Таблетки от послеродовой депрессии

Таблетки от послеродовой депрессии

Брексанолон, лекарство, разработанное компанией Sage Therapeutics, успешно прошло клинические испытания. В том случае, если FDA одобрит препарат к использованию, брексанолон может стать первым официально одобренным лекарством для лечения послеродовой депрессии.

Послеродовая депрессия – распространенное состояние, поражающее каждую девятую женщину вскоре после родов. Исследования показывают, что заболевание не обходит стороной и мужчин. У пациентов наблюдается подавленность, апатия, раздражительность, частые смены настроения.

В настоящее время для лечения послеродовой депрессии применяются антидепрессанты, психотерапия и другие подходы, которые используются и для терапии других состояний. Специфического лечения именно этой формы депрессии пока нет.

Клинические испытания препарата прошли успешно: брексанолон ослабил симптомы пациентов с тяжелой и умеренной послеродовой депрессией. Участники испытаний сообщили о том, что у них улучшилось настроение, ослабло чувство вины, стали меньше появляться суицидальные мысли, а также их меньше стала мучать бессонница.

Действие брексанолона, отмечают разработчики, направлено на нормализацию гормонального фона у только что родивших женщин. Таким образом, он работает иначе, чем антидепрессанты, которые используются для лечения «обычной» депрессии.

Всего несколько месяцев назад стало известно, что испытания брексанолона как средства для лечения тяжелых форм эпилепсии, провалились. Лекарство оказалось неспособно купировать приступы у пациентов с суперрефрактивным эпилептическим статусом.

В ранних исследованиях брексанолон продемонстрировал свою эффективность, однако к проведению экспериментов остались вопросы: выборка составляла всего 29 человек, а контрольная группа и вовсе не использовалась.

Запоздалая послеродовая депрессия . или пить успокоительные?!

Похоже у меня началась запоздалая после родовая депрессия! Накрывает меня, нервы сдают капец как, устала от всего, от каждодневного дня сурка! каждый день одно и тоже, прогулки с ребенком, стирка, готовка, уборка. А с моим маниакальным пристрастием к чистоте и с маленьким ребенком дома, уборка превращается в не прекращаемый почти круглосуточный процесс! Короче, быт достал конкретно, уже неделю реву по любому поводу, раздражает все и все. Муж сегодня сказал, что нервы нужно лечить, обещал купить побольше валерьянки. А мне хочется только одного закрыться в комнате, зарыться в одеяло и чтобы меня никто не трогал, как минимум сутки! Муж, несмотря на то что много работает, по возможности помогает, мне на него грех жаловаться. но последний раз куда то с мужем выбиралась года полтора назад, а в кино не была и того больше. Родители живут в другом городе, бываем мы у них раз в три месяца. Но наши бабушки и дедушки не особо горят желанием посидеть с внуком, хоть пару часов. максимум полчаса посюсюкаются с ним и то в моем присутствии и все. Прошлый раз, когда были у них в гостях, попросили бабушек побыть с внуком, хотели с мужем в кино пойти. так одна бабушка сказала, что на работе сильно устает, а вторая спросила: » Ну вам часика хватит, кино посмотреть» Да, блин, сеанс идет два часа, еще и доехать нужно! Вообщем так обидно, никуда мы не пошли! Я все понимаю, что мы рожаем детей для себя, но раз в год можно было бы с внуком побыть.

А сегодня вообще «весело» было. Неделю назад записалась я на прием к ЛОРу. У мужа сегодня выходной, и вот с утра пораньше его вызывали срочно на работу( это называется закон подлости). Ну думаю ладно пойду с сынулей, не к гинекологу же иду. Так пока сидели в очереди сын такой концерт по заявкам устроил! наслушалась я от бабулек в очереди, какие сейчас мамаши пошли, дитя своего успокоить не могут. И главное лезут сами, сердобольные блин, его успокаивать. А я то знаю своего ребенка, его когда так начинают сюсюкать, успокаивать он еще больше на публику играет. Вышли мы на улицу успокоились, отвлеклись. Зашли на прием, и тут мне врач с недовольным видом говорит, а как я вас с ребенком смотреть буду, оставьте его в предбанники кабинета.Вообще ненормальная, ага щас, я годовалого ребенка оставлю одного в коридоре. Короче я отказалась, а она говорит, я вам не верю что вам вообще некого попросить с ребенком посидеть, пока вы к врачу идете! Да, блин, придумываю я, вот мне так прям хочется ребенка по поликлиникам таскать, лишний раз инфекцию хватать! ух, выговорилась, даже легче немного стало! Сегодня я поняла, что завидую белой завистью тем, кому естькому доверить ребенка, хотя бы на пол часа, и еще поняла, что очень хочу хотя бы в недельный отпуск, но не в декретный, а в человеческий! И вообще хотела бы я посмотреть в глаза человеку, который декрет назвал отпуском!

Поговорим о лечении послеродовой депрессии

Если послеродовая депрессия длится более двух недель, ее симптомы существенно нарушают жизнь молодой мамы, у нее нет сил ухаживать за ребенком, необходимо срочно приступать к лечению послеродовой депрессии. Что можно сделать самостоятельно, какие препараты применяют — об этом мы и поговорим.

Думаю, только единицы женщин, заподозрив у себя послеродовую депрессию, побегут к врачу. Остальных же будет интересовать, что можно сделать самостоятельно, как преодолеть послеродовую депрессию, не обращаясь к врачу.

Как справиться самостоятельно

Все советы, которые я изложу касательного того, как избавиться от послеродовой депрессии самостоятельно, будут эффективны только при легком расстройстве.

При легком течении болезни симптомы будут присутствовать (такие как грусть, тоска, усталость, нарушения сна, сниженное настроение и другие), однако они умеренно выражены. Собрав всю волю в кулак, женщина можете вернуться к своим обязанностям и кое-как их выполнять.

Хотите узнать, страдаете ли вы послеродовой депрессией, пройдите тест на послеродовую депрессию.

Алгоритм действий

А теперь переходим к конкретным рекомендациям:

  1. Чтобы выйти из послеродовой депрессии, необходимо правильно расставить приоритеты: на первом месте должен быть ребенок — накормлен, сух, здоров. Для хорошего самочувствия малыша, а также, чтобы обеспечить ему (и себе) крепкий сон в ночное время, ребенка необходимо каждый вечер купать. На втором месте должен быть полноценный отдых мамы. Заснул ребенок — и вы можете поспать вместе с ним. Грязная посуда, уборка, стирка подождут. Зато если вы нормально выспитесь (мечта почти всех мам), то и сил на все это у вас будет гораздо больше.
  2. Не нужно «строить» из себя мать-героиню и отказываться от предлагаемой помощи. Как преодолеть послеродовую депрессию? Просто: примите помощь близких (или даже сами о ней попросите), в выигрыше будут все. Помощь может быть любая: погулять с ребенком, сходить в магазин (на базар) купить продукты, помочь с уборкой, с приготовлением пищи, со стиркой. Даже если до родов вы со всем справлялись на «5+», то после рождения малыша появится много новых обязанностей. Чтобы перестроиться на новый лад, прийти в форму, нужно некоторое время. Подумайте, кто и чем может вам помочь, и попросите их об этой помощи.
  3. Из предыдущих двух советов, как справиться с послеродовой депрессией, плавно вытекает следующее: не изматывайте себя. Как бы вы ни старались, но в первый год жизни ребенка вам не удастся быть идеальной мамой, женой, хозяйкой. Так вы только истощите свою нервную систему и можете вогнать себя в еще большую депрессию.
  4. Планирование своего времени необходимо не только офисным сотрудникам, но и всем молодым мамам, в том числе и тем, кто стремится преодолеть послеродовую депрессию. Накидайте для себя список обязательных дел на день, выделите из них главные и второстепенные и постарайтесь их выполнить в течении дня. Помните, что график должен быть гибкий, ведь дети — существа непредсказуемые. Дела выполняйте по мере появления свободного времени. Много дел не планируйте — с ребенком это вряд ли получится, только самое необходимое.
  5. Недавно родившей женщине необходимо нормально питаться, полноценно и регулярно. Не забывайте о соблюдении диеты, если вы кормите малыша грудью, однако и впроголодь сидеть нельзя. Готовьте самые простые блюда, не требующие значительных временных затрат — каши, супчики, тушеные овощи. Если есть возможность, приобретите кухонную технику, которая значительно упростит вам работу (мультиварку, посудомоечную машину, электромясорубку, блендер, пароварку и т. д.).
  6. Любой молодой маме нужно одновременно чувствовать себя женщиной. Поэтому постарайтесь спланировать свое время так, чтобы вы могли уделить лично себе хоть чуточку внимания. Когда ребенок спит, и за ним кто-то присматривает, вы можете понежиться в ванне, сделать себе масочку, накрасить ногти. Побаловав себя немного, вы словно вдохнете глоток свежего воздуха, взбодритесь, почерпнете энергию. Как-никак рутина изматывает, поэтому ищите способы внести разнообразие в постоянный «день сурка» — так можно назвать первые полгода-год после рождения ребенка.

Ничего сложного в выполнении того, что я описала выше, нет, однако все это выполнимо и эффективно и для тех, кто хочет выйти из послеродовой депрессии, и для всех молодых мамочек.

Медикаментозное лечение

Все рекомендации как самостоятельно выйти из послеродовой депрессии при тяжелой депрессии не окажут должного эффекта. У женщины банально не будет сил бороться с болезнью. В этом случае необходимо более действенное лечение — применение медикаментов, способствующих преодолению основных признаков болезни.

Основная группа препаратов, применяемых для лечения расстройства в послеродовом периоде — антидепрессанты.

Кормящим матерям не рекомендуют принимать какие-либо лекарства, но есть одно существенное «но». Всегда необходимо соизмерять, насколько серьезный вред оказывает депрессивное расстройство матери на ребенка, и насколько опасно применение антидепрессантов. При умеренных и тяжелых депрессиях принимать препараты НУЖНО, сама болезнь не пройдет. Если отказаться от применения таблеток при тяжелой послеродовой депрессии, этом может оказать неизгладимый вред для малыша. Так что делайте выводы.

Помимо этого могут использоваться гормональные препараты (эстрадиол), их курсовое применение по определенной схеме также способствует обратному развитию симптомов депрессии. Еще эстрогены оказывают профилактическое действие, их могут назначать для предупреждения появления симптомов болезни.

В послеродовом периоде у женщины могут появиться не только проявления депрессии, но и выраженная тревога, достигающая степени панических атак. Справиться с тревогой, паническими атаками поможет вальпроат натрия.

При послеродовой депрессии психотерапия может применяться как самостоятельно, так и в комбинации с медикаментозным лечением.

Чаще всего прибегают к межличностной терапии, направленной на устранение проблем в текущих взаимоотношениях. Во время сеансов психотерапевт поможет обнаружить, какие конфликты, проблемы спровоцировали развитие депрессии, пересмотреть свой взгляд на них и решить их.

Может понадобиться и семейная психотерапия. Участвовать в сеансах в таком случае нужно не только самой маме, но и другим членам семьи (отцу ребенка, бабушке, дедушке). Этот вид психотерапии помогает отыскать проблемы во внутрисемейных отношениях, найти компромиссный путь их решения.

Сколько таких сеансов понадобится? Все очень индивидуально. В среднем — от 8 до 20. Безусловно, найти время для посещения психотерапевта для мамы новорожденного ребенка очень сложно, однако если необходимо справиться с послеродовой депрессией, то нужно сделать все возможное, чтобы психический недуг остался позади.

Послеродовая депрессия: что делать?

Чтобы преодолеть послеродовую депрессию, необходимо приложить максимум усилий для этого. Не стоит надеяться, что все пройдет само по себе. Нужно кардинально пересмотреть свои приоритеты, снизить нагрузку на молодую маму. Если это не помогает, необходимо обратиться к специалисту, довериться ему, его опыту, его советам и соблюдать те рекомендации, которые он даст.

Если очень сильное депрессивное состояние, стоит обратиься к психологу за помощью. Сон, отдых, прогулки. Я купила себе коляску anex sport и много гуляла. Мужа беспокоило мое состояние — я постоянно молчала и много плакала. Ребенок не радовал, к мужу охладела. Зомби! Помог психолог и мама, которая несколько месяцев жила с нами и помогала решать бытовые проблемы.

Людмила, а не подскажите, к какому психологу вы обращались? Просто очень хочется найти хорошего специалиста. Спасибо!

Я на своем собственном опыте убедилась в том, что существует послеродовая депрессия и ее нужно лечить. Спустя 2 недели после родов я думала, что моя жизнь уже закончилась. Я ничего не хотела делать, даже встать с кровати мне было ооочень сложно. У меня постоянно было плохое настроение. А дочка требовала постоянно внимания. А кормить, менять памперсы, гулять с ней, убираться дома, готовить я просто не могла. Хотя раньше у меня такого никогда не было. Я чувствовала себя самой худшей матерью, у меня даже появились мысли о том, что мужу и дочке будет лучше, если я умру.
Но к счастью мое состояние заметила подруга и буквально заставила меня обратиться к психиатру. Врач долго подбирала лечение, пришлось поменять 2 антидепрессанта, пока подобрали подходящий, но спустя месяц мое состояние стало нормальным. Я смогла заботиться о дочери, муже, я поняла, какое это счастье — материнство! И я очень рада, что вовремя стала лечиться.

У меня два сына — 1год 3мес и 2год 3мес. Целый день очень психую, дети шумные, ночами уснуть не могу до пол ночи. Я считаю, что у меня очень силная депрессия, помогите мне, что мне делать

Очень надеюсь вы нашли психолога. сейчас эта проблема очень актуальна

Надя, если Вы сами подозреваете у себя признаки психического расстройства, тогда Вам нужно обратиться к психиатру.

Все хотят получить доступ к волшебному психологу, или чудесным таблеткам, которые решат все ваши проблемы. это не плохо, но вероятность того что вы найдёте именно того, небольшая, гораздо вероятнее попасть на очередных шарлатанов, которые с удовольствием наживутся на вашем горе…к сожалению, это реалии нашего времени.
гараздо лучше если вы сами найдёте выход, ведь «спасение утопающего дело рук самого утопающего». если вы ищите психолога, таблеточки это не плохо, значит вы осознаёте и способны просить о ПОМОЩИ!
не смотря на наличие большого потока информации, разобраться не просто -парадокс))
Девочки, найдите именно того «специалиста», который раскрывает правду и суть, где — в интернете, для меня это стали Нина Зайченко, О. Александровна, Света Гончатова — блогеры, доступные в интернете.
я сама прошла через послеродовую депрессию, с момента, когда я серьёзно думала о самоубийстве!
На самом деле все просто, не зависимо от того кто это вам скажет, суть будет сводится к следующему : ПРИЗНАЙТЕ И СМИРИТЕСЬ СО СВОИМ НЕСОВЕРШЕНСТВОМ!ВЫ НЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИДЕАЛЬНОЙ, ЭТО НЕ НУЖНО ДЕЛАТЬ НЕ ДЛЯ СЕБЯ, НЕ ДЛЯ МУЖА, СВЕКРОВИ … НЕ ДЛЯ РЕБЁНКА! ДОПУСКАЙТЕ ОШИБКИ БЕЗ САМОБИЧЕВАНИЯ И ЧУВСТВА ВИНЫ. ПРОЩАЙТЕ СЕБЕ НЕМЫТУЮ ПОСУДУ, РАЗРЕШАЙТЕ СЕБЕ СПАТЬ ДНЁМ ВМЕСТО УБОРОК И ГОТОВОК БЕСКОНЕЧНЫХ. ВСЕ ЧТО МОЖЕТ УПРОСТИТЬ ВАШИ БЫТОВЫЕ ОБЯЗАННОСТИ ВСЕ ЭТО СТОИТ ТОГО ЧТОБЫ ЭТО ВЫЛО У ВАС! используйте различные фишки, методики налаживания сна (для ребёнка), лайфхаки для мамы и подобные вещи.
вы способны сами выбраться из ямы безысходности! перестаньте быть тем кем бы вы хотели быть, и будьте тем кем вы есть, научитесь наслаждаться своим материнством.
если вы справитель с этим состоянием, тогда вам уже все будет по зубам!))))))

Смотрите так же:  Работа дефектолога с ребенком с синдромом дауна

Послеродовая депрессия- это, конечно, жуткая вещь, но с ней сталкивается практически каждая молодая мамочка. Заболевание может протекать как легкая грусть, но в 10% случаев отмечается тяжелое течение с подавленностью и недостатком интереса к жизни. Депрессия после родов может начаться в любое время от недели до нескольких месяцев после появления малыша на свет.

Моя нежданная послеродовая депрессия

«Марин, просыпайся, всё закончилось, у тебя мальчик», — услышала я сквозь сон. Интересно, снится мне это или нет, но вдруг я почувствовала резкую нехватку воздуха. Пыталась прокашляться. Не получается, что-то мешает. Не могу повернуться. Что же со мной, почему так плохо? Что-то вкололи, отключилась. В сознании бродит фраза: «У тебя мальчик». Опять плохо, и так до утра.

Утром повезли в палату, мне, вроде, лучше, осознание того, что я родила сына, еще не пришло. Пропустили ко мне мужа, сразу же принесли показать кроху. Муж плакал и смеялся, а у меня никаких эмоций, пустота какая-то, и всё.

Информация распространилась быстро, уже через час мой телефон захлебывался от звонков друзей и родственников, все поздравляли, желали счастья и здоровья. Я выслушивала, от души благодарила, не до конца понимая, за что.

Вечером попыталась встать с кровати, получилось не сразу, но получилось. Спала плохо, болело все ужасно, повернуться не могла. На следующий день мне ставили капельницы — почти 7 часов. По-моему это было хуже, чем сама операция. К вечеру я в первый раз почувствовала себя, можно сказать, хорошо, ходила по коридору почти 2 часа, потом сходила в детское отделение, посмотрела на своего малыша, но почему-то опять ничего не ощутила. Успокаивала себя тем, что после кесарева всегда так, наверное, бывает. Тем более что под общим наркозом, все-таки, ощущения рождения как такового не возникает.

На следующий день попросила перевести меня в палату из интенсивной терапии и дать мне ребенка хотя бы на день. Возможно, это и было моей первой ошибкой, моему организму требовался отдых после операции, а я его сразу же нагрузила — я таскала малыша с утра до вечера, ходила с ним по коридору, пыталась кормить, укачивать и т.д., и т.п. К вечеру я поняла, что вымоталась окончательно, у меня болело все, что можно, а ощущение любви к малышу так и не пришло.

Второй ошибкой было то, что меня поместили в отдельную палату. Я осталась одна. Потом были два дня кошмара, у меня пришло молоко. Как кормить, что делать? Я была в панике, я сильно нервничала, ребенок отказывался брать грудь, плакал, кричал, немножко спал, и опять все сначала. Мне, конечно, помогали, все показали, рассказали, но ничего не получалось. Я-то ожидала другого — что все будет сразу хорошо, что не возникнет никаких проблем.

А потом меня захлестнули плохие эмоции — всё, мне ничего не нужно, я не справлюсь, я не смогу, и так далее, все хуже и хуже. У меня пропал аппетит, все время тошнило. Ночью вдруг затрясло, поднялось давление, температура и полезли жуткие-прежуткие мысли — я откажусь от ребенка, я же все равно не смогу его воспитать! А как же я буду спать ночами? Он, наверное, будет кричать! И так далее.

Утром ко мне стали стекаться врачи, я плакала, не переставая, не обращала ни на кого внимания. Мне пытались показывать ребенка, я кричала, чтобы все ушли и забрали с собой это существо, которое мне не нужно. Меня оставили одну, наколов какой-то гадости. Я долго спала.

Проснувшись, я мысленно поняла, что надо выбираться. Но также я понимала, что сама этого сделать пока не могу. Начались долговременные беседы по телефону с мужем, мамой и папой. Мозгами я понимала, что это депрессия не из-за чего — у меня все хорошо, мой ребенок здоров, я физически почти в порядке, у меня любящий и любимый муж, живы и здоровы мама с папой, с достатком тоже нет проблем. Но откуда-то изнутри меня глодали мысли — я не справлюсь с ребенком, я же не умею, я же не смогу, это же такая ответственность! И потом я ничего не хочу менять в своем укладе жизни, я не хочу не спать по ночам, я не хочу жертвовать своей свободой, я не хочу, я не хочу, я не хочу.

Это уже были нотки чистого эгоизма, «я», «я», «мне», «я». Первым прочувствовал это папа, указав мне на излишнее употребление местоимения «я». После этого меня стали тащить уже целенаправленно, что своё «Я» я оставила на операционном столе, и теперь есть только «Мы».

Потом мне разрешили встретиться и погулять с мужем. Рожала я в простом роддоме, где посещения разрешены в строго отведенном месте, но мне пошли навстречу. Гуляли мы долго — почти 3 часа. Все это время я молчала, а он говорил, не переставая, рассказывая мне какие то новости, анекдоты, сплетни, истории, а я думала о своей жизни, вспоминала свои ощущения во время беременности. Потом обняла его сильно сильно, вздохнула глубоко-глубоко, и мне вдруг страшно захотелось обнять своего ребенка.

Вернувшись в палату, я поняла, что на меня также влияют больничные стены, я ни разу в свои 28 лет не лежала в больнице. Сев на кровать, я все еще раз взвесила и начала действовать.

Я повторюсь, что рожала я в простом роддоме, но по «дружеской договоренности», т.е. главврач был моим очень хорошим знакомым, и я была, скажем, на блатных условиях, возможно, что мне очень помогло.

К вечеру меня перевели в палату к девочкам, которые уже родили по своему второму ребенку. Тогда же, по моей настойчивой просьбе, мне принесли малыша. Я очень долго и пристально его разглядывала, рассматривала, гладила по головке, обнимала, целовала и мне показалось, что он понял, кто я. В следующее кормление я старалась быть настойчивой и не нервничать, и все прошло на ура. На ночь я его не отдала, положив спать рядышком с собой.

А на следующий день меня отпустили под расписку и под личную ответственность глав врача, которому я сказала, что во всем виноваты больничные стены, и что мне, чтобы вылечиться, срочно требуется уехать домой. Он меня отпустил, взяв с меня обещание показаться психотерапевту.

В тот же день ко мне приходил психотерапевт или психиатр, не знаю даже толком, кто. Сказал принимать антидепрессанты, так как у меня ярко выраженный послеродовый психоз. Я, естественно, наотрез отказалась — какие могут быть антидепрессанты при грудном вскармливании ребенка? Пообещала, что если не смогу выкарабкаться самостоятельно, обязательно ему позвоню и буду принимать его антидепрессанты.

Дома мне стало значительно лучше, меня больше не трясло, и не поднималось давление. Но все равно было не так, как я ожидала. По любому поводу и без я начинала плакать, я ругалась на маму, которая старалась помочь, на мужа, который вообще перестал понимать, что происходит. Я плакала, склонившись над ребенком, если у него вдруг выскочил прыщик или он начинал кричать, с мыслями, что я плохая мать.

Груз безумной ответственности давил на меня все сильнее. Я пыталась справиться с собой, но не могла. Господи, я же сильная, я еще не с такими переживаниями справлялась, и я старалась выбраться. Это продолжалось недели три, потом истерики случались все реже и реже, настроение мое становилось все лучше и лучше, ну и сошло на нет.

Недавно я решила проанализировать, что же, собственно говоря, и почему со мной произошло, как этого можно было бы избежать. Возможно, дело было в стимуляторах, которые мне кололи, чтобы вызвать схватки, или в антибиотиках после операции. Или, все-таки, в том, что я не готова была морально к родам и к появлению малыша.

Я относилась к беременности как-то очень просто и легко, не заморачиваясь по пустякам. С самого начала витала как будто в облаках, не понимая и не осознавая всю ситуацию. Слушая страсти про беременность и роды, про первые месяцы и годы жизни малыша я смеялась — со мной такого никогда не случится, у меня все будет не так как у вас, у меня все будет идеально и хорошо.

Беременность действительно прошла на «ура», возможно, повлиял мой очень положительный и оптимистический настрой, ну или просто повезло. Все 9 месяцев я летала, не ощущая никаких недомоганий, ну если только чуть-чуть и редко, мечтала о том, как я буду воспитывать своего маленького сынишку, пропуская мимо мозга мысли о предстоящих родах . Я совсем о них не думала, точнее, не хотела думать, иногда просто запрещала себе думать про них.

В журналах я пропускала все статьи про роды, так как была уверена, что ничего хорошего в них не пишут, а только пугают осложнениями и проблемами. Я также пропускала мимо ушей все россказни о том, что жизнь меняется, когда появляется малыш, появляются бессонные ночи, новые проблемы. В общем, ограждала себя от, как мне казалось, негативной информации.

И тут вдруг все изменилось, я перестала быть независимой и свободной. Я не могла больше позволить себе ужин до полуночи с друзьями в итальянском ресторанчике в центре, выходные в Питере, да или просто поваляться целый день дома в кровати с книжкой. Вот это меня больше всего испугало тогда, в палате интенсивной терапии. Именно оттого, что моя жизнь меняется полностью и бесповоротно, и началась моя так называемая послеродовая депрессия. Я не была к этому готова.

Сейчас нашему малышу три месяца, он улыбается, когда видит меня, а еще у него самые красивые глаза на свете и очень осознанный и взрослый взгляд. Он живет у меня на руках, ему нравится, да и мне спокойно и хорошо. Мы пережили с ним переломный момент в НАШЕЙ жизни, теперь учимся жить вместе. Я перестала говорить «я», теперь есть только «мы».

Моя история лишний раз доказывает, что к рождению ребенка надо все-таки хоть как-то морально готовиться, отодвигая на задний план свои амбиции и жертвуя своей личной жизнью. Осознать, что с момента его рождения только ты отвечаешь за его маленькую жизнь, только тебе заботиться о нем, только от тебя зависит, кем станет этот маленький человечек.

Одна моя подруга как-то сказала: «С рождением ребенка понимаешь, что закончилась твоё беззаботное детство, сколько бы тебе ни было лет». В ответ я лишь только засмеялась. Теперь могу немного перефразировать ее мысль: «С рождением ребенка закончилось мое беззаботное детство, и началось детство моего малыша. Точнее, наше новое детство, которое я постараюсь сделать беззаботным».

Как справиться с послеродовой депрессией

И вот такая проблема, о которой кричать охота. Может, кто сталкивался и имеет опыт, как пережить.
Моей девочке месяц.

Роды были тяжелые и лет мне уже немало, это первый ребенок, о котором мечтала всю жизнь. и вот получила и оказалась абсолютно неготова. Через три дня после родов меня накрыло черной депрессией. Надо сказать, что депрессиями я всю жизнь страдаю, с переменным успехом лечусь у психологов и медикаментозно. Были долгие хорошие периоды, годами, когда вообще про нее забывала. Ходила беременной — немножко поколбашивало иногда, но в основном наоборот, были хорошие 9 месяцев.

И вот теперь шандарахнуло так, что мало не покажется. С утра накрывает, паники и тревога, тяжелые мысли. Каждое утро жду с тоской, что опять начнется новый день и мне придется преодолевать себя, искать силы, которых нет вообще! Пробую держать режим: встала и гулять сразу, пока не накрыла темнота. Иногда от этого лучше, через полтора часа «пробега» с коляской чуть полегче, опять же люди кругом и общение, развеюсь. Приду — посплю с мелкой вместе, если даст. Вечером опять прогулка, занятия с мелкой и спать. С таблетками. Но легче что-то не становится пока.

С таблетками такая история, что дозу уже увеличивали три раза за месяц. С молоком не получилось, поэтому могу себя ими «травить» сколько угодно. Но особо облегчения не чувствую, хотя пью почти месяц их (антидепрессанты).

Иногда накрывает так, что хочется вызвать скорую и пускай везут в больницу, колют что угодно, лишь бы отпустило. Приходит страх, что зачем я такая мужу нужна, хотя он таких мыслей не заслуживает, помогает как умеет.

А ребенок?! Когда у меня очередной наплыв страха и тревоги, я не могу к ней вообще подходить! А мысли какие! «Что я наделала, я не справлюсь, это тюрьма на всю жизнь, это обуза и сумасшедшая ответственность, я не смогу ее полюбить, чувств нет, я сама не справляюсь со своей жизнью, а теперь тащить ее по жизни!» .Когда мне легче, я ее зацеловываю, радуюсь и не спускаю с рук. И чувствую себя виноватой, что во мне не вспыхнула любовь и все не затопила. Хотя понимаю, что, как врач сказал, это гормональный сдвиг плюс мои вечные депрессии, винить себя не в чем.

Смотрите так же:  Линии стресса

Но сейчас уже край! Каждый день край, сил нету. Больницы я боюсь, с тамошней обстановкой как бы хуже не сделали, и бросать дите на месяц страшно.

Кто такое проходил? Кончается ли это когда-то?? Когда люди начинают испытывать любовь и нежность к детям? Когда восстанавливается психика хоть немного после родов, особенно у таких слабых, как я? Что делать вообще, как себя настраивать?

При всем этом я понимаю, что я счастливая: у меня поддержка близких, девочка моя маленькая и сладкая, много друзей, и есть те, которым я могу ВСЕ рассказать. Но вдруг это вообще не пройдет?! Вдруг сдвинулось что-то в голове? Вот сегодня у меня такая слабость, что я не могу сползти с постели, а скоро вечер. С ребенком муж. А я на дрожащих коленках еле до туалета.
Прошу никаких моих данных не публиковать. И очень прошу не осуждать, типа, придумала глупости себе сама, мается дурью. Это депрессия, это реально тяжело. Но может кто-то преодолел? Проходит это вообще? Пожалуйста, поделитесь, чтоб у меня хоть надежда пришла, что это проходит!

В Германии для такой ситуации существует стандартный сценарий. (Который при первых же признаках проворачивают врачи, при этом сами ставят перед фактом всю семью, и сами же за пациентку отвечают на все вопросы, чтобы никто не вздумал даже говорить всякие глупости вроде «ну соберись» и «неужели все так плохо»).

Итак, стандартный немецкий сценарий: сначала от мамы убирают ребенка. Это может быть как-то ужасно звучит, но это на самом деле не ужасно, и не страшно, это нормальная мера, очень нужная. И от нее всем сразу становится легче и безопаснее. Потом быстро выясняют, кто с этим ребенком может посидеть. Если может папа, то папе нужно как угодно организовать вопрос с работой, больничным, не знаю как, чтобы взять просто ребенка на себя. Если папа совсем не может, опрашиваются ближайшие родственники: тети, бабушки-дедушки и прочие. Либо обсуждается комбинированный вариант, когда папа плюс все возможные родственники как-то делят между собой эту задачу. Если совсем никто не может, рассматривают варианты, при которых папа отдает лялечку на дневное время в государственные ясли для любого возраста, а после работы забирает домой. Совсем маленькому ребенку это не так страшно, они быстро приспосабливаются ко всем. Им важнее всего, чтобы за ними хорошо и спокойно участвовали. В общем надо, чтобы ребенок был присмотрен, и чтобы мамы этот вопрос вообще никак не касался.

Потом, третьим делом, претворяется в жизнь именно то, чего вам на самом деле хочется: маму везут в больницу и кладут туда. И даже не потому, что маме обязательно нужно лечение в клинике (хотя оно видимо таки нужно), но потому, что маму надо совершенно официально вынуть из дома и убрать от всех дел. Когда человек в больнице, его ничего дома больше не касается, люди там, дома, все должны разобраться без него. Это больше не ее забота, и нельзя больше к такой маме подойти, попросить о чем-то, ожидать чего-то, рассуждать о том, достаточно ли ей плохо, сильно ли она больна, и.т.д. Да, все, мама настолько больна, что ее госпитализировали — больнее некуда. Именно это в такой момент нужно. Полностью «легализованная» возможность о них обо всех забыть. Совсем! И заниматься только собой.

А потом уже лечат.

Я в какой-то момент поняла, что это — правильный сценарий. Если так не сделать, такие мамы до последнего терзаются чувством вины, считают себя не достаточно больными, оправдываются, и пытаются как-то все исправить. И из-за того, что они все время думают, что «может быть это не так страшно» — все остальные тоже радостно подключаюится к этой стратегии и твердят, что да, нваверняка не так страшно. А это — очень страшно.

А все, что вы пишете о своих чувствах и мыслях — для меня похоже на стандартный набор того, что мамы чувствуют в такой момент.
Мне кажется, главное тут — понимать, что это — клиническое состояние, это не каприз и не слабость характера, а это диагноз. Причем серьезный, это очень тяжелая и неприятная болезнь, и ее надо лечить.
И если есть такая возможность, нужно лечить ее именно вот по такому сценарию. Если другие не понимают — просто самой лечь в больницу, ип оставить всех перед фактом.

«Моя жизнь превратилась в ад». Молодые матери о послеродовой депрессии

13% женщин страдают от послеродовой депрессии, у 10% депрессия начинается еще во время беременности. В России, где психические расстройства принято считать блажью, молодые матери сталкиваются с непониманием и осуждением. «Сноб» записал пять историй женщин, которые мечтали убить собственных детей и умереть, но пережили это

2 Май 2017 12:37

Фото: David Cheskin/TASS

«Мне хотелось, чтобы меня спасли от моего материнства»

Марина, 24 года, Всеволожск. Была в депрессии три года

У меня двое детей, воспитываю их одна, родители помогают. О ребенке я мечтала очень долго и плакала, когда тесты показывали отрицательный результат. Я жутко завидовала беременным подругам. Ребенок был моей навязчивой идеей. Когда, наконец, я забеременела, то была на седьмом небе от счастья. Мою радость не омрачило даже расставание с отцом ребенка. Ничто не предвещало депрессии. Беременность проходила легко, без токсикозов, угроз выкидыша, отеков и лишнего веса. Это было хорошее время: я бездельничала, занималась спортом, ходила на концерты и в театр.

Где-то на 30-й неделе беременности гормональный фон начал меняться. Сначала у меня появились тревога и страх. Я боялась, что ребенок умрет или я умру, что я не смогу его обеспечить, никогда не встречу достойного мужчину, меня отчислят, мне придется взять академ, я не смогу закончить учебу. Я перестала спать ночами. Решила досрочно сдать сессию, но перенервничала, что не сдам сложный экзамен. Мне и моему врачу привиделась угроза выкидыша, и я легла на сохранение в роддом. Там была гнетущая атмосфера, да еще я сессию не сдала. По ночам я плакала. Мне было страшно, грустно и одиноко.

После выписки меня продолжила мучить тоска и тревога. В день родов я рыдала и рожать пошла совсем не с тем настроем, какой планировала. Мне кажется, в депрессии отчасти виноваты всякие стимуляции и эпидуральная анестезия, потому что нарушается гормональный баланс. У меня все это было. С малышом меня сразу разлучили на сутки, поэтому после родов меня стало мучить чувство вины. Вместо радости у меня были мысли, что все идет неправильно. Я до сих пор испытываю чувство вины перед ребенком.

Когда ему было два месяца, я стала писать подругам, что моя жизнь превратилась в ад. Я все время плакала. Потом у меня начались приступы агрессии: я срывалась на маму. Мне хотелось, чтобы меня спасли от моего материнства и разделили со мной тяготы и трудности. Когда ребенку было пять месяцев, мне было тяжело все: гулять, куда-то ездить, ходить в бассейн. Я не общалась с ребенком, на автомате кормила его грудью, носила в слинге и с ним спала. Никакой эмоциональной близости у нас не было. Я тупо лежала на диване и смотрела сериалы, дав ему грудь. Это было очень удобно: в эти моменты его как бы не было. При этом я постоянно чувствовала себя виноватой, и это усугубляло мое состояние. Через месяц я обратилась к психологу, который сказал, что никакой депрессии у меня нет. Еще через три месяца я начала говорить, что ненавижу своего ребенка, что он сломал мне жизнь. Я швырнула своего девятимесячного сына на диван. Мама, увидев это, ударила меня, а я в ответ ударила ее. В этот момент я поняла, что мне нужна помощь специалиста.

Я нашла другого психолога. Через месяц она сказала, что мне понадобится лекарственная терапия. Я пошла к психотерапевту, который предложил обойтись без таблеток: твоя проблема не медицинская. Я согласилась и еще почти год жила в подвешенном состоянии, мне было то хуже, то лучше. В какой-то момент я влюбилась в лечащего врача, у нас были отношения, хотя он был женат. Так у меня возникло чувство вины не только перед ребенком, но и перед Богом. При этом я радостно ушла в отношения, потому что они очень отвлекали от материнства. Закончилось это попыткой суицида. Я наглоталась таблеток, запила их вином и сутки пролежала без сознания. Очнулась от того, что ребенок бил меня планшетом по голове (мы были одни дома, моя мама уехала в отпуск). В полубессознательном состоянии я позвонила подруге и попросила приехать. Так я оказалась в психоневрологическом диспансере (ПНД).

Отец моего второго ребенка вообще однажды сказал, что вся моя депрессия — промыслы дьявола

Мне назначили лекарственную терапию. Я стала принимать антидепрессанты, транквилизаторы, нейролептики. Стало лучше, появилась эйфория. Я жалела о том, что упустила столько времени из жизни своего ребенка, начались игры и общение. Потом началось привыкание к таблеткам, и я их бросила. Через полгода у меня случилась вторая попытка самоубийства. Меня увезли в больницу. Потом я опять попала в ПНД. Постепенно депрессия сошла на нет и перешла в стабильное унылое состояние подавленности от своего материнства. Я снова пила таблетки.

После расставания с психотерапевтом я встретила другого мужчину. Он был готов помогать с ребенком, поэтому мы очень быстро стали жить вместе и даже поженились. Это были очень токсичные отношения, но я продолжала в них существовать, потому что муж разгружал меня с ребенком. При этом он плохо к нему относился, кричал, бил. Я вышла из декрета на работу. Нейролептики были очень тяжелые, я все время хотела спать, была в полупьяном состоянии и не могла работать, а однажды заснула прямо за столом. Муж потребовал, чтобы я бросила таблетки. На работе требовали то же самое. Я бросила сначала нейролептики, потом транквилизаторы и антидепрессанты, хотя психиатр считал, что мне надо продолжать их пить. Через месяц я узнала, что беременна. Я была в ужасе. Мне казалось, что второй ребенок — путь в ад, самоубийство. Но потом я поняла, что если сейчас не возьму в руки свою жизнь, то никогда уже этого не сделаю. Пить таблетки во время беременности я не могла, а делать аборт не стала. Я не осуждаю женщин, которые делают это вынужденно, но не скрываю раздражения к регулярным абортам из соображений комфорта. Тем не менее думаю, что запрещать аборты нельзя. Брошенные дети, ненужные, дети, страдающие от насилия в семье, — не меньшее зло. Сама бы я аборт не сделала никогда. При всем моем сложном отношении к детям и материнству, это для меня совершенно неприемлемо. В общем, я стала искать альтернативные пути лечения. Массаж помог справиться мне с бессонницей и тревогой. Я уехала жить за город, начала ходить на тренинги для будущих родителей. Я наконец-то нашла своего психолога: она мне действительно очень помогает.

Вторая беременность была очень тяжелой, но депрессии со вторым ребенком у меня не было и нет. Когда я чуть больше устаю, расстраиваюсь, пугаюсь, мне кажется, что вернулась депрессия, хотя на самом деле я просто устала и не выспалась. Я не могу сказать, что сейчас со мной все нормально. Есть легкая депрессия, но с этим можно жить. Без таблеток.

Я постоянно сталкивалась с непониманием. Самый мягкий вариант: ты не чувствуешь того, что ты чувствуешь, тебе просто лень (это я слышала даже от первого психолога). Отец моего второго ребенка вообще однажды сказал, что вся моя депрессия — промыслы дьявола, а пить таблетки — грех, потому что это наркотики. А уж о том, что это просто блажь, говорят постоянно.

«Жизнь из цветной внезапно стала черно-белой, хотя ребенка очень хотела»

Мария, 28 лет, Ижевск, была в депрессии около года

До беременности я вела активный образ жизни: училась в аспирантуре, работала. Я старалась везде успевать. После беременности пришлось немного притормозить, но меня это не особо напрягало. Мне всегда хотелось родить самостоятельно. О том, что это не получится и меня будут кесарить, я узнала за полтора месяца до родов. С этого и началась моя депрессия.

Это наш первый с мужем ребенок, запланированный и желанный. Беременность в целом прошла замечательно. Муж меня очень поддерживал. Еще в начале беременности я сказала ему: если меня накроет послеродовая депрессия, меня не слушай и разруливай ситуацию. Предчувствие было, потому что у меня довольно часто бывают перепады настроения, а иногда я зацикливаюсь на неприятных ситуациях и рефлексирую. Потом, когда я находилась в депрессии, я почему-то этого не осознавала. Как будто так и должно быть.

Мне сделали кесарево. Больше 12 часов я не видела ребенка. Организм, видимо, решил, что беременность прервалась: ребенка нет, значит, произошло что-то страшное. На третий день после родов меня как будто по голове ударили. Жизнь из цветной внезапно стала черно-белой. Все краски исчезли. Меня перестало что-либо радовать, хотя ребенка очень хотела. Первые месяца три я механически ухаживала за ним. Ощущения, что ребенок чужой, не было, но и какой-то любви — тоже. Я понимала, что это мой ребенок и мне надо за ним ухаживать, когда-то приласкать, когда-то обнять. Я это делала автоматически. Какие-то его достижения меня не радовали.

Несколько раз у меня были суицидальные мысли. Было ощущение, что, если бы я умерла, хуже никому бы не стало

Первый месяц после родов мы по настоянию моих родителей жили у них дома. При них даже нельзя было показывать, что мне грустно или я устала, потому что сразу же следовала фраза: «Да как ты вообще можешь так говорить! Вот некоторые женщины родить не могут, а у тебя такой замечательный ребенок! Ты еще и выпендриваешься». Мама меня, конечно, любит, но любит своеобразно. Мне кажется, для ее поколения характерна ориентация на ударный труд, на пользу обществу и на то, что подумают люди.

Смотрите так же:  Тайм менеджмент и стресс

Из всех родственников лучше всего меня понимал и поддерживал муж. В первые четыре месяца после родов я ничего не могла делать по дому. У меня были проблемы с грудным кормлением, я все время лежала на диване, положив ребенка на грудь. Муж возвращался с работы, покупал продукты, готовил, убирался и ни разу меня не упрекнул. Я очень ему благодарна. Конечно, у меня случались моменты просветления, но это было нечасто. Муж всегда давал мне выплакаться. Вечером ребенка укладывали, а потом я ему в плечо утыкалась и ревела, что жизнь бессмысленна и я так больше не могу. Муж меня успокаивал. Без него я бы из этого состояния не вышла.

У подруг детей не было, поэтому разговаривать на эту тему с ними я не пыталась. Я общалась в интернете, читала статьи о послеродовой депрессии и усталости и о том, что это случается со многими.

Несколько раз у меня были суицидальные мысли. Было ощущение, что, если бы я умерла, хуже никому бы не стало. Один раз я стояла возле окна и подумала, что вот выпрыгнуть — и все это закончится. Но потом сразу же: я выпрыгну, а ребенок останется один дома, муж придет с работы только поздно вечером — мало ли, что случится!

Сильные чувства, любовь к ребенку появились после восьми месяцев. Вину чувствую до сих пор. Первые полгода жизни ребенка для меня выпали, я практически ничего не помню. Если бы у меня не было фотографий, я бы не вспомнила, каким мой ребенок был через месяц или два после рождения. Я чувствую себя виноватой за то, что не смогла дать ему любовь в первые месяцы жизни, «доносить», как говорят психологи.

Я переписываюсь иногда с медсестрой из Нидерландов, которая ухаживает за новорожденными. У них отношение к послеродовой депрессии совсем другое. Когда я ей рассказала, она была в ужасе: «Как?! И никто из врачей тебе не помог?! И тебя не отправили на курсы?!» Странно было объяснять человеку, что в нашем обществе депрессия вообще считается не болезнью.

Сейчас я в декрете, подрабатываю на фрилансе, занимаюсь рукоделием. Планирую дописать кандидатскую. Я хочу еще одного ребенка. Уже буду знать, к чему готовиться, и, если снова почувствую такие симптомы, обращусь к специалисту.

Вообще, я считаю, что у женщины должно быть право на аборт. Ситуации бывают разные, а даже перевязка маточных труб не дает стопроцентной гарантии отсутствия нежелательной беременности. Мне бы не хотелось прибегать к прерыванию беременности, но зарекаться я не могу, поскольку, опять же, ситуации бывают разные.

«Ребенок теперь не в животе — от него не отвяжешься»

Елена, 23 года, Барнаул, в депрессии семь месяцев

Я в депрессии с момента родов и не вышла из нее до сих пор. Муж очень хотел ребенка, я — нет, вообще. С тех пор как я узнала о своей беременности, это чувство только усиливалось. Наверное, поэтому адаптироваться после родов было сложно. Когда я приехала из роддома, постоянно думала, что этот ребенок ненужный, он теперь не в животе и от него не отвяжешься. Я виню себя за эти мысли. У нас с мамой были хорошие отношения. Любовь и заботу я чувствовала постоянно. Моих родителей нет в живых, а родители мужа приходят раз в неделю посмотреть-полюбоваться малышом, но не помогают.

До родов я занималась переговорами с заказчиками — это довольно активная работа. Но у меня злость не потому, что эту часть жизни у меня отняли, а потому, что я не могу вволю поспать, заниматься своими делами. Ребенок посягнул на мое личное пространство. Сейчас весь мой мир раскрашен черным. У меня нет никакого желания что-то делать, и смысла в своих действиях я не нахожу. Меня больше не радует то, что радовало раньше. Муж и ребенок меня раздражают. Причем на ребенка даже злость бывает, плохо контролируемая. Иногда мне хочется его ударить. Я не могу сказать, люблю ли я его или нет. Все как-то неоднозначно. Бывает, что не люблю, но моментами вспыхивает «люблю!». Когда ребенку было два месяца, я пошла к психотерапевту. Он сказал: «Ты кормишь грудью, я ничего не могу тебе прописать». А муж считает, что переводить ребенка на смеси, во-первых, вредно для здоровья, а во-вторых, слишком дорого. Врач отправил меня на курсы, но ходить я на них не стала — не понравился психолог. Я думаю снова пойти к психотерапевту, когда перестану кормить грудью. Про группы поддержки в городе я не слышала. У нас лечат психокоррекцией: это разговоры с психологом и таблетки.

Если снова забеременею, пойду на аборт, не раздумывая

Иногда я думаю о смерти. Несколько раз уже была и петля готова, но что-то в последний момент останавливало — наверное, моя нерешительность.

Муж с пониманием относится к моей депрессии. Поддерживает, старается облегчить мое состояние. На форумах в интернете я свою ситуацию не обсуждаю. Пыталась как-то, но там мне сказали, что я все придумала и депрессия — не болезнь. Только одна девушка сказала что-то ободряющее, а остальные 20 на меня накинулись: «Лучше ребенком займись». А заниматься ребенком у меня просто нет желания.

Сейчас я в декрете. Хочу отдать малыша в ясли и выйти на работу. Муж со скрипом, но идею поддерживает. Будем думать, как это лучше организовать.

Я никогда не делала аборт, но если снова забеременею, сделаю, не раздумывая.

«Любовь к ребенку появилась, когда он начал разговаривать со мной, то есть когда на человека стал похож»

Екатерина, 24 года, Москва, была в депрессии три месяца

Я родила на четвертом курсе. Мы с мужем очень хотели ребенка. Я советовалась с мамой перед тем, как забеременеть. Она говорила: «Детишки — это счастье! Я с тобой отдыхала». Но у меня получилось не так.

Сначала все было хорошо. Беременность протекала легко. Ближе к родам у меня начались панические атаки, я не могла спать, мне все время казалось, что меня выгонят из университета — я не брала академ. Хотя все были настроены ко мне доброжелательно, мне казалось, что кругом враги.

Рожала я вместе с мужем, все прошло без проблем. Из роддома поехали к моей маме, чтобы она нам помогала. Но она много работала, ей было не до нас. Так что через месяц мы уехали обратно в общежитие. Там жили семейные пары, в общем, условия вполне комфортные. Но как было учиться, когда ребенок не отлипал от меня ни на секунду и спал только на мне? Попытки сбагрить его маме или мужу были бесполезны. Я готовилась к экзаменам с ним под мышкой. Сессию сдала. Детки до трех месяцев спят много, можно было найти время. Потом надо было писать диплом. Но ребенок подрос и уже просыпался ночью, так что я даже ночью не могла учиться. Укладывание спать занимало от часа и больше. Я сижу с ребенком все это время в темной комнате, то грудь дам, то покачаю. Кладу в кроватку — начинает орать. И так по 50 раз: положила-взяла. Ребенок засыпает. Знаю, что проспит максимум час. За это время мне надо помыться-поесть-заняться дипломом. Через 20 минут он просыпается. И в этот момент мне хочется его убить. Слабо помню тот период: я плохо соображала и делала все на автомате. После защиты меня накрыло. Ребенку был уже год, с ним стало ощутимо легче. Муж помогал. Но я была в каком-то анабиозе: лежала и смотрела в потолок. До антидепрессантов дело не дошло. В тот момент, когда я думала, что надо идти к психиатру, меня отпускало.

У нас с мужем была мечта родить минимум троих. Хочется, конечно, еще, но, когда вспоминаю всю ту жесть, становится страшно

После окончания университета я еще год сидела с ребенком и только недавно вышла на работу. Я работаю два-три дня в неделю на полставки. С ребенком в это время сидит мама. Она, по-моему, до сих пор не может избавиться от иллюзии, что все дети — сплошное мимими. Когда я говорила, что хочу сдохнуть и ненавижу все это, она отвечала, что вот у нее такого не было. Маме вроде как и жалко меня было, но она меня не понимала и не понимает: когда сидишь с ребенком два дня в неделю — это одно, когда круглосуточно — совсем другое.

Любовь к ребенку появилась, когда он начал разговаривать, мимику копировать, то есть когда он стал похож на человека. Говорят, что ребенок чувствует, когда его не любят. По-моему, если говорить о совсем маленьких детях, это хрень.

У нас с мужем была мечта родить минимум троих. Мы были такими юными романтичными идиотами. Грустно отказываться от мечты. Но все забывается, и дети — они же милые. Хочется, конечно, еще, но когда вспоминаю всю ту жесть, становится страшно. Я решила, что если будет второй, надо сразу брать няню и отдыхать хоть в какие-то дни. К абортам я отношусь плохо, сама никогда бы не сделала. Я за запрет или хотя бы за отказ от финансирования абортов по ОМС.

«Муж катил коляску, я шла за ним и рыдала от безысходности»

Татьяна, 26 лет, Симферополь, была в депрессии восемь месяцев

Моя мама прошла через послеродовую депрессию. После родов мама, по словам бабушки, резко начала меняться: она уходила в себя, была тревожной и не могла за мной смотреть. Меня растила бабушка, а мама с каждым днем отдалялась. Когда я стала чуть старше, мама пошла к врачу, который прописал ей психотропные препараты. Мама подсела на них — сейчас у нее II группа инвалидности.

Мой ребенок был очень желанный. Мы с мужем очень ждали его, готовились к беременности. Роды прошли идеально. Когда я впервые посмотрела на сына, подумала, какой же у него некрасивый нос, и почувствовала неприязнь. Я не понимала, почему должна следить и ухаживать за ним, не хотела к нему подходить. Мне хотелось плакать. Я вроде бы должна была чувствовать радость, но ощущала горе. Когда сыночку был месяц, муж катил коляску, а я шла за ним и рыдала от безысходности. У ребенка были сильные колики и атопический дерматит, он постоянно плакал. Это усугубляло ситуацию. Один раз мне хотелось избить мужа, хотя я очень мирная и мухи не обижу.

Все заботились обо мне беременной, а когда появился ребенок, все исчезли. Никого не интересовали мои чувства

Я читала, что в Японии в первый месяц после родов ребенком занимаются родственники, а мама лежит и за ней ухаживают. Это очень правильно. Все заботились обо мне беременной, а когда появился ребенок, все исчезли. В крайнем случае спрашивали, как дела у сына. Никого не интересовали мои чувства. Свекровь говорила: «Я вырастила двоих детей, у меня даже стиральной машинки не было! Ты обязана вырастить! Тебя теперь нет».

Муж взял отпуск и первый месяц помогал мне, сидел с ребенком, гулял. Теперь я понимаю, что мне от него нужна была другая помощь — сочувствие. Меня надо было обнять и сказать: «Ты такая молодец! Я вижу, как тебе плохо». Я понимала, что со мной что-то не так. Я поговорила с мужем, и мы за плату попросили мою подругу готовить и убирать в доме, потому что я была физически истощена. Это меня разгрузило, и я начала приходить в себя.

Депрессия обостряет страхи. У меня есть знакомые, которые, вспоминая то ужасное время послеродовой депрессии, больше не хотят детей. Из-за этой депрессии рушатся семьи. Без поддержки из этой ситуации выйти сложно. Психотерапия очень важна. Моя мама в нужный момент не получила ее.

Дети — большое счастье! Сейчас я чувствую абсолютную любовь к своему ребенку. Столько узнаю о нем каждый день, наблюдаю, как проявляется характер. Думаю о том, чтобы родить второго.

Я считаю, что с момента зачатия ребенок — это не клетка, а человек, поэтому я против абортов. Понимаю, что бывают патологии, угроза жизни матери. Тогда семья сама решает, нужен аборт или нет. Если просто запретить аборты, начнутся подпольные — это не выход. Лучше родить и отдать ребенка бездетной паре, а не губить жизнь.

Другие статьи

  • Лечение детей арбидолом Схемы приема у детей АРБИДОЛ ® является средством с прямым противовирусным действием, которое может быть рекомендовано детям в рамках профилактики и лечения простудных заболеваний. Препарат обладает выраженной терапевтической активностью в отношении гриппа А и В, […]
  • Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста Консультация (младшая группа) по теме: консультация для воспитателей. Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного возраста. Консультация для воспитателей. Предварительный просмотр: Формы и методы экологического воспитания детей дошкольного […]
  • Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Можно ли отказаться от совершеннолетнего ребенка Законодательством Российской Федерации не предусмотрено процедуры отказа от ребенка, возможно только лишение родительских прав. Так, согласно ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если […]
  • Что входит в обязанности родителей по воспитанию детей Глава 12. Права и обязанности родителей (ст.ст. 61 - 79) Глава 12. Права и обязанности родителей См. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 г. © ООО "НПП "ГАРАНТ-СЕРВИС", 2019. […]
  • Можно ли ребенку капать ромашку в нос отвар ромашки и нос неделю назад мы заболели к нам приходила врач и сказала 5 раз в день промывать нос пипеткой ромашки, потом отсасывать аспиратором, а потом капать капли сейчас я разговаривала с подругой, она меня отругала, сказала, что нельзя так ни в коем случае, […]
  • Как правильно купать в круге месячного ребенка Как купать ребёнка с кругом на шее С какого месяца купать ребёнка с кругом на шее, как правильно это делать, в какое время? Советы доктора Комаровского и видео инструкция. Водные процедуры – особенное удовольствие для маленького ребенка. Кроме обычного гигиеничного […]