Психологические механизмы стресса

Научная электронная библиотека

8.1. Психологические механизмы травматического стресса

Результаты проведенных нами исследований свидетельствуют, что характер психофизиологических изменений в организме при травмах костно-мышечной системы аналогичен картине травматического стресса при общих воздействиях на организм. Так, мы наблюдали выраженные изменения личности и психоэмоционального статуса при травмах костно-мышечной системы, особенно выраженные у лиц пожилого возраста. Результаты работы свидетельствуют о повышении ранимости, ситуационной тревожности, депрессивности, конфликтности, значимости социальных контактов и готовности к сотрудничеству. Наличие в характере больных психологических взаимоисключающих факторов: конфликтность, с одной стороны, и готовность к сотрудничеству, с другой, сочетающихся с напряжением вегетативной нервной системы, изменением гормональной функции, является, по-видимому, защитной реакцией, обеспечивающей оптимальный вариант компенсаторно-адаптационных процессов организма.

Однако, после определенного уровня функционального напряжения и приспособительных изменений в организме возникала угроза срыва адаптации. Так, при выраженном усилении тревожности развивались признаки нарушения адаптации, как своеобразная защита личности, гиперактуализация переживаний [171, 182], необходимые для преодоления стресс-реакции, возникшей после травмы.

Психическую напряженность во время стресс-реакции можно объяснить развитием возбуждения в коре, торможением в подкорковых образованиях, дисфункцией эндокринных желез и сдвигами гомеостаза на всех уровнях [57, 59, 124, 125]. Депрессивные проявления являются общей реакцией организма на длительное воздействие сильного хронического стресса [127, 156], каким является травма. При травме снижается функциональное состояние сенсорных фракций толстых афферентных проводников в смешанном нерве [61, 66].
Происходит интенсификация интерорецептивной (в том числе и ноцицептивной) афферентации [109], тормозящей активность специфической соматосенсорной системы [91, 94]. Усиливается активность сосудистой стенки и импульсация из нее, что неизбежно увеличивает активность неспецифических систем мозга. В процессе лечения образуются свободные нервные окончания, способные быть источником спонтанной импульсной активности.

Последующий период окончательного сращения перелома и формирования костной мозоли примечателен тем, что внутренние компенсаторные механизмы успешно справляются с наступившими изменениями, что проявлялось в стабилизации средних значений большинства исследованных параметров психофизиологических функций.

Внешние проявления поведения больных, формы и соотношение различных компонентов свойств личности в процессе реабилитации после травм костно-суставной системы характеризовались внутренней противоречивостью, непоследовательностью, податливостью, неустойчивостью и нерешительностью. Поведенческие реакции свидетельствовали о сохраненной способности пожилых людей противостоять стрессу или поддержать устойчивость к нему [39, 41, 129, 130].

Поведенческие реакции имели свои различия у лиц с разными психологическими свойствами и индивидуальными характеристиками личности. Умеренное (неконфликтное) расхождение реального и идеального «Я» или, скорее, неполное их совпадение, мы рассматриваем как необходимое условие для дальнейшего самосовершенствования личности. Неудовлетворенность собой чаще наблюдалась у людей с заниженной самооценкой. Личности, у которых были обнаружены доминантные и независимые черты поведения, значительно реже проявляли недовольство своим характером и межличностными отношениями. Однако и у них мы выявили тенденцию к совершенствованию стиля межличностного взаимодействия. Возрастание показателей того или иного октанта теста Т. Лири определяло направление, по которому личность движется в целях самосовершенствования.

Результаты психологического тестирования учитывались нами при выборе методов коррекции поведения с учетом физиологических возможностей и степени осознания имеющихся проблем. Наличие выраженного личностного конфликта, проявляющегося значительным расхождением при оценке реального и идеального «Я» после перелома являлось свидетельством высокого психоэмоционального напряжения.

Реальное и идеальное «Я» при травматическом стрессе нередко вступали в конфликт. Можно предположить, что именно в этом заключено внутреннее побуждение к действию [27]. Идеал становился внутренним требованием и определял цели и задачи жизни. Так, по словам испытуемой М. Куликовой: «Главным для меня было даже не излечение после травмы, а воспитание воли, благодаря которой, по моему мнению, произошло полное восстановление двигательной функции». Борьба между реальным и идеальным «Я» создали в данном случае условие для выхода на важнейшую проблему личности – решение вопросов качества жизни. Вместе с тем уровень желаний и дальше работать на даче, воспитывать внуков, положительно характеризовали психологический уровень данной больной.

Болевые ощущения приводили к усилению проявлений стрессового состояния: изменению мышления, сознания, уровня страха в зависимости от возраста человека и степени тяжести травмы. Выраженность страха зависела от таких компонентов структуры личности, как «сила Я», устойчивости к стрессам и фрустрации. В течение первой недели лечения ситуационная тревожность была ведущей и отвлекающей жизненную энергию больных от процесса репаративного костеобразования.

Таким образом, психофизиологические механизмы травматического стресса у пожилых людей определяются степенью выраженности психических реакций [20, 26]. Среди них большую роль играли эмоциональность и тревожность [28, 125], определявшие во многом психологическую адаптацию [129]. Так, динамика тревожности свидетельствовала о влиянии ее на включение адаптационных механизмов и повышение интенсивности их действия, улучшение сбалансированности нервных процессов за счет изменения поведения [130].

Тревожность – показатель субъективной оценки человеком возможностей формирования механизмов защиты от стресс-факторов. Степень выраженности этих механизмов во многом определяет состояние психической адаптации [28]. В норме каждому человеку свойственен определенный уровень так называемой полезной тревожности – устойчивого личностного качества. Усиление тревожности ведет к включению или усилению интенсивности адаптации, то есть психической активности для преодоления стрессового воздействия и овладения ситуацией. Уменьшение тревожности говорит об адекватности реализуемых форм поведения и эффективности адаптации.

Ситуационная или реактивная тревожность проявляется озабоченностью, нервозностью, беспокойством и напряжением [66]. Она рождает чувство вины и страха. Состояние тревожности тесно связано с развитием психосоматических проявлений. У человека, переживающего эту эмоцию, изменяется электрическая активность мышц лица, мозга, функциональное состояние кровеносной и дыхательной систем [85-87]. Эмоции активируют вегетативную нервную систему, которая в свою очередь воздействует на эндокринную и нервно-гуморальную системы. Тревожность и депрессия влияют на иммунную систему и снижают сопротивляемость болезням, отрицательные эмоции снижают уровень самооценки.

Известно, что функции эмоциональной системы обеспечивает ретикулярная формация ствола мозга, которая регулирует механизмы защиты от стресса, уровень нейронной импульсации и состояние эндокринной системы [85]. Каждая личностная черта имеет в своей основе свой тип возбуждения в коре головного мозга. Эмоции возникают как результат нейрофизиологических процессов. При стрессе, в том числе травматическом, преобладает тонус симпатической нервной системы над парасимпатической [91].

Однако, резкое увеличение психофункционального напряжения грозит развитием дезадаптации. Сохраненные механизмы саморегуляции психофизиологических механизмов адаптации у пожилых и старых испытуемых выражались в снижении уровня тревожности следующими путями [85]:

1) построения системы взглядов о состоянии репаративного процесса после переломов, сроке лечения и его эффективности;

2) перенесения повышенного уровня тревожности на размышления о течении костеобразования и его длительности.

Эти способы обеспечивали возможность уменьшения тревожности и отражались на характере поведения больных.

При наличии остеопороза у испытуемых мы выявили следующие особенности психофизиологических функций: на 5–9-й дни после травматического стресса изменялась эвакуаторная функция желудка: при поступлении пищи первоначально были ослаблены условно-рефлекторные механизмы секреции, затем наслаивалась нейрогуморальная фаза, в которой ведущее значение имела концентрация гастрина. Происходило снижение функции инсулярного аппарата поджелудочной железы.

В процессе лечения «качество жизни» больных остеопорозом улучшалось, так как активно происходила регенерация и это уменьшало эмоциональную напряженность.

Психологические механизмы коррекции стрессовых состоянии личности

Первые упоминания о психологических механизмах встречаются в психоанализе 3. Фрейда и исследованиях его учеников. Более тщательно они рассмотрены Анной Фрейд в работе «Психология «Я» и защитные механизмы» (1993). Автор показал, что если человек не способен эффективно контролировать некоторые жизненные ситуации, на помощь ему приходят механизмы психологической защиты «Я», обеспечивающие ему бессознательную компенсацию этой неспособности и ослабляющие связанные с ней стресс и тревогу. Такие механизмы дают человеку возможность достичь удовлетворения потребностей — иногда реального, а чаще воображаемого или слишком сильно оторванного от реальности — путем отрицания или искажения действительности или же отрицания тех представлений и побуждений, которые порождают тревогу (Годфруа А., 1996).

Механизмы психологической защиты, изученные Фрейдом и его дочерью Анной, весьма многообразны. Рассмотрим, по нашему мнению, самые главные из них.

Чаще всего человек прибегает к такому защитному механизму, как «подавление». Подавление состоит в вытеснении желания или конфликтной ситуации в область подсознательного, сохраняемой в виде подавленного влечения.

«Реактивное обучение» предполагает принятие человеком чувств и поступков, противоположных тем, что были вытеснены им, с целью еще более сильного их подавления. «Отрицание и отвергание», напротив, выражаются в бессознательном отказе допустить существование определенных фактов или в трансформировании реальности с целью приспособить ее к своему поведению.

Механизм психологической защиты «вытеснение» означает замену недостижимой цели другой целью, вполне достижимой.

«Сублимация» представляет собой разновидность вытеснения, приносящее человеку реальное удовлетворение.

«Проекция» состоит в неосознанном наделении других людей собственными мотивами, чертами и свойствами.

А психологический механизм защиты «рационализация» заключается в поиске удобных причин для оправдания невозможности совершить определенный поступок или, наоборот, в поиске убедительного обоснования неприемлемого поведения.

Человек использует механизмы психологической защиты, но они только на короткое время могут ослабить тревогу, порожденную конфликтом, выступая средством борьбы с тревогой, пока человек не найдет рационального способа разрешения данного конфликта (Годфруа Ж., 1996).

В то же время, в работах 3. Фрейда мы не встретили развернутого определения понятия «психологический механизм».

В современной психологии это понятие интенсивно разрабатывается и по данным литературных источников психологические механизмы представляют собой отражение в психике физиологических, физических, социальных и других объективных факторов и закономерностей человеческой самоактуализации. До сих пор не существует многокомпонентного толкования понятия «психологические механизмы», хотя многие из них были подвергнуты эмпирическому исследованию (Конопкин О.А., 1980; Столин В.В., 1983; Кон И.С., 1984; Иванников В.А., 1991; Агеев B.C., 1994; Собольников В.В., 1997 и др.). Значительным вкладом в современную психологическую науку явились работы В.Г. Леонтьева (1992), в которых рассматривается данное понятие через призму мотивации.

Согласно В.Г. Леонтьеву, психологический механизм — это «система психологических явлений, предназначенная для преобразования и формирования активности, выраженной одним или несколькими мотивами, в требуемую активность, выраженную другими мотивами». Данное определение отражает регуляторную и формирующую сущность механизма, но сам механизм не следует отождествлять с самим источником активности или с самой активностью». Автор выделяет такую характеристику психологических механизмов как обобщенность, которая отражает взаимосвязь многих звеньев психической системы, обеспечивающей человеческую деятельность и поведение.

Механизмы имеют разную степень обобщенности и конкретизации, они характеризуются неоднородностью и разноуровневостью. Одни из них способны обеспечивать активность поведения только в какой — либо одной конкретной ситуации, поскольку обладают высокой избирательностью. Любые изменения ситуации прекращают действие механизма. Другие, более обобщенные, способны обеспечивать активность поведения в различных условиях и ситуациях. Третьи имеют статус всеобщего механизма. Его действие просматривается практически во всех случаях поведения и деятельности человека. Такие механизмы В.Г. Леонтьев называет исходными, генерализованными, т.к. их универсальность, высокая обобщенность позволяют объяснить многие психологические явления, в том числе и коррекцию стрессовых состояний личности.

Психологический механизм — это не физиологический или какой — либо иной код побудительного состояния, а раскодированный фактор этого состояния, выраженный в содержательных, образных, понятийных терминах и представлениях. Психологический механизм — субъективное «описание» или отражение на субъективном уровне тех объективных процессов и явлений, которые обеспечивают взаимодействие человека с окружающей средой.

Психологический механизм не простая констатация этих процессов. Это определенный этап в последовательном взаимном преобразовании личности и объективных явлений, этап регулятивный, способный управлять различными энергетическими уровнями взаимодействия человека с окружающей средой.

Одной из важных задач анализа проблемы коррекции стрессовых состояний личности является сложная внутренняя структура новообразований личности, которая характеризуется неустойчивостью и изменчивостью. Проведенное исследование позволяет выделить ряд наиболее важных функциональных механизмов личностной коррекции.

В самом общем виде под психологическим механизмом развития личности можно понимать систему психических и социальных предпосылок, условий, обеспечивающих направленность поведения человека. Всем психологическим механизмам присуща обобщенность, в них отражается взаимосвязь многих звеньев психической системы, обеспечивающей человеческую деятельность и поведение.

Защитные механизмы стремятся избавить индивида от рассогласованности побуждений и амбивалентности чувств, предохранить его от осознания нежелательных содержаний и, главное, устранить тревогу и напряженность. Однако сами защитные механизмы представлены ригидными, автоматическими, вынужденными, непроизвольными и неосознаваемыми процессами, действующие нереалистически, без учета целостной системы и долговременной перспективы. Психологические механизмы защиты достигают своей цели ценой уступок, регрессии, самообмана или невроза личности (Василюк Ф.Е., 1984). А психологические механизмы коррекции стрессовых состояний личности направлены на уменьшение напряженности человека через его сознание при целенаправленной и активной деятельности человека по увеличению воздействия данных механизмов.

Переживание стресса и управление им относится к сложной проблеме регуляции стрессовых состояний. Это объясняется тем, что под психическим стрессом понимается несоответствие между нагрузкой и имеющимися в наличии ресурсами, сопровождаемое такими эмоциями, как страх, удрученность и т. д.

Отсюда психологические механизмы, обеспечивающие восстановление равновесия, могут быть названы адаптивными. Они считаются адаптивными, если содействуют достижению равновесия и в дальнейшем способствуют уменьшению или устранению вредных побочных воздействий на человека (Перрец — Perrez М., 1988). Предотвращаемые или преодолеваемые психические проблемы в полном смысле тоже можно рассматривать как проблемы переживания и переработки стресса.

Коттон (Cotton G., 1990) считал, что для такого преодолевания, прежде всего, подходят:

— люди, которые хотят улучшить свое здоровье с профилактической целью, не имеющие при этом серьезных проблем;

— люди, которые страдают от перегрузок и у которых в зависимости от обстоятельств наблюдаются хроническая подавленность, депрессивное настроение, страх;

— а также люди, у которых развились вегетативные соматические нарушения, связанные с переживаниями и переработкой стресса.

Такие люди могут влиять на уменьшение стресса через составляющих самосознания: самопонимание (когнитивный аспект), отношение к себе (эмоциональный аспект), саморегуляция (поведенческий аспект) (Осипова А.А., 2000). Рассмотрим подробно влияние каждого аспекта (психологических механизмов) на уменьшение стрессового состояния личности.

Когнитивные механизмы коррекции стрессовых состояний личности проявляются в индивидуальных особенностях познавательных процессов человека. Так, отдельные люди для уменьшения своего стрессового состояния отвлекаются или переключают свои мысли на другие, «более важные» темы, чем существующая психологическая проблема. Данное отвлечение и переключение мыслей выступает как психологический механизм коррекции стрессовых состояний личности. Другие люди снимают стрессовое состояние уменьшением проблемы, игнорированием, снижением ее серьезности, даже подшучиванием над ней. Отдельные личности при стрессе сохраняют апломб, стремятся не показывать своего состояния другим и, вследствие действия данного психологического механизма, уменьшают напряженное состояние. В качестве когнитивных психологических механизмов по уменьшению стресса могут выступать способности личности осуществлять проблемный анализ, поиск соответствующей информации, расспрос психологов, обдумывание, взвешенный подход к решениям, религиозность и др.

Смотрите так же:  Как справиться с депрессией и паническими атаками

А под действием методов психологической коррекции в эмоциональной сфере личность получает эмоциональную поддержку и формирует более благоприятное отношение к себе; непосредственно переживает и осознает самого себя; точнее распознает собственные эмоции, ощущает собственную ценность, ослабляет защитные механизмы, становится более открытым и активным. Данная личность под влиянием методов психологической коррекции учится искренности в отношении к себе и к другим людям, становится более свободной в выражении собственных чувств, раскрывает свои проблемы с соответствующие им переживаниями, производит эмоциональную коррекцию своих отношений. Такие изменения в эмоциональной сфере способствуют уменьшению напряженности личности, проявляясь как психологические механизмы коррекции стрессовых состояний человека. Если методы психологической коррекции направлены на вызывание у клиента переживания протеста, возмущения, противостояния проблеме и ее последствиям, то такое реагирование человека также уменьшает напряженность, способствует коррекции стрессовых состояний личности, выступая как психологический механизм коррекции.

Рассмотрим психологические механизмы коррекции стрессового состояния личности, возникающие вследствие деятельности (поведения) человека по уменьшению стресса.

В данное время распространение получили психологические методики коррекции стрессового состояния личности, использующие сознательное изменение напряжения и расслабления мышц (релаксация), успешность деятельности обучаемых (результативность деятельности), образное представление тепла и тяжести (аутогенная тренировка), размышление (медитация) и др.

Так, если человек, испытывающий стрессовое состояние, активно отвлекается от проблем, обращается к какой-либо деятельности, уходит в работу, то такое поведение способствует уменьшению напряженности, выступает как психологический механизм коррекции стрессового состояния личности. Применение таких физических занятий снижает уровень активности центральной нервной системы, влияет на такие эмоциональные реакции как гнев, раздражение, агрессия, страх и т. д. Следовательно, повышение уровня профессиональной квалификации личности является одним из факторов коррекции стресса, так как она оказывает некоторое стабилизирующее влияние на процесс развития напряжения человека в экстремальной ситуации, его уменьшении. (Немчин Т.А., 1983).

Способность расслабляться, субъективно и психологически влиять на мышечный тонус является важнейшим условием снятия возбуждения, вызванного страхом и гневом. Для этого лучше всего подходит метод прогрессирующей мышечной релаксации Джекобсона.

Другим эффективным способом снять стрессовое состояние личности является образное представление ощущений тепла и тяжести, которые соответствуют состоянию максимального расслабления (метод аутогенной тренировки). В данном методе коррекции стрессового состояния личности уменьшение стресса достигается с помощью самовнушения (Гримак Л.П., 1987). В аутогенных тренировках используются несколько основных путей воздействия на состояние нервной системы, выступающих как психологические механизмы коррекции стрессового состояния личности. Первый и наиболее важный психологический механизм связан с особенностями влияния тонуса скелетных мышц и дыхания на центральную нервную систему. Следующий психологический механизм в аутогенной тренировке связан с использованием активной роли представлений, чувственных образов (зрительных, слуховых и т.д.). Чувствительный образ в аутогенной тренировке активно влияет на психическое состояние человека, являясь также психологическим механизмом снятия напряженности человека. Еще одним психологическим механизмом коррекции стрессового состояния в аутогенной тренировке является роль слов, произносимых не только вслух, но и мысленно.

В медитации психологическим механизмом коррекции стрессового состояния личности выступает особый, интегрированный рефлекс, осуществляемый через центральные мозговые структуры по механизмам самовнушения, как бы особого характера самогипноз (Гримак Л.П., 1987).

Также значительный вклад в коррекцию стрессового состояния личности вносит искусство. В данном случае действие психологических механизмов коррекции стрессового состояния личности проявляется в том, что искусство позволяет в особой символической форме реконструировать конфликтную травмирующую ситуацию и найти ее разрешение через переструктурирование этой ситуации на основе креативных способностей субъекта (Осипова А.А., 2000), изменить действие «аффекта от мучительного к приносящему наслаждение» (Выготский Л.С., 1987).

Существенный вклад в уменьшение напряженности личности оказывает чтение книг, так как образы и связанные с ними чувства, влечения, желания, мысли, усвоенные с помощью книги, восполняют недостаток собственных образов и представлений, заменяют тревожные мысли и чувства или направляют их по новому руслу, к новым целям, выступая психологическим механизмом уменьшения стрессовых состояний личности (Осипова А.А., 2000).

Из описания выделенных нами психологических механизмов коррекции стрессового состояния личности видна, с одной стороны, их близость к защитным механизмам, а с другой — их различие по параметру активности (конструктивности) — пассивности (неконструктивности). Наиболее продуктивными из них при проведении психокоррекции являются: активное сотрудничество человека в диагностическом и коррекционном процессе, активный поиск поддержки в терапевтической и социальной среде, проблемный анализ, разумная степень игнорирования проблемы и юмористический подход к ней, стоицизм и терпеливость, сохранение самообладания, противостояние проблеме, эмоциональная разрядка и альтруизм.

Нами рассмотрены основные психологические механизмы коррекции стрессовых состояний личности. Но многообразие субъективных и объективных характеристик нервно-психического напряжения обусловливает наличие разных степеней выраженности, различных вариантов развития психологических механизмов.

Например, самыми общими характеристиками незначительного нервно-психического напряжения выступают мобилизация психической деятельности, повышение активности соматического функционирования и чувство общего подъема морально-психических, душевных и физических сил, при которых со всей полнотой раскрываются способности человека к достижению цели, к выполнению работы. Отдельные неприятные ощущения со стороны соматических органов как бы маскируются, заслоняются общей позитивной окраской, положительным эмоциональным фоном, приподнятым настроением, активным стремлением преодолеть трудности и добиться высоких результатов при достижении цели. При уменьшении напряжения под действием методов психологической коррекции наблюдается целый комплекс энергетических сдвигов, которые направлены на создание более мощной и надежной энергетической базы для обеспечения благоприятных условий деятельности личности в экстремальной ситуации (Немчин Т.А., 1983).

В концепции, развиваемой П.К. Анохиным (1972), рассматривается биологический организм не как простая совокупность взаимодействующих элементов, а как система, формируемая одним генеральным фактором, упорядочивающим функционирование отдельных ее подсистем, определяющим очередность включения психологических механизмов в коррекцию стрессового состояния личности и интенсивность их деятельности.

Под коррекцией стрессовых состояний личности мы понимаем:

1. системную интеграцию личности как способ борьбы со стрессом;

2. формирование психологической готовности к стрессу, условий формирования готовности саморегуляции;

3. определение задач эмоциональной саморегуляции;

4. выделение принципов организации и проведения коррекции стресса.

Мы привыкли употреблять слово «стресс», интуитивно используя его для обозначения сильного нервно-психического напряжения. Однако такое значение не совсем верно.

Механизм стресса был изучен и подробно описан Гансом Селье, а сам термин ввёл Уолтер Кэннон.

Стресс — это общая реакция организма на воздействие различных факторов (например, удар, переохлаждение, инфекция, смерть близкого, потеря работы), нарушающих его равновесие. Главная функция стресса — это адаптация к изменившимся условиям среды.

Таким образом, эмоциональная реакция — это лишь часть общего ответа организма на стрессор.

Факторы, вызывающие стресс, могут быть абсолютно любыми — как негативными, так и позитивными (свадьба, переезд, новая работа). Имеет значение лишь то, что они приводят к изменениям в жизни человека на том или ином уровне. Для человека характерно наличие стрессоров психологического характера: стресс вызывается не самой ситуацией, а тем, как человек её субъективно оценивает, воспринимает. Или даже фантазией, воспоминанием о какой-то ситуации.

Механизм стресса

Выделяют три основных стадии стресса:

  • Стадия мобилизации. На данном этапе активируется реакция тревоги. Она мобилизует все адаптивные ресурсы организма, готовит его к срочным действиям. Усиливается энергообмен, увеличивается частота сердечных сокращений, поднимается кровяное давление, учащается дыхание, замедляется пищеварение, кровь приливает к мышцам. В чрезвычайных ситуациях, например, при пожаре, реакция тревоги может оказаться очень полезной.
  • Стадия сопротивления. Все системы организма возвращаются к нормальному режиму работы, и начинается разработка новых программ действий (приспособления, адаптации к новым обстоятельствам). У организма есть определённый резерв устойчивости к воздействию стрессора и адаптации.
  • Стадия истощения. В том случае, когда организм не смог адаптироваться к новым условиям среды, выработать новую программу действий, происходит истощение ресурсов. В этом случае человек (да и любой организм) может заболеть и даже умереть.

Влияние стресса

При развитии стресса в организме происходят гормональные преобразования, которые и регулируют работу всех систем организма и обуславливают активацию ресурсов сопротивления. Механизмы стресса задействуют, в частности, и подкорковые отделы головного мозга, которые также ответственны и за эмоции. Таким образом, во время стресса одно из самых типичных эмоциональных состояний — это тревога, беспокойство.

В результате действия нейроэндокринных механизмов стресса формируется так называемая триада: разрастание коры надпочечников, уменьшение вилочковой железы и изъязвление желудка. Эти реакции можно легко сопоставить с симптомами, характерными почти для любого заболевания, такими, как чувство недомогания, разлитые болевые ощущения и чувство ломоты в суставах и мышцах, желудочно-кишечные расстройства с потерей аппетита и уменьшением веса тела.

Таким образом, сильный или хронический стресс является основой для возникновения психосоматических заболеваний.

Польза от стресса

Воздействие несильных стрессоров отчасти полезно. Во-первых, несильный кратковременный стресс помогает активировать ресурсы, мобилизоваться для выполнения какой-то конкретной задачи (например, для сдачи экзамена). Во-вторых, с каждым стрессом у психики появляется несколько новых программ деятельности, то есть человек расширяет и пополняет свой поведенческий «репертуар» новыми способами взаимодействия с окружающим миром, повышает уверенность в себе с каждым преодолённым препятствием. Насыщается природная потребность в обновлении эмоций. Важно, чтобы у организма хватило резервов для адаптации.

Помощь психолога при стрессе

Помощь психолога можно использовать в двух направлениях:

  • Если для Вас любая новая ситуация — это стресс. Вы часто испытываете состояние беспричинной тревоги, подавлены, раздражительны, угнетены в отсутствие объективных причин. Для Вас существует большое число факторов развития стресса именно психологического происхождения. Стресс вызван не объективными причинами, а Вашей субъективной оценкой происходящего, ожиданием наихудших последствий и т.д. Занятия с психологом в этом случае помогут изменить оценку происходящего и снизить количество стрессов психологического происхождения.
  • Нейтрализация последствий стресса. Занятия с психологом в этом направлении помогут, если Вы уже пережили сильный стресс, энергетические запасы истощились, и Вы чувствуете потребность в восстановлении. Также важно проработать, осознать эмоциональные причины возникшего психосоматического заболевания для того, чтобы предотвратить его дальнейшее развитие.

Специалисты Центра Эмбер имеют опыт успешной работы с причинами и последствиями стрессов. После психологической диагностики психолог (психотерапевт) разработает индивидуальный маршрут занятий, при необходимости даст упражнения для самостоятельной работы дома.

Психофизиологические механизмы стресса

«Хрестоматия по психологии»

ГЛАВА 1
Стресс, его сущность и влияние на эффективность профессиональной деятельности

1.4 Психофизиологические механизмы стресса

Для более глубокого понимания природы эмоционального стресса необходимо рассмотреть его патогенез, т.е. психофизиологические механизмы. К настоящему времени накоплен богатый материал теоретических и экспериментальных данных по психофизиологическим механизмам эмоционального стресса. Однако усилия многих исследователей продолжают быть направленными на раскрытие как общих, так и частных вопросов патогенеза стресса. В таких исследованиях ведущая роль отводится нейроэндокринным реакциям, ответственным за формирование стрессового состояния и обеспечивающим сопротивляемость и выживаемость, а в некоторых случаях за развитие глубоких патологических процессов и летальный исход (Робу А.И, 1989).

Современные взгляды на аспекты психофизиологических механизмов стресса отражены в фундаментальных работах Т. Кокса (1981), Дж.С. Эверли (1985), Л.А. Китаева-Смыка (1983), Л.М. Аболина (1987), А.И. Робу (1989), Ф.З. Меерсона и М.Г. Пшенниковой (1988). Следует сказать о наличии гипотезы относительной функциональной декортикации и доминирования подкорковых механизмов в стрессовых состояниях, а также о реактологической теории аффекта А.Р. Лурия. К гипотезе относительной функциональной декортикации примыкают экспериментальные данные Н.Н. Баранова и М.С. Кахана, показавших, что все основные физиологические проявления стресса возможны и у животных, лишенных коры больших полушарий головного мозга, но имеющих ретикулоталамические связи и гипоталамус.

Ведущими звеньями патогенеза в концепции стресса Г. Селье считает три положения. Физиологическая реакция на стресс не зависит от природы стрессора, а также (в пределах разумного) и от вида животного, у которого она возникает. Синдром ответной реакции представляет универсальную модель защитных реакций, направленных на защиту человека (или животного) и на Сохранение целостности его организма.

Защитная реакция при продолжающемся или повторяющемся действии стрессора проходит три определенные стадии; все вместе эти стадии представляют общий адаптационный синдром.

Защитная реакция, если она будет сильной и продолжительной, может перейти в болезнь, так называемую болезнь адаптации. Болезнь будет той ценой, которую организм заплатил за борьбу с факторами, вызвавшими стресс.

Т. Кокс (1981), рассматривая такой подход к концепции стресса, считает его близким по ассоциации и к модели, основанной на ответных реакциях организма, и к физиологической модели стресса. Общим недостатком теории Селье он считает недооценку психологических факторов в развитии стрессовых состояний, аргументируя это тем, что в основном физиологическая реакция определяется непосредственно не присутствием стресса, а его психологическим воздействием на личность. Далее Т. Кокс представляет концепции стресса с точки зрения модели, основанной на стимулах, которые считаются в какой-то мере беспокоящими или разрушающими, и, наконец, модели, основанной на взаимодействии. Другой подход основан на утверждении, что стресс возникает вследствие существующих особых взаимоотношений между человеком и окружающей его средой. Ни один из этих подходов, по заключению самого автора, не дает должного толкования физиологических механизмов стресса.

Сложность раскрытия психофизиологических механизмов стресса объясняется прежде всего тем, что в первых публикациях Г. Селье не рассматривалось участие нервных регуляционных механизмов в формировании стресса. По этому поводу П.К. Анохин пишет: «. Теория стресса Ганса Селье, исключающая участие нервной системы в активных реакциях организма на Стрессор, является недостаточной для объяснения механизма возникновения патологических состояний». Кроме того, Г. Селье построил общую схему развития стрессовой реакции, подробно изучив в ней эндокринное звено «гипофиз — кора надпочечников». Однако он не сделал попытки проанализировать роль другого существенного звена, участвующего в стрессе. Это звено, не будучи в отдельности ни нервным, ни эндокринным, может быть охарактеризовано как единая нейроэндокринная система, представленная в организме пептидными гормонами и медиаторами симпато-адреномедуллярной системы и диффузной хромаффинной ткани.

Смотрите так же:  Особенности деятельности детей с умственной отсталостью

В настоящее время накоплены обширные электрофизиологические данные о различных формах вовлечения кортико-лимбико-гипоталамической системы в ответную реакцию при разных формах стрессовой нагрузки на организм. В литературе показано значение при стрессе афферентно-эфферентных связей гипоталамуса, таламуса, миндалевидного комплекса, гиппокампа и различных отделов коры больших полушарий головного мозга. В этой связи интересен подход Дж.С. Эверли и Р. Розенфельда к раскрытию психофизиологических механизмов стресса. Авторы рассматривают его с позиций активации одной (или более) из трех основных психосоматических «осей» стресса:

  • нервной — через прямую нейронную иннервацию концевых органов;
  • нейроэндокринной — через реакцию «битвы-бегства»;
  • эндокринной (адренокортикальная, соматотропная и тиреоидная).

Активация нервной оси и воздействие ее через симпатический и парасимпатический отделы вегетативной нервной системы на концевые органы при стрессе происходит сразу и длится недолго. Это объясняется ограниченной способностью симпатических и парасимпатических нервных окончаний продолжать постоянный выброс медиаторов в условиях длительного сильного раздражения. Для поддержания стрессовой активации более длительное время используется дополнительная нейроэндокринная ось реакции «битвы-бегства». Центральным органом, как указывалось ранее, участвующим в этой реакции, является мозговой слой надпочечников. Его стимуляция приводит к выделению адреналина и норадреналина в систему кровообращения.

Хотя действие катехоламинов мозгового слоя надпочечников гораздо продолжительнее влияния нервной оси, наиболее пролонгированные соматические реакции на стресс являются результатом активации эндокринных осей. Они представляют собой пути, по которым реагирование на стрессоры происходит в последнюю очередь. Активация каждой оси может взаимно перекрываться эффектами других осей. Наиболее часто отмечается активация нейроэндокринной и эндокринной осей. Не внедряясь более глубоко в механизмы развития стресса по каждой из осей, укажем на то, что Дж. С. Эверли и Р. Розенфельд не смогли ответить на главный, с их точки зрения, вопрос о способе, при помощи которого организм человека выбирает, на какой орган и через какую ось воздействует стрессовая реакция. Важное значение при оценке активации осей стресса имеет разработанная Г. Селье (1956) теоретическая база, позволяющая проследить в совокупности роль эндокринных осей при хроническом стрессе. Эта концепция получила название «общий адаптационный синдром».

В формировании стрессовых состояний наибольшую роль играют следующие нейрогуморальные подсистемы (Кокс Т., 1981): адреномедуллярная, питуитарно-тиреоидная, питуитарно-адренокорти-кальная, питуитарно-гонадная, ваго-инсулиновая, соматотропная. Эндокринные комплексы при стрессе вступают в сложные взаимоотношения как «по вертикали», так и «по горизонтали» (Робу А.И., 1982). Существует целый ряд возможных вариантов ответов гипофиз-адреналовой и тиреоидной эндокринных осей на стрессоры различной природы, интенсивности и длительности действия, зависящих от степени включения медиаторных систем опиоидных рецепторов. Развитие стрессовой реакции и ее исход во многом предопределяются оптимальным взаимодействием либеринов и статинов на гипоталамическом уровне, семейства тропинов — на гипофизарном, гормонов желез-мишеней — на тканево-рецепторном. При этом существенно затрагивается механизм обратной связи в гормональной регуляции (Робу А.И., 1989).

На связь нейрофизиологических механизмов стресса с механизмами возникновения отрицательных эмоций указывают многие авторы, функционально объединяя их с лимбической системой мозга и гипоталамусом. Эти структуры, в свою очередь, функционально взаимосвязаны с корой и сетчатым образованием, и поэтому трудно с точностью указать, какая структура ответственна за тот или другой вид поведения (Кокс Т., 1981).

Участие в формировании стрессовых реакций нервной регуляции делает актуальным вопрос о том как реализуются при стрессе типологические особенности ЦНС. Известно, что снижение работоспособности при стрессе от утомления (при длительной однообразной деятельности) возникает у испытуемых со слабой нервной системой раньше, чем у лиц с сильной нервной системой. Вместе с тем отсутствует абсолютная зависимость уровня работоспособности при стрессе от силы нервной системы. Так, в случаях, когда стрессором являлось длительное повторение монотонных, однообразных сигналов, лица с сильной нервной системой могли быть более подвержены стрессу, чем испытуемые со слабой нервной системой.

Некоторые авторы, изучавшие влияние типологических особенностей нервной деятельности на адаптацию к экстремальным условиям, подтверждают значение силы возбудительного процесса как фактора, обеспечивающего устойчивость к стрессовым воздействиям. Эти исследования показали значение силы возбуждения (при его относительном преобладании) для адекватных и активных действий испытуемого в условиях отрицательного эмоционального воздействия. Однако имеются довольно многочисленные наблюдения, результаты которых часто свидетельствуют в пользу слабых нервных процессов при адаптации.

Таким образом, прогноз адаптации к стрессу по данным типологических особенностей высшей нервной деятельности, по-видимому, нельзя определить однозначно. Разные виды экстремальных воздействий предъявляют повышенные требования к разным типологическим свойствам высшей нервной деятельности. В зависимости от того, требуется ли испытуемому высокий темп деятельности, максимальная точность реакции, состояние постоянной готовности к экстренному действию, реакция на сверхсильный раздражитель и т.д., для адаптации к стрессу необходимы те или иные свойства высшей нервной деятельности и та или иная настройка вегетативной нервной системы (Суворова В.В., 1975).

Теоретические основы физиологических механизмов общей адаптации детально представлены в работах А.А. Виру. Он систематизировал современные взгляды об основных компонентах механизма общей адаптации, которые реализуются путем:

  • мобилизации энергетических ресурсов организма для энергетического обеспечения функций;
  • мобилизации пластического резерва организма и усиления адаптативного синтеза энзимных и структурных белков;
  • мобилизации защитных способностей организма.

В координации всех этих компонентов механизма общей адаптации, особенно в мобилизации энергоресурсов, важная роль принадлежит симпатоадреналовой системе, функция которой дополняется глюкагоном (Виру А.А., 1981). Вполне вероятно, что компонент (нарастание в крови циркулирующих адренергических веществ) служит пусковым механизмом по отношению ко второму (Мельник — Б.Е., Кахана М.С., 1981).

Влияние любого стрессора осуществляется либо непосредственно через экстеро- и интерорецепторы и афферентные нервные пути, либо гуморально, воздействуя через жидкие среды организма (кровь и др.) на структуры ЦНС, управляющие адаптационной деятельностью организма. Эти структуры расположены в гипоталамусе, ретикулярной формации среднего мозга, миндалевидном комплексе и гиппокампе.

Соответствующая эфферентная и гуморальная информация создает сложную совокупность взаимодействий всех этих структур, изменяющуюся также вследствие получения информации о результативности адаптационных реакций (или о недостаточной эффективности адаптационных реакций и развитии патологических изменений), обратного влияния гормонов на управляющие структуры и изменения функционально-обменного состояния нервных клеток. Достаточно известная теперь концепция о механизме индивидуальной адаптации организма к внешней среде определяет стресс-реакцию как звено этого механизма. Нарушение гомеостаза, вызванное фактором окружающей среды, или сигнал возможности такого нарушения через высшие уровни регуляции активирует системы, ответственные за адаптацию (Меерсон Ф.З., Пшенникова М.Г., 1988).

Таким образом, Ф.З. Меерсон (1981) рассматривает защитные механизмы адаптации к стрессовым ситуациям в виде комплекса нейрогормональных и клеточных регуляторных изменений. Первые включают ГАМК-ергическую тормозную систему мозга, систему простагландинов и арахидоновой кислоты, а также систему антиоксидантов (токоферолы, стероиды, серусодержащие аминокислоты, аскорбиновую кислоту и ряд других витаминов). Вторые — активацию синтеза нуклеиновых кислот и белков, ведущих в первую очередь к увеличению скорости транскрипции РНК на структурных генах ДНК в ядрах клеток, ответственных за адаптацию. Не исключается участие в этих процессах и нейропептидов, в частности опиоидов, субстанции Р, дельта-пептида сна и др. (Юматов Е.А., 1983).

Экспериментальные исследования позволили выявить три главных изменения, развивающихся в организме при адаптации к стрессу (Меерсон Ф.З., Пшенникова М.Г., 1988):

  1. адаптивное увеличение потенциальной мощности стресс-реализующих систем;
  2. снижение степени включения таких систем, т. е. уменьшение стресс реакции по мере повторения стрессорных ситуаций;
  3. снижение реактивности нервных центров и исполнительных органов к медиаторам и гормонам стресса — их своеобразная десенситизация.

Дополняя общую картину психофизиологических механизмов развития стресса, следует упомянуть о работах Л.А. Китаева-Смыка (1983), в которых указывается на выделение четырех субсиндромов стресса. Они, следуя один за другим в определенном порядке, становятся фазами развития стресса. Первым в предельно переносимых экстремальных условиях проявляется эмоционально-поведенческий субсиндром, затем следует вегетативный (субсиндром превентивно-защитной вегетативной активности). После них преимущественно выраженными становятся когнитивный (субсиндром изменения мыслительной активности при стрессе) и социально-психологический (субсиндром изменения общения при стрессе). Если первые два субсиндрома можно рассматривать как проявления этапов адаптационной активизации относительно низкой (в иерархическом плане) «функциональной системности» организма, то последние два как обусловленные индивидуально личностными особенностями людей, проявляющимися в экстремальных условиях. Что касается когнитивного и социально-психологического субсиндромов, то их правомернее рассматривать как компоненты, а не как фазы стрессовой реакции. Ведь формирование оценок и отношений, определяющих развитие стресса, проходит с участием мыслительных процессов, а не только эмоций.

Интересна гипотеза Т.А. Немчина о механизмах стресса как феномена, подчиняющегося закономерностям деятельности системы.

Она позволила автору предположить, что в условиях экстремальной ситуации в деятельности функциональных подсистем организма осуществляются такие сдвиги, которые выходят за рамки оптимального функционирования адаптационной системы. Это и сопровождается переживанием чувства дискомфорта.

С каких бы позиций (физиологических, пато-, психофизиологических, психологических, биохимических) не объяснялись механизмы стресса, центральным звеном все-таки остаются вопросы о нервной и эндокринной регуляции стресса. Ответить на эти вопросы пока трудно, однако данные, полученные при их решении, позволяют строить, пусть несложные, но внушающие доверие схемы (Китаев-Смык Л.А., 1983). В качестве иллюстрации можно привести одну из схем, разработанную Г.И. Кассилем (1983). Автор пишет: «Каждое сильное и сверхсильное воздействие на организм, возбуждая кору и лимбико-ретикулярную систему головного мозга, вызывает освобождение норадреналина из связанной клетками гипоталамуса формы. Действуя на адренореактивные элементы ретикулярной формации, норадреналин активирует симпатические центры головного мозга и тем самым возбуждает симпатоадреналовую систему. Мобилизация нервных элементов симпатоадреналовой системы ведет к нарастанию во внутренней среде норадреналина. Накопляясь в крови, адреналин через гематоэнцефалический барьер поступает в адренореактивные элементы заднего гипоталамуса. Поступление адреналина в гипоталамус ведет к активации системы гипоталамус-гипофиз-кора надпочечников через адренэргические элементы ретикулярной формации и стимулирует образование кортикотропин-релизинг фактора, следствием чего являются образование в гипофизе адренокортикотропного гормона (АКТГ) и выброс кортикостероидов в кровь».

Вместе с тем, согласно данным А.И. Робу (1989), задействованный стрессом кортиколиберин (КРГ) инициирует синтез и высвобождение не одного АКТГ, а и прогормона предшественника — проопиомелано-кортина, содержащего, помимо АКТГ, ряд гипофизарных пептидов, таких как меланотропины (МСГ) и эндорфины. Последние, помимо сугубо специфических эффектов (меланоформного — для МСГ и опиатного — для эндорфина), модулируют процесс стероидогенеза, что делает их причастными не только к инициации и формированию клинической картины стресса, но, вполне вероятно, к длительности ее отдельных фаз. Рассмотренные реакции гормональных изменений расцениваются как эффективное звено и не могут быть использованы для углубленного понимания интимных механизмов стресса.

Во многом развитие стрессовой реакции обусловлено природой агрессора. Психосоциальная характеристика стрессора, его качественные и количественные особенности, градиент воздействия стрессора на организм, «валентность» по отношению к личности не могут не учитываться при анализе механизмов стресса.

Природа стрессора, как правило, и определяет терминологическую характеристику стресса (эмоционального, физического, мотивационного, операционного, интеллектуального, боевого, акустического, холодового и др.). Наличие стрессора еще не обусловливает развитие стрессовой реакции. У многих людей к некоторым стрессорам существует стойкий психосоматический иммунитет, детерминированный как физиологическими, так и социальными факторами. Следует отметить, что устойчивость по крайней мере к некоторым стрессорам определяется генетическими факторами. Еще очень мало известно о генетической основе реакции на стресс, генетической детерминированности, стрессируемости или устойчивости к стрессу. Первые исследования в этой области проведены на животных. Что касается неспецифичности и специфичности ответов при действии разных стрессоров, то, по мнению Селье, всякий стимул, вызывающий адаптационные реакции организма, обладает специфическими и неспецифическими действиями. Во-первых, разные стрессоры могут различаться только по своим специфическим эффектам и не различаются по своим неспецифическим (стресс) эффектам. Например, холод вызывает дрожь, а жара — выделение пота. Это специфические эффекты. Они оба вызывают повышение активности коры надпочечников, что является неспецифическим (стресс) эффектом. Ныне многие авторы высказывают сомнение в стереотипности гипофизад-реналовых ответов на стрессовые воздействия. Они показывают специфичность гормональных реакций надпочечников и многих функциональных систем при различных стрессовых ситуациях.

Прикладные аспекты исследований стресса отличаются большим разнообразием. Среди них выделяются два основных направления -изучение так называемого стресса жизни и профессионального стресса. Кардинальные разработки первого направления представлены Г. Селье. Он, говоря о стрессе жизни, подразумевает под ним психологическое состояние человека, возникающее под влиянием ситуаций, обусловленных издержками современной цивилизации (урбанизации, возрастающего темпа повседневной жизни, загрязнения окружающей среды и т.д.). Данное положение главной целью имеет выявление факторов риска стрессогенных психосоматических заболеваний, в основном сердечно-сосудистых.

Психофизиологическое изучение профессионального стресса показало, что в его основе лежит закономерность, установленная в 1908г. Р. Йерксом и Дж. Додсоном. Они экспериментально показали, что с ростом активации нервной системы до определенного критического уровня эффективность деятельности повышается. Однако при дальнейшей активации нервной системы, иными словами, при увеличении стрессогенности действующих факторов показатели деятельности начинают снижаться. Следовательно, между выраженностью стресса, эмоциональной напряженностью, активизацией нервной системы, с одной стороны, и эффективностью рабочей деятельности — с другой, нет однозначной зависимости. В последующем это было неоднократно подтверждено и обобщено в виде закона Йеркса-Додсона, связывающего эффективность деятельности с уровнем неспецифической адаптации.

В настоящее время накоплены обширные психофизиологические данные о влиянии эмоционального стресса на профессиональную деятельность. Обзор этих публикаций, а также анализ экспериментальных данных, представленных в них, свидетельствуют о фундаментальной их общности. Основной Смысл результатов исследований заключается в том, что при среднем уровне эмоционального стресса достижения человека в деятельности относительно высоки, а при эмоциональном стрессе низкого и высокого уровней они могут быть хуже результатов, показанных в обычных условиях. Следовательно, низкую работоспособность при малой стрессогенной активизации можно рассматривать как результат малой вовлеченности адаптационных резервов в процессы «защиты» организма от требований среды (Китаев-Смык Л.А., 1983).

Снижение работоспособности при повышении критического уровня эмоционального стресса объясняется тем, что эмоциональное напряжение «сужает» внимание. При этом первоначально в механизмах поведения человека происходит «отбрасывание» менее значимых и «балластовых» сигналов, что способствует сохранению эффективности деятельности. Затем дальнейшее «сужение» внимания сверх критического порога ведет к потере значимых сигналов и к снижению эффективности как внимания, так и деятельности в целом. Установлено также, что показатели качества относительно сложной деятельности достигают критической верхней точки при меньшем уровне стрессовой напряженности, чем показатели относительно простой деятельности.

Смотрите так же:  Ревматоидный артрит и депрессия

Так, в одно и то же время при нарастающих симптомах стресса показатели выполнения сложной задачи могут снижаться, а показатели простой — возрастать. Стресс, способствующий улучшению показателей работоспособности, расценивается как стресс без дистресса. Ухудшение этих показателей при стрессе рассматривается как проявление дистресса. Кроме того, оптимальный диапазон деятельности существенно зависит от индивидуального стрессорного порога, обусловленного свойствами личности. У лиц с высоким порогом чувствительности для максимума успешности необходима большая интенсивность стрессовых воздействий. Известно, что одни люди более предрасположены к активному, другие — к пассивному поведению при стрессе. По мнению Г. Селье, это связано с индивидуальным различием гормональной продукции при стрессе.

Б.А. Вяткин, Ю.У. Маньков показали зависимость эффективности деятельности в условиях стресса от психофизиологических детерминант: активационных и мотивационных характеристик индивида, уровня социальной адаптированности, фрусграционной толерантности, личностной и реактивной тревожности, субъективного отношения человека к стрессовой ситуации, особенностей психических процессов и свойств его нервной системы. Так, люди с тревожностью как чертой характера более подвержены эмоциональному стрессу, чем те, у кого тревожность возникает только в опасных ситуациях. Однако такое разделение зависит от условий и опыта жизни.

В.Л. Марищук (1984, 1995) и др. стадию стресса, характеризуемую повышенной резистентностью (до наступления истощения), разделял на две фазы: перекрестной резистентности и перекрестной сенсибилизации. В первой — обычно отмечается рост неспецифической устойчивости и общее повышение показателей психических процессов, улучшение работоспособности. Во второй фазе — наблюдается перераспределение функциональных резервов. То, что связано с деятельностью, выполняемой в русле психологической установки, сохраняется и даже повышается, но это на фоне падения других показателей, не входящих непосредственно в структуру данной деятельности (одно за счет другого). Так у спортсменов, показавших особенно высокие результаты, было выявлено значительное резкое падение гамма-глобулинов. В.Л. Марищук называл это «функциональным спидом». Существенное снижение иммунной реактивности у спортсменов-лыжников, показавших наиболее высокие соревновательные результаты, наблюдал Алябьев А.Н. (1997). По значимому росту выделения кортизола у этих лыжников, выявленному В.Н. Цыганом, можно было судить о развитии стресса.

В экспериментах при выполнении длительных и очень сложных полетов, у летчиков на фоне кумуляции утомления и стресса, подтверждаемого значимым повышением экскреции 17-оксикортикостероидов, наблюдалось падение ряда функциональных показателей и результатов тестирования психических познавательных процессов, но пилотирование самолета и выполнение основных профессиональных задач оставалось на высоком уровне (Марищук В.Л., 1984) и др.

Лица, имеющие согласно классификации Роттера внутренний «локус» контроля за своей деятельностью, — «интерналы» (уверенные в себе, надеющиеся только на себя, не нуждающиеся во внешней поддержке), менее подвержены дистрессу в экстремальных условиях при социальном давлении, чем «экстерналы» с внешним «локусом» контроля (неуверенные в себе, нуждающиеся в поощрениях, болезненно реагирующие на порицания, полагающиеся на случай, на судьбу). Это не универсальная закономерность. У «интернала», потерявшего веру в себя, под влиянием критических факторов могут проявиться качества «экстернала». С другой — он же, не умея искать опору во вне, оказывается еще более беззащитным, чем «экстернал» в тех же условиях.

Таким образом, в зависимости от индивидуальной формы реакции, обусловленной личностными особенностями (исходным состоянием, субъективной значимостью деятельности и др.), человек в состоянии стресса изменяет свою работоспособность. Это изменение в большей степени касается качественных характеристик рабочего процесса стиля деятельности.

Подавляющее число работ как в отечественной, так и зарубежной литературе посвящено деятельности человека при кратковременном стрессе и сравнительно мало экспериментальных исследований трудовой деятельности при длительном стрессе. Это обусловлено, с одной стороны, трудностями организации экспериментов с многосуточным, многомесячным пребыванием человека в экстремальных условиях, с другой стороны, — многообразием проявлений и сложностью картин изменений физиологических, психологических и социально-психологических характеристик человека.

Систематическое экспериментальное изучение длительного стресса было начато в связи с подготовкой длительных космических полетов. Первоначально исследования велись с целью определения пределов переносимости человеком тех или иных неблагоприятных условий. Затем предметом исследования стали психические состояния и работоспособность человека в экстремальных условиях, проблема групповой совместимости и управления массовыми психологическими процессами. Эти, а также натурные и лабораторные исследования, посвященные деятельности человека при длительном стрессе, позволяют раскрыть некоторые физиологические закономерности работоспособности в экстремальных условиях. Что же касается деятельности космонавтов, то при длительных полетах на орбитальных станциях и в условиях длительной стрессогенной изоляции, моделирующей длительный космический полет, в начале полета или эксперимента показатели выполнения простых и сложных задач улучшаются. Это объясняется, во-первых, активацией адаптационных систем (согласно закону Йеркса-Додсона, во-вторых, повышением тренированности обследуемых (Китаев-Смык Л.А., 1983). Затем, на 12-13-й день полета начинают отмечаться явления утомления, сонливости. На 30-й день они становятся более выраженными. В условиях выраженного стресса сигналы готовности к возможным аварийным ситуациям, если они не подкрепляются реальным возникновением аварии, начинают оказывать тормозное действие.

Более четко проявляется рассогласование ритма сна и бодрствования как по часовой стрелке (до 10 часов), так и против нее (до 11 часов), что приводит к значительным ошибкам в пилотировании. Так, во время высадки на Луну экспедиции с космического корабля «Аполлон-15» значительный сдвиг суточного ритма привел к выраженному утомлению астронавтов и вынудил их работать на пределе физиологических и психологических резервов вплоть до возвращения в командный модуль. Примерно через месяц-полтора совместного полета, как отмечают многие космонавты, начинает резко проявляться проблема психологической совместимости членов экипажа. Иными словами, длительная групповая изоляция при определенных обстоятельствах может выступать как психогенный фактор экстремальных условий (Лебедев В.И., 1989).

Эмоциональная напряженность, обычно возрастающая перед концом длительного стрессового испытания, сказывается положительно только на показателях деятельности при выполнении задания: «по сигналу, в кратчайший срок». Это говорит о том, что эмоционально-позитивное напряжение в результате обострившегося ожидания конца изоляции вторично мобилизовало только деятельность с опорой на внешние «приказы», т.е. мобилизовало у испытуемых активность с внешней «точкой опоры».

Деятельность, требующая самостоятельных волевых усилий, имела отчетливую тенденцию ухудшаться при длительном стрессе без улучшения в период ожидания конца действия стрессогенных факторов. Этот факт иллюстрирует феномен «экстернализации» личности со снижением способности к самостоятельному выходу из ситуации дистресса при длительной стрессовой монотонии. Реже в аналогичных условиях может активизироваться волевая активность, приводящая к «взрывным» усилениям деятельности человека (Китаев-Смык Л.А., 1983). За 2-3 суток до окончания космического полета, т.е. на завершающем этапе, у космонавтов появляется эмоциональная напряженность. Космонавт В.И. Севастьянов указывает на то, что за несколько суток до возвращения на Землю «возникла неотвязная мысль: все, скорее бы конец полета, скорее бы на Землю. При ожидании конца полета время тянулось очень медленно. Настроение ухудшалось». Тягостное состояние ожидания, описанное в приведенном наблюдении, вполне согласуется с информационной теорией эмоций, разрабатываемой П.В. Симоновым.

Эмоциональная напряженность, вызываемая ожиданием конца полета или длительного эксперимента, отчетливо проявляется в вегетативных реакциях, биохимических сдвигах, двигательной активности, нарушениях сна и ряде психофизиологических показателей (Временные пробы, работа на тренажере и т.д.). У космонавтов в полете в отличие от сурдокамерных экспериментов она обусловливается не только предвосхищением возвращения к обычной жизни, но и тревожным ожиданием: как пройдет спуск на Землю, а также «проигрыванием» возможных аварийных ситуаций во время спуска (Лебедев В.И.1985).

Подобные результаты изменения функционального состояния организма при длительном стрессе получены также у подводников, полярников антарктических станций, спелеологов и других специалистов. Применительно к общей схеме адаптации в динамике функционального состояния организма моряков на протяжении многомесячных плаваний на кораблях различных классов выделяют четыре периода (Сапов И.А. с соавт., 1986).

  1. Период переадаптации или физиологического напряжения (период компенсации), который занимает непосредственно предпоходовое время, первые 7-10 суток плавания и характеризуется повышением активности ряда органов и систем. В этот период основная нагрузка ложится на регуляторные механизмы. За счет их напряжения осуществляется приспособление физиологических реакций к изменившимся условиям среды.
  2. Период относительно устойчивой адаптированности организма к новым условиям, который обычно охватывает 15-90-е сутки плавания. Его физиологическую основу составляет вновь установившийся уровень функционирования различных органов и систем для поддержания гомеостаза в конкретных условиях плавания. Определяемые в это время функциональные сдвиги не выходят за рамки физиологических колебаний, а работоспособность моряков, по данным прямых и косвенных показателей, возрастает.
  3. Период дезадаптации, характеризуемый перенапряжением механизмов регуляции адаптационных процессов, отсутствием признаков адаптации нервной и эндокринной систем и некоторым снижением общей функциональной устойчивости организма моряков. Состояние организма в период дезадаптации может быть отнесено к преморбидному. Изменения функций организма, обусловленные дезадаптационными расстройствами, отмечаются, как правило, через 3-3,5 месяца плавания и более.
  4. Период реадаптации, который условно может быть разделен на три этапа. Для первого этапа, составляющего 1-3 дня после окончания плавания, характерны такие же изменения функций организма, наблюдающиеся в конце похода. Второй этап занимает 5-10 дней и характеризуется углублением неблагоприятных функциональных сдвигов. Третий этап реадаптации у корабельных специалистов продолжается несколько недель и характеризуется постепенным сглаживанием вегетативно-сосудистых и мышечных изменений и полной нормализацией функций организма.

Физиологические и психофизиологические исследования длительного стресса позволили выделить в первой стадии стресса — стадии мобилизации адаптационных резервов («стадии тревоги»), три периода адаптации к устойчивым стрессогенным воздействиям.

Первый период — активизация адаптационных форм реагирования за счет мобилизации в основном «поверхностных» резервов. Его продолжительность при максимальной субъективно переносимой экстремальности стрессора исчисляется минутами, часами. Первый период стресса у большинства людей отличается стеническими эмоциями и повышением работоспособности.

Второй период характеризуется началом действия имеющихся в организме «программ» перестройки, существующей «функциональной системности», и становления ее новой формы, адекватной экстремальному требованию среды. Продолжительность этого периода составляет около 11 суток. Для него часто характерно безболезненное состояние человека со снижением работоспособности. Однако высокая мотивация стресса в этом периоде может поддерживать достаточно высокую работоспособность человека и, более того, за счет временной «сверхмобилизации» резервов, в частности гипофиз-адреналовой системы, — купировать неблагоприятные проявления второго периода.

Третий период — неустойчивая адаптация. Проявляется в крайне неблагоприятных для человека условиях. Его продолжительность варьирует от 20 до 60 суток.

Анализируя проблему стресса, сопряженного с трудовой деятельностью, можно заметить тесную связь этого состояния с утомлением и переутомлением. Стресс и утомление служат главными «мишенями» фармакологической коррекции и иных способов регулирующих воздействий. Как стресс, так и утомление требуют последующего отдыха, а при крайней выраженности обоих состояний — и реабилитационных мероприятий. Они оба в определенной мере дезадаптивны и обозначают динамическое рассогласование индивида со средой. Вместе с тем, с физиологической точки зрения, утомлением является состояние организма, вызванное умственной или физической работой, при котором временно понижается работоспособность, изменяются функции организма и появляется субъективное ощущение — усталость. Утомление, по своей биологической сущности, является нормальным физиологическим процессом, выполняющим определенную защитную роль в организме, предохраняющим его отдельные физиологические системы и органы от чрезмерного перенапряжения и возможного повреждения. Эта сторона утомления является физиологически выгодной. Другая, ведущая к снижению работоспособности, неэкономичному расходованию энергии и уменьшению функциональных резервов организма, — невыгодной. Последнее, а именно, уменьшение уровня функциональных резервов при утомлении является различием между состоянием стресса и утомлением. Следовательно, при утомлении уровень функциональных резервов в той или иной мере снижен, в состоянии стресса отмечается гипермобилизация резервов. Именно в физиологических резервах организма, их мобилизации и истощении находится ключ к разрешению конкретных физиолого-гигиенических практических задач, связанных с обеспечением работы человека при действии на него экстремальных факторов. В этой связи представляется убедительным предположение Т. Кокса (1981) рассматривать утомление как генерализированную реакцию на стресс.

При рассмотрении концепции утомления и стресса обращает на себя внимание и то, что утомление, как правило, возникает в результате напряженной или длительной деятельности, в то время как возникновение стресса не всегда приурочено к ней. Стресс может развиться в начальной фазе работы, а также в период подготовки к ней (антиципирующий стресс, предстартовое состояние), т. е. направленность причинно-следственной связи от стресса к утомлению более вероятна, чем противоположная. Следовательно, состояние стресса взаимосвязано и с другими функциональными состояниями человека, рассмотрению которых посвящен следующий раздел.

Другие статьи

  • Центры развития ребенка в перми Добро пожаловать! Если у Вас есть замечательный малыш и Вы в поиске детского сада, тогда обратите внимание на наш Центр развития ребенка - Детский сад №108. Наша задача сделать ребёнка счастливым! И мы с этой задачей отлично справляемся! Ведь счастья много не бывает! […]
  • Возрастных особенностей детей среднего школьного возраста Возрастные особенности учащихся. Средний школьный возраст. Возрастные особенности учащихся Средний школьный возраст. Средний школьный возраст (от 11-12-ти до 15-ти лет) - переходный от детства к юности. Он совпадает с обучением в школе (5-9 классы) и характеризуется […]
  • Танакан таблетки для детей инструкция по применению Сегодня в продаже Форма выпуска, состав и упаковка Таблетки, покрытые оболочкой кирпично-красного цвета, круглые, двояковыпуклые; на изломе светло-коричневого цвета, со специфическим запахом. Вспомогательные вещества: лактозы моногидрат, целлюлоза […]
  • Можно ли дать ребенку отчество матери Можно ли дать ребенку отчество, отличающееся от имени мужа? мне скоро рожать мужа зовут ринат я хочу что б у реенка было другое отчество например сергеевна Ответы юристов (2) Присвоить отчество ребенку можно, написав заявление в отдел записи актов гражданского […]
  • Флемоксин инструкция по применению для детей суспензия Флемоксин Солютаб - инструкция по применению, аналоги, отзывы и формы выпуска (таблетки 125 мг, 250 мг, 500 мг и 1000 мг) лекарственного препарата для лечения ангины, гайморита и других инфекций у взрослых, детей и при беременности В данной статье можно ознакомиться с […]
  • Этамзилат инструкция по применению детям Этамзилат (Etamsylate) Действующее вещество Фармакологические группы Нозологическая классификация (МКБ-10) Состав и форма выпуска 1 ампула с 2 мл инъекционного раствора содержит этамзилата 0,25 г; в упаковке 10 шт. Фармакологическое действие Увеличивает образование в […]