, поскольку сама речь зачастую отсутствует. Отношение к реальному у психотика – это дыра, разрыв, провал, зияние, которые он пытается «залатать» в языке. Отсутствие инстанции Другого должно быть скрыто языком. Так как базовый язык психотика артикулирует его отношение к собственному телу, скрывая отсутствие символического отношения к телу, к миру в целом и его проявлениям. Как и отсутствие символического отношения к Другому. Отношение к Другому в психотическом мышлении осуществляется на стороне реального, его «отброшенное в символическом возникает в реальном». Отсюда спецификация его проекции в психозе – механизм, благодаря которому «все, что оказалось подвержено отбрасыванию, то есть все, что по отношению к структурирующей субъект общей символической деятельности оказалось снаружи, возвращается к нему извне» [1, с. 64-65].

Одним наиболее распространенных в современном мире феноменов, иллюстрирующих психотическое мышление есть аутизм. Случаи практической работы с детским аутизмом и позволили приблизиться мне к пониманию теоретических размышлений, изложенных выше. Характерными на первом этапе с такими детьми есть работа со «средовыми» объектами: это размещение-заполнение собой различных областей пространства; «вставляние-вынимание, «не помещается», бросание, прятанье»; тактильное исследование среды пребывания, при этом органом восприятия зачастую выступает рот наряду с рукой; непереносимость внезапных резких звуков; невозможность восприятия аналитика как другого. Речь в большинстве случаев напоминает лепет и «выловить» значимое повторение, которое может быть неологизмом, на этом этапе возможно по либидонозному наполнению реакций ребенка. Зачастую, это именно агрессивные реакции, которые выдерживать аналитику бывает очень непросто. Все это происходит при условии создания аналитиком среды безусловного принятия.

Чрезвычайно важным в работе является диагностическое различение. Часто приходится иметь дело с феноменом ребенка, которому был установлен клинический диагноз «аутизм», но в процессе работы я имела дело с аутичными проявлениями. Важно произвести это различение, поскольку «аутизм» как феномен, есть «нулевая фаза» развития, где человек не вошел в мир говорящих людей, не вошел в язык, где не установлена связь с миром через объект, где нет объектов, нет отношений, нет различения. Аутизм в этом смысле есть негативность по отношению ко всему, не установлена даже однозначная связь, следовательно, вместо психоза выбрана невозможность. С этой невозможностью сталкивается и любой человек в зоне своей невозможности, в «зиянии» своего разрыва. Если же связь с миром установлена, это уже не есть «изм», а значит, открыта возможность.

Семилетний ребенок, находящийся в аналитической работе уже более трех лет научил меня видеть и мой аутизм как нулевую фазу, как зону «чистой возможности» со-прикасания с Иным. Когда девочку привели в работу, она совершенно не входила в коммуникацию, ее действия носили разрушающий себя и все вокруг характер, она срывала с себя одежду не имела навыков самообслуживания, в ее языке звучали только обрывки сказки «Коза-дереза», перемежающиеся с перечислением всего, что она «сломала». Я неоднократно представляла этот случай на супервизиях. Главным в работе с ней, что привело к динамике и установлению связей, стала работа с означающими («Колпачек», «Крик», «Домик-звонок», «Бросать», «Плач», «Дядя»….). Моей задачей было создание пространства для изготовления связи с миром и вхождения в язык. Я стала «ее говорящей частью», озвучивая голосом (как отношение-интонацию) и называя словом все предметы и действия, через которые она смогла бы находить себя посредством объектов этого мира. Одной из критических точек работы была потеря М. своего колпачка-соска. Ее крик и невозможность повергли меня в зону моей невозможности. Следующим этапом работы стало нормирование ее агрессии как введение определенного порядка: например, кушать конфеты и печенье, ломать и разбрасывать игрушки можно только последовательно. Я следовала в работе за ней, «достраивая» возможные на этом этапе работы связи. Далее последовал этап, где я показывала ей несовпадение меня с тем, чем я являюсь для нее. Протест, крик. На одной из последних встреч, поле серии таких «несовпадений», девочка попросила фарфоровую статуэтку. Находясь рядом с ней в рассматривании «руками» этой фигурки, я стала «проваливаться» в глубокое «трансовое» состояние, где, вдруг открыв глаза, я обнаружила М., кусающую грудь статуэтки и повторяющую: «Просто ничего не вышло». Другой ситуацией «погружения в аутизм» стал ее вопрос: «Что такое РО-РО-РО?», который она навязчиво повторяла около 20 раз. Так я поняла, что слово не имеет ни значения, ни объекта, и в таких ситуациях стала действовать с ней на уровне голоса, соприсутствия и принятия ее состояния. Еще одним из этапов моего переноса стала ее реакция, напоминающая крик-вой: «Не могу, не могу…». Так ее невозможность, выведенная в речь, повлияла на формирование экзистенциально-трансцендентного отношения к собственной возможности или невозможности аналитика и к возможности со-бытийствования с чужой невозможностью. На сегодняшнем этапе работы ребенок социально адаптирован, учится в 1-м классе общеобразовательной школы, она читает, пишет, рисует, изучает английский. Работа продолжается в регистре построения психотического синтома как способа ее приспособления и реализации в мире. Каждый рез эта работа происходит на грани аутизма и психоза, где мне (которой как «Я» по сути нет!) необходимо каждый раз подхватывать ее малейшую возможность «заговорить из пустоты», из того «ничто», где ее состояния каких-либо уже «пристегнутых» отношений перемежаются с состояниями, о которых она уже может сказать: «Что такое тырмытен? – Это Ро-ро-ро!».

Смотрите так же:  Философия и наука проблемы взаимоотношения

Возможность держания ее разрыва, ее невозможности, перенесено теперь на других клиентов и мои состояния «погружения» носят теперь характер диагностический. Однако, мой тупик, или, скорее проблема – это возникновение речи из «Ничто»; это акт осмысления, вхождения в Логос из интуитивного проживания Иного.

Работа с этим ребенком показала мне, как Другой был не получен ею пользование, как ей встречается чисто воображаемый маленький другой, уплощенный и падший, с которым она не может установить иных отношений кроме как фрустрирующих: этот другой ее отрицает, буквально убивает, этот другой приносит с собой воображаемое отчуждение. Чем являюсь для нее я? Думаю, это функция мерцающего объекта, дающего ей возможность быть через ее тело. Каждая встреча с ней отмечена впечатлением, что она не знает значения слов, которые произносит, но их смысл всегда присутствует в ее теле. Случай этого ребенка, его отношения к телу, к речи, наглядно показывает нам разрыв между воображаемым и символическим, одним из полюсов которого есть аутизм. Другой, очевидно, соотнесен с верой как аналитика и как человека.

  • Лакан Ж. Семинары: Книга III: Психозы. — М: Гнозис – Логос, 1981. – 432 с.
  • Лакан Ж. Семинары: Книга V (1957/1958): Образования бессознательного. – М: Гнозис – Логос, 2002. – 408 с.
  • Лакан Ж. Семинары: Книга ХІ: Четыре основные понятия психоанализа. — М: Гнозис – Логос, 2004. – 304 с.
  • Фрейд З. Бессознательное / Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа: Сборник. СПб., «Алетейя», 1998. / Фрейд З. Бессознательное. С 151 — 193.

В настоящее время человечество лицом к лицу столкнулось с проблемой глобального мирового масштаба, название которой – детский аутизм. В 2007 году ООН приняло решение сделать 2 — е апреля днем распространения информации об аутизме.

С каждым годом детей с таким диагнозом во всех странах мира становится все больше и больше. Печальная статистика говорит о том, что на сегодняшний день РАС (расстройства аутистического спектра) встречаются у каждого 50-го мальчика и каждой 250-й девочки. Особенно много таких деток сейчас появляется на территории США (каждый 88-й ребенок).

Современная медицина признается в своем бессилии перед этим якобы заболеванием и говорит о том, что до сих пор неизвестны конкретные причины появления у детей таких отклонений от стандартов, а также, медицина не имеет никаких медикаментозных средств для разрешения проблемы. Это и понятно, ведь не зная на самом деле механизма образования причин зарождения расстройств аутистического спектра, невозможно найти соответствующих лекарств, а тем более успешных методик адаптации ребенка к социальной жизни.

Ученые психологи и психотерапевты Международного Общественного Движения «АллатРа» смогли найти решение данной проблемы, как в понимании образования этого психического «заболевания», так и в уникальных методиках работы с детками – аутистами. А основой для успешной работы с детским аутизмом стало виденье данной проблемы не в контексте физиологии, а через призму рассмотрения человека как полноценной дуальной конструкции, совмещающей в себе как материальную (мозг и сознание), так и духовные составляющие (личность и Душу).

Итак, в первую очередь, следует разобраться, является ли детский аутизм заболеванием? В современной классической литературе об аутизме говорится следующее: что аутизм — это пожизненное тяжелое заболевание, которое обычно проявляется в течение первых трех лет жизни. Страдающие аутизмом характеризуются чрезмерной самоизоляцией, всепоглощающим пристрастием к однообразию, неспособностью перенять общепринятые способы поведения в обществе, вступать в контакт или общаться с другими людьми естественным и значимым образом. Часто у детей с аутизмом наблюдается задержка речевого развития. Дети с аутизмом, как правило, хорошо сложены физически и очень привлекательны.

Большинство детей с аутизмом абсолютно нормальны внешне, но их поведение разительно отличается от поведения их сверстников. Они могут часами сидеть, уставившись в пространство, не обращать внимания на окружающих, заниматься повторяющимися действиями с предметами без видимой цели (например, крутить что-либо в руках и т.д.). Они часто подвержены неконтролируемым и необъяснимым истерикам. Ребенок, страдающий аутизмом, традиционно описывается, как живущий в стеклянном шаре, или в своем собственном мире.

По этому описанию хорошо видно, что ребенок – аутист, буквально всеми способами «стремится» отстраниться от общества и любого социального взаимодействия, при этом у него очень повышен уровень тревожности и страхов. Но здесь следует особый акцент поставить на том, что в настоящее время уже достаточно много официально работающих взрослых людей с РАС, и большинство из них могут называться не то что бы нормальными, а даже в некоторой степени гениальными, ведь при соответствующем подходе их уровень интеллектуального развития намного выше, чем у обычного человека. Да, действительно, им может быть сложно, особенно поначалу, адаптироваться к социальным навыкам взаимодействия между людьми, но в любой интересующей такого человека узкой специальности ему не будет равных, и хотя бы даже потому, что человек с РАС не будет работать ради денег, он будет заниматься любимым делом, потому, что оно становится его интересом по жизни, его вдохновением. А искренности таким людям точно не занимать, в отличии от большинства.

Из этого возникает вопрос: почему у ребенка -аутиста сигналы от органов чувств, которые поступают в мозг для анализа и обработки, воспринимаются иначе, более интенсивнее и агрессивнее. Действительно, уровень чувствительности таких деток несравненно выше, чем у большинства, это можно легко проследить потому, насколько они чувствительны к звукам, вкусам, предпочтениям в пище, цветовому восприятию и различным другим раздражающим психику факторам. Например, есть обычные люди, которые очень чувствительны к запахам, и для них долгое пребывание, например, в парикмахерской или больнице, становится невыносимым, но они не станут от этого кричать или плакать – это один из простых примеров повышенной чувствительности обоняния, а у аутиста практически все ощущения намного глубже чем у обычного человека, причем из-за непосредственного отношения к социуму, аутисты не станут этого скрывать, отсюда становится понятно почему им так сложно быть на людях, где все светится, кричит, гремит и стукает. И никто не в состоянии принять их откровенного негодования!

Такое глубокое восприятие действительности отражается у аутиста через совсем другие нестандартные «каналы» поступления и обработки информации в мозге. А отсутствие понимания и предугадывания поведения окружающих характеризуется практически отсутствием работы специальных зеркальных нейронов в мозгу, которые отвечают за эмпатию и чувствительность к потребностям окружающих людей. Но и это не является главной причиной появления признаков аутизма. На самом деле все намного проще, и все явные признаки аутизма – это всего лишь следствия основной причины.

Если рассматривать человека, как полноценную энергоинформационную конструкцию (подробности смотрите в книге А. Новых «АллатРа»), то без научной терминологии можно проследить следующее: мозг человека можно представить, как компьютер, сознание – как программное обеспечение, с помощью которого осуществляется анализ всей поступающей в жизнь человека информации, а тот, кто управляет этим процессом, – личность человека! Именно личность использует свое сознание и выбирает каким образом взаимодействовать с социумом, какую уместную реакцию или поведение выбрать в той или иной ситуации, какие навыки развивать, куда направлять свой интеллект.

Сознание ребенка – аутиста настолько чувствительно ко всем проявлениям нашей жизни, что оно буквально остро ощущает человеческий гнев, раздражение, злость, хитрость, подлость, алчность и т.д. Вся психологическая среда общества для него настолько грубая и «громкая», что становится невыносимой. Представьте, вы видите перед собой человека, слышите, что он говорит и как он вам улыбается, но ребенок – аутист видит не только образ, но еще и тонко чувствует все истинные эмоции и побуждения данного человека, которые тот даже тщательно, но пытается скрыть, и так с каждым!

Смотрите так же:  Лечение энкопреза

Мы постоянно находимся в поле «психической» информации, но не чувствуем этого, а воспринимаем все лишь через внешние органы чувств. Обычная для нас игра в общение с окружающим миром, для такого ребенка становится болезненно острой, агрессивной и совершенно невыносимой. Поэтому его личность принимает решение отказаться от использования своего сознания, как инструмента, как для общения с окружающим миром, так и для развития. Поэтому такой ребенок уходит в себя, в свой внутренний мир, который становится для него спасительным оплотом спокойствия в этом круговороте человеческих эмоций, злобы, раздражения и подлости. И все его «ритуалы», привычки в пище, одежде, порядке, даже в постоянном маршруте в садик, становятся для него залогом спокойствия, где он хоть как-то чувствует себя в безопасности. Поэтому такой ребенок отказывается от диалога с обществом, поэтому он не воспринимает даже чужого взгляда, а тем более прикосновения, поэтому он боится всех перемен и протестует от всего нового.

Современные методики адаптации детей – аутистов не решают проблему обособленности такого ребенка и тем более не делают его полноценным членом общества. Эти методики больше похожи на некоторые дрессировки по налаживанию контакта аутиста с социумом. И их цель, надо признать, это всего лишь сделать более-менее удобную для настоящего общества, человеческую единицу и приспособить ее к минимальной социальной жизни.

Ученые Международного Общественного Движения «АллатРа» увидели проблему «повального» появления детей – аутистов намного глубже, чем современные медики и социологи. Они указывают на то, что необходимо пристально, а главное честно посмотреть на ту психоэмоциональную среду, в которой сейчас находится наше общество, все человечество глобально: это наполненный сугубо потребительскими потребностями формат существования, в котором доминируют ложь, страх, предательство, секс, зависть, эгоизм, агрессия, в общем все, что присуще существованию в рамках удовлетворения сугубо животных инстинктов.

В настоящее время, в нас мало чего осталось человеческого, совершено забылись такие понятия, как совесть, дружба, поддержка, бескорыстность, честность – сейчас это не в моде. И появление таких чувствительных детей — это один из прямых показателей того, что человечество потеряло курс жизни на основе морально-нравственных ценностей. Тут каждый может ответить себе на вопрос: «Так кто же на самом деле психически больной – чувствительный ребенок, нежелающий жить в моральном мусоре человечества, или мы – нормальные, которые закрываем на это глаза и продолжаем существовать по законам звериного общества

Даже такое нынешнее положение психоэмоциональной среды в социуме, не мешает работать с детьми – аутистами. Главным здесь является сильнейшая связь ребенка с его матерью и семьей!

Знания о глубинной психологии человека, заложенные в книги А. Новых «АллатРа», с легкостью выводят решение проблемы детей с РАС, делая акцент не на тренировку сознания такого ребенка, а на более высокий и одновременно простой уровень – создания благоприятных условий для личности ребенка, а именно создание вокруг него поля глубинных чувств! Именно это становится той базой, на которой личность ребенка постепенно делает выбор в сторону возвращения к использованию своего инструмента – сознания, для развития и взаимодействия с обществом.

Находясь в поле глубинных чувств, личность такого ребенка больше не боится учиться вступать в диалог с социумом, развивать свой интеллект, участвовать в контакте с окружающим миром. Она чувствует, что окружена «защитным» полем любви и спокойствия, она чувствует, что ее понимают и слышат, но это становится возможным только тогда, когда работать над собой начинают родители ребенка, и, в первую очередь, мать.

Невозможно избавиться от аутизма, пока будет борьба со следствиями, нужно работать с причиной! А причина, как указано выше, это агрессивная для личности ребенка психологическая среда. И именно мать, как человек имеющий самую сильную энергетическую связь с ребенком, может и должна создать для него поле глубинных чувств. И в этом нет ничего сложного потому, что пребывание в состоянии глубинного спокойствия – это абсолютно природное для человека состояние, когда он уходит от эмоционального маятника и переходит в состояния наблюдателя, в результате чего становится абсолютным хозяином своей жизни, независимо от обстоятельств.

Я пишу эту статью не только как редактор, сотрудничающий с Международным Общественным Движением «АллатРа», а, в первую очередь, как мать ребенка, которому ставили диагноз РАС, и который в настоящее время практически ничем не отличается от обычных детей.Он общается с родителями, играет с детьми, пристает к чужим взрослым со своими вопросами, ходит в школу. Да, это школа – интернат, где в классах всего по 14 учеников, но учителя до сих пор не верят мне, что мой ребенок – аутист, и хоть он часто на уроках «витает в облаках» и не любит на переменках бегать по коридору с другими мальчишками, это совершенно не выделяет его, и уж тем более он не похож на психического инвалида.

Благодаря полученным знаниям, и, главное, работе над собой, наша жизнь поменялась полностью, и это касается не только развития и становления моего ребенка -аутиста, эти знания полностью меняют картину восприятия мира в целом и открывают в тебе безграничный источник внутренней силы и гармонии, раскрывая который, ты вдохновляешься жизнью и делишься этим, в первую очередь со своим ребенком, а ему больше ничего не надо.

Из 3 выпуска журнала «МЫ»

Книга «Воспитание детей. Практические рекомендации»

Краткое содержание:

I. ЦЕЛОСТНЫЙ ВЗГЛЯД НА ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ПРИРОДУ

1. Что такое воспитание
2. Основные составляющие человека, помогающие понять детскую психику
3. Три «Я» человека

II. ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ РЕБЕНКА

1. Мотив зачатия ребенка
2. Период от 0 до 1 года
3. Период от 1 года до 3-х лет
4. Период 3 — 5 лет
5. Период 5 — 7 лет
6. Период 7 — 14 лет
7. Основные рекомендации родителям

III. ФОРМИРОВАНИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СЕБЕ И О МИРЕ

1. Основные жизненные позиции, сформированные в детстве
2. Базовая система представлений о себе, сформированная в детстве
3. Послания родителей, формирующие представление о себе и о мире
4. Формирование гармоничного мировоззрения у ребенка

IV. ПРЕОДОЛЕНИЯ ДЕТСКОГО БУНТА

1. Привлечение внимания, борьба за власть, истерика. Как себя вести родителям
2. Как договориться с ребенком без скандала (от 6-ти лет)
3. Как наказывать своих детей без вреда для их психики

V. ОСОБЫЕ СЛУЧАИ ВОСПИТАНИЯ

1. Влияние гаджетов. Клиповое мышление
2. Субличности. Странное и нетипичное поведение детей

VI. КАК РОДИТЕЛЯМ ИЗМЕНИТЬ СЕБЯ

1. Все проблемы родом из детства
2. Этапы работы над собой
3. Учимся радости у своих детей

Психологический журнал «МЫ»

Читайте в номерах:

  • «Особенности воспитания детей от 0 до 1,5 года»

Почему данный период особенно важен? Мир маленького ребенка очень нуждается в чувственной заботе матери…

  • «Воспитание малышей от 1.5 года до 3-х лет»

Особенности развития деток в данный период

  • «Преодолеваем вместе детский бунт»

Советы, которые помогут родителям

  • «Все проблемы родом с детства»

Немаловажную роль в решении данной проблемы играет поведение и отношение родителей к ней…

  • «Детский и подростковый суицид»

Цель данной статьи разобраться, что же является причиной данного явления, почему суицид становится в обществе модным, и кто за этим стоит?

  • «10 золотых правил воспитания Антона Макаренко»

Не думайте, что вы воспитываете ребенка только тогда, когда с ним разговариваете, или поучаете его, или приказываете ему. Вы воспитываете его в каждый момент вашей жизни, даже тогда, когда вас нет дома.

И много другой важно и полезной информации вы найдете на страницах журнала.

Другие статьи

  • Дротаверин таблетки инструкция по применению для детей Дротаверин - официальная* инструкция по применению Торговое название: Дротаверин Международное (непатентованное) название: дротаверин Химическое рациональное название: 1-(3,4-диэтоксифенил)-метилен-6,7-диэтокси-1,2,3,4-тетрагидроизохинолин (в виде […]
  • Этамзилат инструкция по применению детям Этамзилат (Etamsylate) Действующее вещество Фармакологические группы Нозологическая классификация (МКБ-10) Состав и форма выпуска 1 ампула с 2 мл инъекционного раствора содержит этамзилата 0,25 г; в упаковке 10 шт. Фармакологическое действие Увеличивает образование в […]
  • Виды занятий по развитию речи для детей 2-3 лет Формы занятий по развитию речи детей раннего возраста После двух лет жизни основную роль в развитии психики и формировании поведения играет речь. Существуют различные формы развития речи ребенка. Если до двух лет ребенок употреблял в своей речи 300 слов, то, при […]
  • Диагностика психического развития ребенка в возрасте от 1 до 3 лет Диагностика детей 2-3 лет Современная психодиагностика России. Преодоление кризиса: сборник материалов III Всероссийской конференции: в 2 т. / редколлегия: Н.А. Батурин (отв. ред.) и др. – Челябинск: Издательский центр ЮУрГУ, 2015. Т.2. – 233 с. УДК 159.922.736.2 ББК […]
  • Группы здоровья новорожденных детей Группы здоровья новорожденных детей Оценив факторы риска новорожденного ребенка, признаки его зрелости в течение адаптационного периода с учетом пограничных состояний, характера вскармливания, необходимо отнести новорожденного к соответствующей группе здоровья: I […]
  • Почему левомицетин нельзя детям Моей дочери назначили «Левомицетин». О нем я знаю, что это антибиотик, который появился уже очень давно. Мне кажется, что современные препараты всегда эффективнее, а еще они менее токсичны, чем «старые». Почему же это лекарство до сих пор назначают детям? Если же без […]