Выход экономики из депрессии

Топ-10 самых депрессивных стран

Депрессия — это не просто плохое настроение. Это долгосрочное психологическое состояние, которое нельзя оставлять без внимания. Разумеется, в любой стране есть счастливые и несчастные люди. Но можно говорить и о том, что некоторые государства более, а некоторые менее депрессивны. Непоследнюю роль, конечно, играет экономика. Центр по контролю и профилактике заболеваний США и Бюро переписи населения США утверждают, что 5,4% населения земного шара страдает от депрессий. Кто же вносит самый весомый вклад в эту статистику? Предлагаем вашему вниманию список:

Итальянцы предпочитают не говорить о депрессии. 75% респондентов уверены, что это не тема для обсуждения. При этом почти 4% признали, что находятся в этом состоянии. Есть личные мотивы, но в последние годы на первый план выходит политика и экономика. Граждане Италии теряют ощущение стабильности.

В Мексике от депрессии чаще страдают женщины. А еще все зависит от уровня образования: чем больше эрудиции, тем хуже настроение. Мексика — страна с традиционными ценностями, поэтому семейные и богатые люди здесь меньше занимаются самокопанием. А если еще и с образованием не повезло, то вообще все прекрасно.

В прошлом году испанцы осознали, что их страна находится в технической рецессии. Уровень безработицы превысил 20%, а банковский сектор признан одним из самых слабых в Европе с точки зрения надежности. Молодежь страдает от экономического спада больше, чем взрослые. Именно молодые испанцы стали самыми частыми клиентами психологов и жалуются на депрессию.

В Бельгии опасная смесь депрессивных настроений и легализованной эвтаназии. Страна стала одной из первых, разрешивших даже эвтаназию детей, страдающих от неизлечимых болезней и находящихся в критическом состоянии. Сама по себе эвтаназия создает особую атмосферу, в которой люди начинают рассматривать даже крайние варианты выхода из неприятного психологического состояния, считают эксперты. Но, конечно, одной депрессии для разрешения на проведение эвтаназии недостаточно.

Ливан — небольшое государство на Ближнем Востоке, которое все время втягивается в региональные конфликты. Даже гражданская война в Сирии внесла свой вклад в дестабилизацию Ливана. В случае полномасштабной войны у этого государства будет не так уж много союзников, а своих сил для защиты национальных интересов может не хватить. Граждане Ливана на таком фоне от будущего ничего хорошего не ждут. В психологическую помощь многие ливанцы не верят.

Колумбийцы психологам верят, но возможность получить помощь есть не у всех. А экономических и политических проблем у этой латиноамериканской страны хватает. Одна из основных — попытка установить дружеские отношения с США и одновременно с враждебно настроенной по отношению к американцам Венесуэлой.

4. Нидерланды, 6,9%

О Нидерландах часто говорят как о лучшей стране, для того чтобы растить детей. Но вот по проценту депрессивно настроенных граждан это государство обгоняет другие европейские нации. Роль сыграла и голландская культура, которую считают достаточно мрачной в некоторых проявлениях, несмотря на современный облик и сопутствующий ему образ жизни Амстердама.

Голландцев обогнали французы, которые склонны к меланхолии и любят выпить вина, задумчиво глядя вдаль. Во французском языке даже есть специальное слово ennui, которое отражает особенное состояние, ассоциирующееся с тоской и депрессией. Согласно данным 2008 г. французы употребляют больше антидепрессантов, чем любая другая нация.

Ситуация на Украине подталкивает к депрессивным мыслям. Экономика страны в упадке, политика зависла между Россией и Западом, а выхода не видно. Психологи говорят, что распад СССР и переход на рыночную экономику, а также катастрофа на Чернобыльской АЭС в 1986 г. стали главными причинами долгосрочных негативных настроений у населения Украины. События последних месяцев — лишь следствие долгосрочных проблем, которые уже не первое десятилетие лежат тяжким грузом на плечах каждого украинца.

США медленно восстанавливаются после кризиса 2008 г. Но на фоне роста макроэкономических показателей сохраняются негативные тренды. Одним из главных стала долгосрочная безработица. Многие американцы вынуждены отказаться от поисков работы, так как хороших предложений на рынке слишком мало. В то же время американцы не боятся заявлять о своем плохом психологическом состоянии и получать помощь. Поэтому подсчитанный процент депрессивных граждан в этой стране более точно соответствует реальным цифрам.

Кто толкает США к экономической катастрофе

В начале мая 1157 экономистов, среди них 15 нобелевских лауреатов, написали открытое письмо Дональду Трампу. США, по их словам, ведут политику протекционизма, повторяя ошибки, сделанные в годы Великой депрессии.

АЛЕКСАНДР ЗОТИН, старший научный сотрудник Всероссийской академии внешней торговли

Мы напишем в «Спортлото»

Информационные агентства вроде вполне респектабельного Bloomberg раструбили новость: Трамп повторяет ошибки Великой депрессии. А значит, логично предположить, что его протекционистская политика ведет страну к новой экономической катастрофе.

Увы, значимость события несколько преувеличена. Начнем с того, что письмо составлено неправительственной организацией National Taxpayers Union, близкой к ультраконсервативным республиканским кругам, и мультимиллиардерами братьями Кох (совокупное состояние около $100 млрд).

Все письмо состоит из двух абзацев, в которых говорится, что нельзя повторять ошибки протекционизма, совершенные в результате подписания в 1930 году акта Смута—Хоули. Речь идет о повышении ставок импортных таможенных пошлин приблизительно на 50% (а точнее, с 40,1% в среднем на подпадающие под тарифы товары в 1929 году до 59,1% в 1932-м и с 13,5% на все импортные товары в 1929-м до 19,8% в 1933-м).

После этих самых двух абзацев идет длинная цитата из письма экономистов, которые в 1930 году призвали тогдашнего американского президента Гувера не подписывать этот документ.

Акт Смута—Хоули не стал детонатором Великой депрессии в США. Она началась за год до принятия акта, и у нее были совсем иные причины. Прежде всего это кредитный пузырь в результате перегрева экономики в «ревущие 1920-е» и дефляционная ловушка из-за ориентации основных мировых экономик на золотой стандарт.

Одним из крупнейших современных знатоков Великой депрессии является экс-глава ФРС Бен Бернанке с его классической работой «The Gold Standard, Deflation and Financial Crisis in the Great Depression: An International Comparison».

Бернанке, кстати, подписать нашумевшее письмо не счел нужным. Этого в Bloomberg и других агентствах почему-то не заметили, хотя всем должно быть известно, что именно он — главный специалист по теме (а не масса других подписантов, уважаемых, но часто далеких от рассматриваемого вопроса).

Резкие повышения импортных тарифов происходили в США и в другие периоды, например в 1861 и в 1920–1922 годах, что не сопровождалось никакими спадами. Впрочем, не исключено, что акт Смута—Хоули действительно ухудшил течение уже разразившейся депрессии и замедлил выход из нее.

Бумажный тигр протекционизма

Можно ли согласиться с тем, что повторение протекционистских ошибок 1930-го — это плохо? С некоторыми оговорками, пожалуй, можно. Можно ли подписаться под тем самым письмом экономистов 1930 года? Тоже с некоторыми оговорками можно. Можно ли призвать Трампа не совершать похожих на те, прошлые, ошибок? Тоже с некоторыми уточнениями можно. Совершает ли их Трамп или собирается совершить? Вряд ли.

Кредитный пузырь «ревущих 1920-х» обернулся многочисленными банкротствами банков

Фото: Bettmann / Getty Images

Как мы помним, в результате подписания акта Смута—Хоули импортные тарифы на все ввозимые в США товары поднялись со средней ставки 13,5% в 1929-м до 19,8% в 1933-м. Делает ли Трамп что-то похожее? Вовсе нет, и не собирается. По подсчетам Goldman Sachs, в сумме уже введенные США

Как говорится, цифры говорят сами за себя. Вспомним, что Трамп угрожал расширить список подпадающих под тарифы товаров еще на $100 млрд. Хорошо, пусть ставка в итоге вырастет не до 2,5%, а, допустим, до 3,5%. Шок и трепет.

В модели Goldman Sachs одностороннее увеличение эффективной ставки импортных тарифов США на 1 п. п. ведет к повышению (sic!) ВВП США на грани статистической погрешности (0,01% ВВП за год) и столь же незначительному снижению мирового ВВП.

Двустороннее и многостороннее повышение на 5 п. п. (практически невероятный результат, даже анонсированное Трампом рассмотрение введения пошлин на дополнительные $100 млрд китайского импорта и симметричный ответ Китая такого не предполагают) ведет к незначительному снижению ВВП США (около 1% кумулятивно за четыре года — прогноз из серии «либо ишак сдохнет, либо эмир»).

Чтобы хоть немного испугать читателей, в Goldman Sachs добавляют коррекцию на рынках акций, но она и так давно назрела и без всяких торговых войн, учитывая почти безостановочный и мало чем обоснованный рост фондового рынка с момента избрания Трампа.

Сенатор Смут (слева) и конгрессмен Хоули хотели как лучше

Фото: Granger / DIOMEDIA

Исследователи акта Смута—Хоули указывают, что основным негативным воздействием на мировую экономику было не введение акта самого по себе, а ответные меры торговых партнеров США.

И чем же может ответить Китай? По большому счету ничем. Во-первых, экономика США значительно меньше зависит от внешней торговли (экспорт к ВВП — 11,9%), чем Китай (19,2%). Во-вторых, торговая позиция Китая с США не дает Пекину возможностей для реагирования. Китайский импорт в США составил в 2017-м $506 млрд против американского импорта в Китай в $130 млрд (дефицит США в торговле с Китаем — $375 млрд).

Китай может ввести тариф на американские соевые бобы. Это крупнейшая позиция в американском агроэкспорте. Однако этим Китай накажет сам себя. Соевые бобы используются как фураж для свиноводства, а цены на свинину в Китае — политически чувствительный вопрос. Наладить закупки у других производителей Китаю вряд ли удастся, так как мировой рынок соевых бобов, по сути, дуополия с доминированием США и Бразилии, а Китай — крупнейший импортер с долей рынка в 60%.

Аналогичная ситуация и с дальнемагистральными самолетами. Здесь тоже дуополия американской Boeing и европейской Airbus. Китай может переключиться на закупки Airbus, но производство самолетов — долгий процесс, и Airbus технически не сможет быстро увеличить производство.

Непримиримые торги

Вообще товары, импортируемые из США Китаем, — в основном технологически сложные (как те же самолеты), поэтому наложение на них торговых ограничений может повредить собственно развитию китайской экономики (см. подробнее «Непримиримые торги»).

В общем, угрозы торговой войны несколько преувеличены.

Ведет ли Трамп США к депрессии?

Означает ли это, что угрозы новой Великой депрессии в США нет и экономисты зря писали Трампу предупреждения? Не совсем так. Предупреждения о возможности экономических проблем весьма актуальны, но их причины несколько иные. А протекционизм выбран как козел отпущения только потому, что в отличие от более значимых причин возможной рецессии или даже депрессии он угрожает доходам элиты, а не простонародья.

Традиционный представитель элиты, интересы которой обслуживают как республиканцы, так и демократы, а равно и академический экономический мейнстрим (в основном выродившийся в схоластические упражнения по математическому моделированию),— это владельцы крупного транснационального капитала, богатые сторонники политики свободных рынков. Их взгляды вполне уживаются, например, с аутсорсингом — перенесением рабочих мест в промышленности за границу, где труд значительно дешевле, чем в США. Следствием этого является падение реальных доходов среднего класса в Америке.

Зато у крупных транснациональных корпораций растет прибыль, им выгодны дешевая рабочая сила, дешевый импорт и открытые для капитала и товаров границы. С этих позиций плутократического истеблишмента протекционизм действительно исключительно вреден.

Простые люди не без оснований полагают, что политическая система принимает решения в интересах богатых

Фото: Erik McGregor/Sipa USA/Коммерсантъ

Другим аспектам экономической политики Трампа экономисты и нобелевские лауреаты уделяют меньше внимания. Во всяком случае, громких писем не пишут. Например, недавняя налоговая реформа Трампа вполне обрадовала владельцев капитала, так как при прочих равных увеличиваются прибыли компаний (те же братья Кох активно лоббировали реформу). Оптимизм захлестнул и серьезные организации. Оценивая налоговую реформу в США, МВФ прогнозирует, что к 2020 году реальный ВВП будет на 1,2% выше по сравнению с базовым сценарием без реформы.

Впрочем, аналитики МВФ предостерегают, что в результате более высокого фискального дефицита и долга рост после 2022 года будет ниже по сравнению со сценарием без реформы. Но это потом, а повышенные дивиденды акционеры получат сейчас. А издержки будущего кризиса можно будет, как всегда, национализировать.

Более детальный анализ показывает, что налоговая реформа Трампа — куда более правдоподобная причина будущей рецессии или даже депрессии. Американская экономика сейчас и так близка к перегреву (почти полная занятость и некоторое усиление инфляции). В таких условиях снижений налогов не проводят.

Это отход от классической контрциклической фискальной политики (проще говоря — снижай налоги, когда все плохо, повышай, когда все хорошо). Фактически впервые в американской истории мы имеем огромное фискальное стимулирование экономики не на фоне рецессии или какой-то еще катастрофы, а в ситуации, когда все очень даже неплохо, безработица исключительно низкая, а акции — в «бычьем» рынке с 2009 года, стоимость активов сильно завышена. Рост госдолга и дефицита бюджета из-за налоговой реформы плутократию и обслуживающий ее академический истеблишмент тоже особо не волнуют.

Разогреваемый налоговыми стимулами спрос в экономике упирается в довольно сильные кратко- и среднесрочные ограничения по загрузке мощностей, что характерно для поздней стадии классического экономического цикла. Проще говоря, новый спрос не будет мгновенно балансироваться новым предложением, а так как предложение останется приблизительно таким же, дополнительный спрос вызовет рост цен. Короче, почти идеальный инфляционный рецепт.

Смотрите так же:  Невроз что попить

Все это в итоге может вынудить ФРС повышать ставки агрессивнее, чем на то сейчас рассчитывает рынок. Резкий рост ставок может обрушить завышенную стоимость активов, прежде всего на рынке акций, в особенности высокотехнологичных компаний (ситуация здесь напоминает так называемый пузырь dotcom, обрушение которого привело к рецессии в 2001-м).

А возможности противостоять этой, может быть, стагфляционной ситуации (отсутствие экономического роста при росте инфляции) у ФРС и других мировых центробанков сейчас ограничены.

Если выбирать между предупреждением 1157 экономистов и Рея Далио, то аргументация последнего выглядит убедительнее. Впрочем, у первых вообще нет никакой аргументации, кроме письма 88-летней давности.

Экономическая депрессия

Депрессия (экономическая) — сильное сокращение реального ВВП на протяжении нескольких лет подряд. Точного определения понятия «сильное» не существует, но многими экономистами принято рассматривать в качестве однозначного признака депрессии падение реального ВВП страны более чем на 10% на срок свыше двух лет. Другими словами, депрессия — это экстремально сильная и затянувшаяся рецессия. С другой стороны, нужно отличать депрессию от кризиса, т. к. кризис — явление краткосрочное.

Термин «депрессия» активно использовался экономистами, политиками и журналистами на протяжении XIX – первой половины XX века. Начиная с середины XX века излишне негативный смысл этого слова в сочетании с относительно свежими воспоминаниями о Великой депрессии 1930-х годов в США привели к вымыванию его из употребления и замещению на более нейтральные термины «рецессия», «стагнация», «замедление» и пр. Однако события, связанные сначала с крахом социалистической экономики, а позже — с кризисом в Греции, возродили интерес публики и экономистов к этому понятию.

Среди экономистов нет единодушия относительно причин Великой депрессии. Существуют несколько теорий относительно ее предпосылок, но широко считается, что в возникновении экономического кризиса сыграла роль совокупность факторов:

— Кейнсианское объяснение связывает кризис с нехваткой денежной массы. В то время деньги были привязаны к золотому запасу, это значительно ограничивало денежную массу. Одновременно масштабы производства росли, появлялись новые виды товаров, такие, как автомобили, самолеты, радиоприемники.Товарная количество, как валовая, так и ассортиментная увеличивалась в разы. Вследствие ограниченности денежной массы и растущего избытка товарной массы возникла сильная дефляция — ценовой спад, вызвавший финансовую нестабильность, банкротство многих предприятий, невозврат кредитов. Грандиозный суммарный эффект нанес ущерб даже развитым отраслям экономики.

— Марксистское объяснение объясняет депрессию кризисом перепроизводства, присущей капитализму.

— Теория биржевой пузыри утверждает, что инвестиции в производство были намного крупнее реально необходимы.

— Теория стремительного прироста населения связывает кризис с большим количеством детей в семье. Большое количество детей была характерна для аграрного способа производства (в среднем 3-5 детей на семью), однако на период кризиса значительно сократился процент естественной смертности от болезней в результате технологического прорыва в медицине и временного повышения уровня жизни.

Учитывая, что депрессия — это лишь сильная рецессия, все признаки последней можно отнести и к депрессии: падение ВВП, рост безработицы, сокращение промышленного производства, снижение объемов торговли, падение уровня жизни населения. Но, в отличие от периода рецессии, во время депрессии все эти факторы проявляются особенно сильно.

Исследователи выделяют несколько случаев экономической депрессии в XX веке. Великая депрессия в развитых странах мира продолжалась с 1929 по 1933 год. В США, Великобритании, Германии и Франции промышленное производство упало на 23–46%, безработица превысила 20%, международная торговля рухнула в два-три раза. В 1980-е годы серию депрессий пережили страны Южной Америки: Аргентина, Бразилия, Чили и Мексика. В начале 1990-х распад социалистического хозяйства обрушил в депрессию страны Восточной Европы и бывшего Советского Союза. В те же годы депрессию пережила и экономика Финляндии, которая была плотно связана с советской. Наконец, в 2011-м в состояние депрессии (после двух лет рецессии) вошла экономика Греции, где падение ВВП, по официальным данным, достигло 15% от уровня 2008 года, а безработица выросла до 25%.

Рецепт Кругмана: как вывести экономику из кризиса?

Пол Кругман. Выход из кризиса есть! М., Азбука-бизнес

Зазор между выходом экономической литературы в оригинале и на русском языке становится все меньше. Правда, пока это касается только очень популярной литературы. Очередной бестселлер Нобелевского лауреата и многолетнего колумниста New York Times Пола Кругмана «End the Depression Now» был издан ровно год назад — 30 апреля 2012-го. И вот он уже на русском, причем — что большая редкость для экономических книг — в хорошем переводе (изд. «Азбука Бизнес»). Кругман — заядлый колумнист, блогер и полемист — давно пишет не академично, а живо и образно. Переводчик Юрий Гольдберг сохранил эти достоинства оригинала.

За год-два (Кругман закончил эту работу в начале 2012 года) предмет книги не утратил актуальности: депрессия, покончить с которой мечтает Кругман, еще не ушла. Впрочем, депрессией состояние американской экономики можно назвать лишь наполовину. В 2012 году ВВП вырос на 2,2% (в 2011-м — на 1,8%). Это уже не жалкие 0,5–1% роста, но и не докризисные 3% и выше. Безработица в феврале 2013-го снизилась до 7,7%.

Не кризисные 10%, но и не докризисные 5%. Оба показателя сигнализируют, что дорога из депрессии пройдена лишь наполовину.

Кругмановские рецепты по выходу из кризиса основаны на кейнсианских представлениях. Во время подъема, гласят они, государство должно экономить. Кризис — это результат ослабевшего спроса, техническая заминка: «Источники наших бед незначительны, и ситуацию можно быстро и легко поправить». Надо только, чтобы бюджет «не разрушал рынок труда» экономией расходов. Смириться с увеличением дефицита и подстегнуть рост, финансируя недозагруженные мощности за счет государственных вливаний, покуда частный сектор не будет готов снова тратить деньги.

Покончить с кризисом несложно, уверен Кругман. Надо лишь сменить курс «от провальной политики жесткой экономии» к активному стимулированию, и «мы бы смогли восстановиться достаточно быстро». Нужны «лишь ясность мысли и политическая воля». Альтернатива стимулированию экономики — застойная безработица, снижающая квалификацию и уменьшающая шансы вчерашних выпускников университетов на успешную карьеру.

Основной противник такого подхода — монетаристы. Это в них причины европейских бед. Это они диктуют свою волю республиканцам. А демократ Барак Обама склонен к излишнему соглашательству: вместо того чтобы «проверить [республиканцев] на вшивость»,

он «допустил шантаж» и предпочел договориться о снижении госрасходов с 2013 года.

Как государство может стимулировать экономику, когда у него есть деньги, — понятно.

Почему это нужно делать и когда денег нет, Кругман объясняет на примере работы 1977 года о кооперативе нянь с Капитолийского холма. Авторы, супруги Суини, входили в кооператив, объединявший 150 молодых пар, в основном служащих конгресса. Сорок лет назад его члены экономили на нянях, присматривая за детьми друг друга. Чтобы каждая пара помогала другим не меньше, чем сама пользовалась их услугами, была введена система сертификатов. Каждым вступившим в кооператив выдавалось по 20 купонов. За каждые полчаса присмотра родители платили 1 купон и столько же они получали, сидя с чужими детьми.

К третьему году активность в кооперативе упала. Большинство родителей стали запасать купоны на случай, если няня будет нужна несколько раз подряд. Никто не оставлял детей, пока запас купонов не пополнится. Возможность заработать купоны уменьшилась. Депрессия! Выходом из нее стал печатный станок. Этим примером Кругман иллюстрирует мысль «ваши расходы — это мои доходы», поэтому, напечатав денег и потратив государственные, можно увеличить экономический рост. Рецепт кооператива нянь излечит и мировую экономику, уверен Кругман. Однако он умалчивает, что в примере Суини печатание купонов привело к инфляции: когда их стало слишком много, все были готовы сдать своих детей «на хранение», но никто не хотел сидеть с чужими. Найти няню стало невозможно. Поэтому Суини пришли как раз к монетаристскому выводу: количество сертификатов нужно поддерживать на постоянном уровне в отношении к числу членов кооператива.

Видимо, Кругман, сделавший из «кооператива нянь» ключевую метафору своей книги, не дочитал четырехстраничную статью Суини и до середины или забыл ее.

Или, как профессиональный манипулятор идеями, использовал только нужную ему часть работы. Так Кругман поступает и в остальных случаях. Он не учитывает, что спрос американских домохозяйств ослаб в силу гигантской долговой нагрузки, которую они на себя взвалили. Попытавшись помочь должникам и банкам, США и Европа и сами влезли в долги. Финансовый кризис мутировал в кризис суверенного долга, механика которого лучше всего описана в книге Кармен Рейнхарт и Кеннета Рогоффа This Time is Different. Когда доверие инвесторов к государствам-заемщикам, включая и США, снизилось, бюджет не может безоглядно наращивать расходы в долг. Государства могут потратить лишь столько, сколько не сочтут чрезмерным инвесторы.

Но даже если госдолг низкий, как у России, стоит ли следовать кругмановским рецептам — ускорять рост, печатая деньги и увеличивая дефицит? Этими лекарствами можно лечить слабость потребительского спроса. Но в США — долговой кризис, а в Европе — он же плюс невозможность приспособить одну монетарную и бюджетную политику к странам с разным уровнем развития. В России — недружелюбное к бизнесу государство, слабая конкурентная среда. Дополнительные госрасходы эти болезни не вылечат.Но главное, госрасходы не ведут к росту экономики. Один из оппонентов Кругмана гарвардский профессор Роберт Барро показал, что в США даже в годы Второй мировой войны (любимый пример кейнсианцев) мультипликатор госрасходов не превышает 0,5–0,8. То есть увеличение бюджетных трат на $1 приводит к росту ВВП не больше чем на 80 центов. Проблема в том, что рост госрасходов не прибавляется к расходам остальных агентов экономики, а замещает их. И уменьшает уверенность экономических агентов в будущем, ведь они понимают, что за взятые сегодня в долг деньги придется платить. Так что кругмановская политика может убедить лишь неискушенного читателя. Выход из кризиса есть — и не один, но нет ни одного простого и связанного с ростом госдолга.

Выход экономики из депрессии

25 февраля 2019

Белок FOXP1 может участвовать в контроле аутоиммунных заболеваний

25 февраля 2019

Маркетологи останутся без работы, если не научатся применять новые технологии

Альтернативные модели выхода из Великой депрессии : либеральные пути. Пострузвельтовская Америка.

Анализируется становление национальных моделей государства благостостояния как ответ на вызовы Великой депрессии и Второй мировой войны. Особое внимание уделяется британскому «новому либерализму», вдохновленному Дж.М. Кейнсом и У. Г. Бевериджем, и шведскому социал-демократическому «народному дому». Отдельно рассматривается макроэкономические основы развития США после реформы Ф.Д.Рузвельта. Охарактеризованы научно-технический, сельскохозяйственный и военно-промышленный аспекты лидерства США в капиталистической мир-системе.

В монографии, переведенной Анной Плисецкой (проект фонда «Либеральная миссия»), историк Бертон Фолсом развенчивает идиллическую легенду о Новом курсе Франклина Рузвельта — экономической политике, которая якобы спасла капитализм в условиях беспрецедентного всемирного экономического кризиса. Согласно Фолсому, программы Нового курса тормозили восстановление экономики, отличаясь хаотическим планированием и расточительными государственными расходами на фоне беспрецедентного повышения налогов. Автор анализирует реализацию нескольких наиболее масштабных и вредных программ: деятельность администрации восстановления национальной промышленности, администрации по регулированию сельского хозяйства, корпорации финансирования реконструкции и двух управлений общественных работ. Особое внимание автор уделяет использованию федерального финансирования в политической борьбе на президентстких и промежуточных (сенаторов и конгрессменов) выборах 1934- 1938 гг., в борьбе с региональными политическими и деловыми элитами. Федеральные средства направлялись не в те штаты, где этого требовала экономическая ситуация, а туда, где они позволяли приобрести голоса избирателей.

В монографии анализируются «черные годы» капиталистической мир-системы — Великая депрессия — и альтернативные пути выхода из крупнейшего кризиса капиталистического хозяйства. Центральное место уделено великой реформе в США — «Новому курсу» Ф.Д. Рузвельта; но рассматриваются также альтернативные европейские модели выхода из Великой депрессии (фашизм в сравнении со скорректированным либерализмом). Особое внимание уделено взаимовлиянию экономик СССР и США в течение социалистической индустриализации и «Нового курса».

Мировой экономический кризис сделал неизбежной постановку вопроса о создании системы глобального управления, которая могла бы избавить мировое сообщество от масштабных финансово-экономических потрясений в будущем. Состоявшиеся в 2008-2009 гг. встречи стран «двадцатки» на высшем уровне породили надежду на формирование столь необходимого для решения данного вопроса политического лидерства. Намечающиеся контуры системы глобального управления пока представляются в виде треугольника, сторонами которого являются ООН, Группа двадцати и важнейшие международные институты, такие как ВТО, МВФ, Всемирный банк.

Общими причинами бушующего финансового кризиса, на мой взгляд, являются:

• Цикличность динамики мировой и национальных экономик развитых стран и усиление синхронизации этих процессов в основных центрах мировой экономики (в «Великой триаде»).

• Глобализация мировой экономики и мировых финансов на общем фоне роста политической нестабильности и угроз вооруженных конфликтов в разных регионах мира – это усиливает неустойчивость мировой экономики и глобальное движение потоков капитала.

• Специфическое воздействие высоких цен на нефть на движение ссудного капитала, «отрыв» ценообразования на этот продукт от «классического» формирования цены и «давление» огромных массивов «свободных денег» на мировые финансовые центры, создание «мыльных пузырей» и соответственно необычайный рост масштабов фиктивного капитала.

• Формирование процессов, ведущих к уничтожению конкуренции в сфере крупного финансового капитала, рост глобального монополизма, подавляющего конкуренцию.

• Снижение эффективности и качества менеджмента в США, ЕС и Японии, неоправданные риски, допускаемые им в погоне за сверхприбылями.

• Кризис Бреттон-Вудских финансовых учреждений, созданных еще в конце Второй мировой войны для регулирования мировой финансовой системы, отсутствие адекватных современной обстановке наднациональных институтов регулирования движения финансовых потоков.

• Неадекватность методологической базы (либерально-монетарные подходы), лежащей в основе современной финансово-экономической политики большинства стран мира (развитых и переходных экономик).

Великая депрессия имела очень большое значение в жизни западных обществ. Например, Дж. К. Гэлбрейт пишет: «День Великого краха фондового рынка и спустя пятьдесят лет хранится в социальной памяти. И тому есть причины. С того дня жизнь миллионов людей уже стала иной»[1]. Дональд Дж. Хоппе считает: «Крах фондового рынка в октябре 1929 г. является одной из тех драматических вех, таких как убийство Юлия Цезаря, высадка на берег Колумба или битва при Ватерлоо, которыми историки отмечают поворотные пункты истории человечества»[2]. Поэтому данному кризису мы уделим несколько больше внимания, чем другим.

Смотрите так же:  Болит грудь после стресса

[1] Galbraith, J. K. The Great Crash, 1929. – Boston: Houghton Mifflin, 1979.

[2] Hoppe, D. J. How to Invest in Gold Stocks and Avoid the Pitfalls. – New Rochelle, New York: Arlington House, 1972 (цит. по: Скоузен, М. Кто предсказал крах 1929 г.? // Экономический цикл: анализ австрийской школы / под ред. А. В. Куряева. – Челябинск: Социум, 2005).

Российский «третий» сектор, включающий все разнообразие общественных объединений граждан, созданных для решения определенного круга задач, чаще всего рассматривается в качестве относительно самостоятельного феномена, способного оказывать влияние на политические и социально-экономические процессы. Очевидно, преобладание такой исследовательской перспективы связано с распространением дискурса гражданского общества в его интерпретации как противостоящей государству общественной силы, способной изменять качество политического процесса, вовлекая граждан в общественную активность. Вместе с тем, этот подход не всегда плодотворен для описания и объяснения российских реалий. Цель данной работы состоит в том, чтобы протестировать применимость теории социального происхождения (social origin theory), которая описывает «третий» сектор как одну из составляющих частей системы социального обеспечения, и на более общем уровне обобщения, системы разделения функций между государством и обществом в решении социальных вопросов. Такой теоретический ракурс задает методологические рамки анализа, в центре которого лежит изучение реформирование принципов управления социальной системой РФ, что влечет за собой перераспределение функций между общественными и государственными институтами. Задачей анализа является оценка происходящих реформ и их влияние на качественные и количественные изменения в российском «третьем» секторе.

В статье рассматриваются глобальные причины современного кризиса и возможности устранения наиболее острых проблем, его вызвавших; анализируется как негативная роль мировых финансовых потоков, так и их важные позитивные функции, включая «страхование» социальных денег в мировом масштабе; в связи с последствиями кризиса анализируются условия возможных трансформаций мировой системы и вероятность различных глобальных сценариев ее ближайшего будущего; дается характеристика грядущей «эпохи новых коалиций»; делаются некоторые футурологические прогнозы.

Великая депрессия

Примечание: данный материал содержит реферативное изложение истории Великой депрессии.
Во время Великой депрессии теория Кейнса стала основной государственной доктриной. См — Теория Кейнса.

Великая депрессия в момент начала глобального экономического кризиса стала объектом пристального изучения. Многие уроки, которые были получены тогда, оказывается, не пошли впрок.

Предпосылки Великой депрессии

Что же случилось в 1929 году в США? Чтобы понять, как и почему произошла Великая депрессия, надо хорошо представлять, а что было до нее.

Как известно, президент Вудро Вильсон, добился в 1916 г. переизбрания под лозунгом: «Он удержал нас от войны» с тем, чтобы через несколько месяцев, ввязаться в Первую мировую войну.

Хотя Первая мировая война принесла Америке задолженность в 10 раз превышающую долг, достигнутый во время Гражданской войны, американская экономика после войны находилась на подъеме. Страна процветала. Причина была в том, что во время Мировой войны в страну широким потоком лилось иностранное золото. И эта тенденция сохранилась и позже. Президент Кулидж лишь продолжил внутреннюю политику своего предшественника Хардинга, направленную на высокие импортные тарифы при сокращении подоходных налогов. Национальный доход США возрос с 32 млрд. долларов в 1913 году до 89,7 млрд. долларов в 1927 году. В начале XX-го века американская экономика стала доминировать в мировой экономике. В 20-е годы в США началось широкое развертывание массового производства, основанного на конвейерных технологиях. Такое крупное конвейерное производство товаров длительного пользования давало невиданный рост производительности труда.

Отмечалась высокая экономическая конъюнктура. Наблюдался бум на рынке недвижимости и эйфория фондового рынка. Индекс Доу Джонса утроился за 7 лет. Поскольку стало выгодно спекулировать акциями и недвижимостью, то начался стремительный рост акций промышленных и других предприятий. Возник настоящий бум на рынке ценных бумаг. Одновременно стали быстро расти цены на землю и недвижимость, особенно во Флориде. В 1924-27 гг. случилось кратковременное падение производства, но уже на следующий год бум продолжился. В целом с 1923 по 1929 год была достигнута стабилизация западного общества. Резко снизился накал политической борьбы.

С одной стороны было достаточно очевидно, что к началу 1928 года экономика приблизилась к нормальному циклическому падению деловой конъюнктуры, и не было причин предполагать, что кризис будет острее или продолжительнее, чем обычно, когда ситуация с ценами, зарплатой, процентной ставкой, инвестициями и объемом производства выравнивается уже через несколько месяцев. Беда была в том, что до 1928 г. почти никто уже не следил за экономическими показателями, а уже с 1926 г. начал сокращаться объем жилищного строительства, падать объемы продаж автомобилей, главного товара длительного пользования, сокращались производственные капиталовложения.

Все взоры были прикованы к фондовому рынку, на котором, вопреки общему экономическому спаду, со второй половины 1928 начался настоящий бум. Ответы на вопрос, почему же сложилась такая ситуация, колеблются от романтических (послевоенные настроения, когда хотелось верить, что все несчастья уже позади) до психологических (нация была охвачена растущей эйфорией), и моральных (американская нация достигла крайней степени нравственного упадка, когда жажда наживы и всеобщая жадность превысили здравый смысл).

В эти годы в США была введена минимальная заработная плата и установлена максимальная продолжительность рабочего дня. Однако в то время, как прибыли корпораций выросли в три раза, зарплата работников выросла гораздо меньше. Тем не менее, жизнь стала лучше. Предметы роскоши (телефон, граммофон, электрический приемник, машина) стали широко распространенными. В 1929 году автомобильная промышленность выпустила около 5,4 млн. автомобилей, общее число машин в эксплуатации составляло около 26,5 млн.

Доллар США был привязан к золоту, поэтому его стоимость оставалась равна одному и тому же количеству золота. Вместе с тем, Великой Депрессии предшествовала скрытая инфляция. Произошло значительное увеличение объема денежных средств в обращении. Денежная масса была увеличена на 62%. Денег стало в достатке. Поэтому этот период прозвали «бурлящие двадцатые». Обеспечение американского доллара золотом постепенно было нарушено. В 1921-1929 гг., нарастал дефицит государственного бюджета. Но все это было скрыто от внешнего взгляда и люди покупали, покупали, покупали. землю, акции, право на покупку земли, право на покупку акций. Все эти операции требовали для своей реализации выпуска добавочных денег. Одновременно Федеральная резервная система (ФРС) постепенно снижала учетную ставку процента для банков — членов ФРС по займам у центрального банка с 6 1/2% в 1921 г. до 4%. В 1927 г. Федеральная резервная система (ФРС) увеличила объем денежной и кредитной эмиссии. В августе 1927 г. ФРС снизила учетную ставку до 3 1/2 %.

Федеральная резервная система, отвечающая за контроль над ростом денег и кредита, предприняла в 1927 г. меры по увеличению денежной и кредитной эмиссии именно тогда, когда экономические показатели обещали спад. Это была первая попытка противостоять экономическому циклу за все 30 лет существования ФРС. Поначалу казалось, что с помощью кредитной эмиссии (объем кредитования увеличился в несколько раз) удастся избежать спада. И несмотря на короткое оживление начала 1929 г, основная часть всех кредитов досталась рынку ценных бумаг: ушли на биржевые спекуляции. Это был период всеохватывающего безумия — из 120 миллионов американцев ни много ни мало 30 так или иначе были вовлечены в биржевую игру, полтора миллиона имели счета в брокерских фирмах. Цены акций быстро росли, причем вне зависимости от роста прибылей. Самые непрочные компании — «держательские» корпорации, представляющие собой не что иное, как пирамидальную иерархию участия в капитале других компаний, привлекали к себе капиталы. Наблюдался огромный рост задолженности — брались кредиты под игру на бирже.

Возможно, и экономисты, и предприниматели были сбиты столку мини-бумом в потребительских расходах, стимулированным политикой расширения кредитов ФРС.

Обычно в прошлом фондовая биржа служила индикатором состояния экономики: спад в промышленности сопровождался падением общего индекса курсов акций.В 1929 г. биржевой рынок находился в состоянии бума — соответственно создавалась иллюзия экономического процветания. Вообще на бирже нередко играют на повышение тогда, когда экономика в целом находится в состоянии циклического спада, но до! 1929 г. такого опыта не было, и обстановка лихорадочной игры на повышение «обольстила» и бизнес, и экономистов, и правительство как обыкновенных биржевых игроков.

Рост количества полноценных денег завершился к концу 1928 г. Совокупная денежная масса на 31 декабря 1928 г. составляла $73 млрд. 29 июня 1929 г. она равнялась $73,26 млрд. Рост составил всего 0,7 % в пересчете на год. С этого момента денежная масса оставалась на одном уровне, рост был ничтожным.

Это очень важный момент. Но поскольку бум в экономике продолжался, то, чтобы обойти нехватку живых денег в экономику хлынули денежные суррогаты: расписки, векселя. Общая стоимость выпущенных ценных бумаг на 1.10.1929 составляла около 87 млрд. долл.

Весной 1929 г. Совет ФРС запретил банкам — членам ФРС выдавать кредиты для покупки акций, и в конце концов поднял учетную ставку, а также прекратил чистые продажи государственных облигаций на открытом рынке. В августе 1929 года Федеральный Резерв начал сокращать объем денег в обращении. В течение нескольких лет инвестиционного и индустриального бума, предшествовавших Великой Депрессии, деньги вкладывались в самые разные отрасли промышленности (не только в сельское хозяйство), покупались акции, по которым неоправданно ожидалась высокая прибыль; на покупку акций в банках брались большие займы. Особенно активно велась торговля недвижимостью. Представления людей о её полезности обусловили резкий рост цен на недвижимость. Стоимость земли во Флориде росла особенно быстро. Продавались даже такие бумаги как право на покупку земли. Поскольку промышленность переживала бум, все товары активно покупались.

Возникли две противоречивые тенденции. Рост производительности труда в промышленности уменьшился, а количество псевдоденег росло. Хотя количество циркулирующих денег было ограничено золотой привязкой, но чтобы ее обойти использовались денежные суррогаты, акции, долговые расписки, векселя. Да и количество кредитных денег в условиях практической бесконтрольности банковской деятельности продолжало расти. С другой стороны, бум на рынках требовал для своего обслуживания денег, а Федеральный Резерв стал ограничивать рост денежной массы. Все это и привело к экономически необоснованному накоплению денежных суррогатов в финансовой системе. Последствия этого раздвоения в финансовой политике стали ощущаться только к октябрю. Несмотря на это, американские экономисты глубоко верили в возможности ФРС, считая, что она сможет стабилизировать экономику, если возникнет кризис. Сам британский экономист Джон М. Кейнс провозгласил управление долларом со стороны ФРС в 1923-1928 гг. «триумфом» центрального банка.

В 1928 году на пост президента был избран Герберт Гувер, славу которого составила его ставшая бестселлером книга «Американский индивидуализм». Фондовый рынок ставил рекорд за рекордом, и, казалось, ничто не предвещало катастрофы.

19 октября 1929 года крупнейший американский экономист-математик, один из основателей неоклассической экономики Ирвинг Фишер патетически писал: «Страна марширует по высокогорному плато процветания», а через 10 дней, 29 октября 1929 года, фондовый рынок рухнул.

Хроника кризиса. Начало Великой депрессии

Что же произошло в 1929 году?

Реконструкция событий 1929 года позволяет выстроить следующую цепь событий развития Великой депрессии. Первый звонок о том, что ситуация на рынке акций недвижимости далека от нормальной, прозвенел в марте 1929 года, когда несколько недель падала цена акций. Однако, правительство отказывалось увеличить ставку на процент. Тогда, в марте, экономика вышла из кризиса сама. Да, падение курса акций было значительным, но рынок выстоял. Возможно, в это время все начали догадываться, что финансовый бум построен на спекуляциях, на завышенных ожиданиях прибыльности, но никто не хотел остановиться, потому что надеялся, купив дорогие акции и недвижимость, чуть позже продать их ещё дороже. Курсы акций начали снова расти.

24 октября 1929 года крупные нью-йоркские банкиры начали выдавать брокерам кредиты до востребования (stand-by) только с условием погашения в 24 часа. Это значило, что и фондовым брокерам и их клиентам приходилось продавать свои акции на рынке по любой цене, чтобы вернуть кредиты. 24 октября 1929 года акции начали активно продаваться, но фондовый рынок выстоял. Великая депрессия уже была готова вот-вот разразиться, но никто не хотел этого замечать.

Настоящий крах наступил 29 октября — началось обвальное падение акций прежде всего на Нью-Йоркской бирже. За несколько часов акции потеряли в цене все, что набрали за предыдущий год. День 29 октября 1929 г. назван черным вторником. В этот день было продано 16,4 млн. акций, За один день акции упали в обшей сумме на 10 млрд. долларов, что означало резкое уменьшение количества кредитных денег и исчезновение кредитных денег в размере 10 млрд. долларов. Учитывая покупательную способность доллара в то время, по сравнению с теперешним его состоянием — падение было колоссальным. Великая депрессия начала свое шествие по стране.

Падение цен на акции продолжалось целую неделю. 5 ноября падение распространилось и на рынок товаров, особенно сезонного производства. Произошёл обвал цен на пшеницу — в этот день цены на пшеницу упали почти до нуля. 13 ноября рынок достиг исторического минимума. Резко упали также цены на хлопок. За три недели кошмара убытки США превысили все затраты за годы Первой мировой войны и составили примерно 30 млрд. долларов того времени, то есть треть национального дохода.

Банки отреагировали позднее акционерных обществ. Исчезновение кредитных денег вызвало падение доверия ко всем кредитным деньгам и банки перестали давать кредиты. В силу трудностей сбыта и невозможности получить где-либо кредиты по всей стране прокатилась волна банкротств. В начале 20-х годов в США насчитывалось около 30 тыс. банков. В их активах значительную часть составляли ценные бумаги, ссуды под залог ценных бумаг, городской недвижимости и сельских земель. После биржевого краха большая часть ценных бумаг и недвижимости резко обесценилась, а значительная часть ссуд стала невозвратной, при этом произошло резкое сокращение ресурсной базы банков в результате массового изъятия вкладов населения, снижение остатков предприятий. В результате банкротства банков приняли массовый характер.

Смотрите так же:  Мониторинг для детей с умственной отсталостью

Великая депрессия не стала проблемой только национальной экономики США. Сыграл свою негативную роль дефолт ряд стран Латинской Америки и Азии. Как известно, крупные американские банки инвестировали в экономику этих стран и являлись держателями большого объема их государственных и частных облигаций. Общие изъятия вкладов перед кризисом составили около 5-6 млрд. долл.

Начиная с 1932 г. значительная часть банков пыталась ограничить выдачу наличных своим вкладчикам. Первый прецедент создал штат Невада, закрывший в октябре 1932 г. все банки штата.

Напряжение стало нарастать с начала 1933 г. Примерно за 1 месяц из крупнейших банков США было изъято около 2.3 млрд.долл. (около 15% всех депозитов). Считается, что полномасштабный банковский кризис США начал свое шествие с февраля 1933 г., когда в Детройте рухнул крупнейший банк, проводивший большой объем операций с недвижимостью. В штате Мичиган началась банковская паника и 14 февраля губернатор закрыл все банки, чтобы защитить их от банкротства. Волна закрытий банков прокатилась по многим штатам.

Катастрофа понижения курса акций уже затронула интересы 20-25 млн. человек, а при банковском кризисе еще пострадало еще больше людей. Однако деньги, утраченные во время депрессии большинством американцев, не просто потерялись. Часть их перетекла в руки тех, кто заранее знал о биржевом крахе и вложил свои деньги в золото перед самой депрессией. Золото всегда было самым надежным способом сбережения средств. Во время Великой Депрессии цены упали с 1929 года по 1932 год на 23% и ещё на 4% в 1933 году.

Среди первых мер, предпринятых президентом Гербертом Гувером, а он отнюдь не бездействовал, как ошибочно полагают, было усиление государственного вмешательства. Точно также, как он одобрил политику ФРС, расширившую кредит в начале 1929 г., Гувер и теперь был намерен победить депрессию мерами госрегулирования. Так, были снижены налоги, увеличены государственные расходы и создал самый большой дефицит бюджета мирного времени за всю предшествующую историю США. Также он провел через Конгресс программы помощи фермерам, программу чрезвычайных общественных и строительных работ, программу займов, словом, все, чтобы стимулировать инвестиции в промышленность. Эти меры, по иронии судьбы, и явились основой для «нового курса» Рузвельта, однако именно последнему обеспечившими место в истории.

В последний год своего президентства Гувер отчаянно пытался реализовать план по оздоровлению банковской системы. Однако план не удался, потому как для принятия решения в Конгрессе было необходимо заручиться поддержкой демократического большинства. В результате президентских выборов 1932 года хозяином Белого Дома стал Франклин Делано Рузвельт. Президент Гувер призывал набраться терпения и постоянно обещал, что оживление экономики должно вот-вот начаться. Министр финансов Эндрю Меллон, принадлежащий одной из богатейших семей США, также утверждал, что кризис изживет себя сам.

На выборах 1932 года Г. Гувер, более озабоченный сохранением «священных принципов» американского индивидуализма, чем поиском выхода из кризиса потерпел сокрушительное поражение от кандидата Демократической партии, губернатора штата Нью-Йорк Франклина Делано Рузвельта. Франклин Делано Рузвельт (Roosevelt) (1882-1945гг.) — 32-й президент США от демократической партии происходил из семьи предприимчивого землевладельца. Закончил Гарвардский университет и юридический факультет Колумбийского университета. В 1928 г. избран губернатором штата Нью-Йорк. На президентских выборах в ноябре 1932 г.

Ф. Рузвельт одержал победу благодаря своим обещаниям вывести страну из кризиса и провести в целях оздоровления экономики «новый курс». Рузвельт ни в коей мере не собирался преобразовать экономический строй США и изменить систему экономических отношений. Наоборот, вся его деятельность была направлена на восстановление и укрепление этой системы. В то же время, будучи гибким и трезвым политиком, Ф. Рузвельт был вынужден пойти на некоторые уступки, проводил социально-экономические реформы в надежде избавиться от угрозы нового кризиса, осуществил важные мероприятия в области внешней политики. Выборы 1936 года стали сенсацией. Соперник Рузвельта республиканец А. Лэндон не просто проиграл, а проиграл беспрецедентно: в 46 штатах из тогдашних 48 ! Затем, Рузвельт избирался президентом США еще два раза (в 1940 г. и 1944 г.) — уникальный случай в истории США. Всего он был переизбран 4 раза. После его смерти приняли закон, воспрещающий переизбрание более одного раза, поэтому почти все последующие американские президенты избираются только 2 раза.

В результате принятых мер американская экономика сумела к 1937 г. почти достигнуть уровня 1929 г., понизить долю безработных в рабочей силе, увеличить реальный валовой национальный продукт. Рузвельт имел ярко выраженное ораторское дарование и не боялся открыто объяснять народу содержание государственной политики и проводимых реформ, он постоянно выступал по радио, эти беседы впоследствии получили известность как знаменитые «радиобеседы у камина».

И все же, несмотря на очевидные успехи, экономическая политика Ф.Рузвельта оценивается весьма противоречиво. Сторонники свободной конкуренции ее безудержно ругают за нарушение старых принципов свободного предпринимательства. Защитники идеи регулируемого капитализма столь же безоговорочно ее хвалят и критикуют лишь недостаточно решительные действия в этом направлении.

Теория Кейнса и выход из кризиса

Многие источники дают весьма противоречивую информацию о том, воспользовался ли Рузвельт услугами Кейнса во время выхода экономики из кризиса.

«Новый курс» Рузвельта не сразу принял на вооружение теорию Д-М.Кейнса. По меньшей мере пять теорий соперничали за внимание президента:
(1) теоретики «власти монополий», утверждавшие, что необходимо поощрять крупные корпорации снижать цены, что увеличит реальную покупательную способность;
(2) «инфляционисты», обеспокоенные ростом цен из-за дефицита бюджета, считавшие, что инфляция опаснее безработицы;
(3) защитники «налогообложения прибыли», верившие, что нераспределенная прибыль корпораций должна быть уплачена в виде дивидендов для повышения покупательной способности;
(4) сторонники «накачки» денежной массы, верившие, что растущие расходы и расширение денежной массы, несмотря на инфляцию, должны рано или поздно вызвать рост инвестиций и производства;
(5)последователи теории «вековой стагнации» , считавшие, что капитализм как общественный строй больше не работает и что единственно возможный выход — это широкое общественное вмешательство и контроль.
Сторонники «laissez faire» не играли большой роли и хранили молчание ввиду провала политики бездействия и невмешательства государства в борьбу с кризисами.

При высоком уровне безработицы (25% работоспособного населения в 1933 г.) и низком объеме производства становилось ясно, что причиной продолжающейся депрессии является недостаточная покупательная способность, или спрос, и если государство будет стимулировать спрос, создавать его, то это приведет к увеличению инвестиций.

В 1933 г. газета «New York Times» опубликовала письмо Джона М.Кейнса, в котором он изложил суть своей теории: » Я придаю чрезвычайное значение росту национальной покупательной способности на основе государственных расходов, финансируемых займами».

Следует сказать, что теория Кейнса не сразу была воспринята американским правительством, как и его взгляды не сразу получили признание в США. В конце 1936 г. экономика начала медленно оживать, и все надеялись, что худшее уже позади. Однако, оживление было кратковременным. Рузвельт, еще веривший в сбалансированный бюджет, сократил государственные расходы, как только экономика пошла вверх, и вслед за этим снижением государственных расходов последовал новый спад, еще раз потрясший экономику. Наверное, самым важным результатом спада 1937-39 гг., и стала популярность Кейнса.Более того, Кейнс прямо предсказывал в 1937, что действия Рузвельта по сокращению расходов вызовут спад. И в самом деле, нечасто создатель экономической теории получает подтверждение своих идей так быстро. В итоге тот взгляд, что дефициты во во времена спадов хороши, поскольку они стимулируют производство и занятость — приобрел статус государственной доктрины.

Инфляция во время Великой депрессии

Характерны три волны инфляции.

1. Осень 1929 г. Инфляция охватила аграрные и аграрно-индустриальные страны — экспортеры сельскохозяйственной продукции.
2. Сентябрь 1931 г. Великобритания была вынуждена девальвировать фунт стерлингов, и ориентированные на нее страны привязали курсы своих валют к фунту (Индия, Швеция, Норвегия, Австрия, Британский доминион). Все они образовали так называемый стерлинговый блок.
3. 1933 г. Искусственная девальвация $ в период нового курса Рузвельта (обесценилась валюта 56 стран). Начался рост безработицы.

Последствия Великой депрессии

В 1933 г. валовые капиталовложения составляли всего 1,6 млрд. долларов, в то время, как капитал, изъятый в течении года- 7,6 млрд. дол. Таким образом чистое сокращение инвестиций, т.е. деинвестирование, составило 6 млрд. дол.

Начавшись в промышленности и кредитной системе, кризис охватил все другие отрасли хозяйства — строительство, транспорт, торговлю. Согласно официальной статистике, за годы кризиса потерпели крах более 110 тыс. торговых и промышленных фирм, 19 крупных железнодорожных компаний, разорилось свыше 5760 банков, а вместе с ними и миллионы вкладчиков. Германия отказалась платить репарации, Великобритания и Франция перестали возвращать долги. Падение производства в США оказалось большим, чем в других странах. Общий уровень промышленного производства в 1933 г. упал по сравнению с 1929 г. на 46%, a производственные мощности оказались загружены всего на одну треть. Промышленность страны была отброшена белее, чем на 20 лет назад, к уровню 1911 г. Ввиду того, что кризис был мировым и охватил все страны без исключения, резко нарушились сложившиеся внешнеэкономические связи. Обороты внешней торговли США снизились в 3,1 раза. Отрасли промышленности с высокой концентрацией производства отличались сравнительно незначительным падением цен и большим сокращением производства в первые годы «Великой Депрессии». В отраслях с низкой концентрацией производства, цены снизились значительно, а производство сократилось лишь ненамного.

От кризиса пострадали главным образом мелкие и средние фирмы. Что же касается монополий, то они смогли выстоять и справиться с возникшими затруднениями. Обладая крупными капиталами и резервами, корпорации сокращали производство, приспосабливались к рынку, тормозили падение цен. При этом, воспользовавшись положением своих конкурентов, они сумели их поглотить и выйти к концу кризиса с еще более расширившимися возможностями. Прежде самостоятельная металлургическая компания «Янгстаун» была, например, захвачена «Бетлехэм стил», автомобильная фирма «Студебеккер»-концерном «Дженерал моторз». После Великой депрессии сильно пострадала международная торговля. В 1930 г. был принят высокий таможенный тариф, способствовавший резкому сокращению ввоза в США товаров из-за границы. Все эти мероприятия, однако, не могли остановить продолжавшего стихийно развивающегося экономического кризиса.

О масштабе кризиса свидетельствую следующие данные: объем ВНП США в текущих ценах за 1929-1933 гг. упал в 1,85 раза с 103.9 до 56 млрд. долл., объем безработицы вырос с 3.2% до 25% в 1933 г., что составило около 12.8 млн. человек. По данным американской Ассоциации по исследованию проблем труда, число безработных было значительно выше — около 17 млн. Около 2.5 млн. человек остались без жилья. Разорилось около 135 000 компаний, доходы корпораций упали на 60%. Объем загрузки металлургической промышленности в 1932 г. составлял всего лишь 12 % от мощностей. Спад в производстве автомобилей — составлял около 74,4%, железнодорожного состава — локомотивов и вагонов — около 100% . Общая капитализация рынка упала в 4.5 раза с 87 млрд. долл. (1.10.1929 г.) до 19 млрд. долл.(1.03.1933 г.). Фермерская недвижимость упала в цене более чем 10 раз — так ферма стоившая в 1929 г. около 100 тыс. долл. ушла за долги примерно за 5 тыс.долл. Началось массовое разорение фермеров, не способных погасить ссуды. За период 1929-1933 разорилось около 897 тыс. фермерских хозяйств, т.е. 14.3% от общего числа. [20]. Под влиянием резкого сокращения спроса на сельскохозяйственную продукцию начался сильнейший аграрный кризис. К 1934 г. сбор пшеницы упал на 36%, кукурузы — на 45%. Катастрофически сокращались посевные площади. Резко упали цены: на пшеницу и кукурузу — в 2,7 раза, на хлопок — более чем в 3 раза.

Таблица 1. Национальный доход и другие статистические показатели США

Другие статьи

  • Компоненты базовой культуры личности пути формирования Базовая культура личности и ее компоненты; Понятие «базовая культура личности» введено в отечественную педагогику О.С. Газманом [54] . Она включает в себя то существенные, обязательное, что необходимо школьнику для самостоятельной деятельности, что определяет его […]
  • Заявление о назначении пособия по уходу за ребенком до 3 лет образец рб Образец заявления на отпуск по беременности и родам в 2018 году Заботясь о будущей роженице и будучи заинтересованным в воспроизводстве населения, государство предоставляет возможность работающим женщинам находиться в оплачиваемом отпуске до и после родов (норма […]
  • Вес рост новорожденного ребенка Таблица роста новорожденного ребенка Рост новорожденного ребенка, как и его вес, часто беспокоит родителей. Это неудивительно, ведь часто именно по ним судят, все ли хорошо с малышом. Рост новорожденного ребенка Несколько лет назад ВОЗ были выпущены новые нормы […]
  • Физическое развитие ребенка формулы УХОД ЗА ЗДОРОВЫМ И БОЛЬНЫМ РЕБЕНКОМ. ДЕТСКИЕ БОЛЕЗНИ По каким основным, признакам проводится оценка физического развития ребенка Основными признаками физического развития являются рост, вес, окружность грудной клетки, окружность головы. В последние десятилетия […]
  • Уход за детьми в разных странах Сколько длится отпуск по уходу за ребенком в разных странах? В некоторых странах новоиспеченные матери могут спокойно оставаться дома в течение нескольких месяцев после родов. И все это время им не нужно беспокоиться о деньгах, потому что государством это время […]
  • Проблемы здоровья детей дошкольного возраста Проблемы здоровья детей дошкольного возраста Зарабатывай с нами! Не оставляя основного места работы или учебы!! Ухудшение здоровья детей - проблема современного общества Автор: Будем Здоровы Ухудшение здоровья детей - проблема современного общества Cостояние […]